Святая Мечей: Линарис (СИ)
Последние силы ушли на то, чтобы натолкнуться на тяжелую, деревянную дверь, от которой исходило то самое тепло. Марина не смогла постучаться, она просто чуть подняла гарду Стормраннера и прислонила к двери. А потом опустилась на колени, утаскивая отскакивающий меч с собой. Получилось издать нечто среднее между скрипом и стуком. Ей оставалось надеяться только на то, что ее услышат.
Дверь отворилась и на порог вышел взрослый гном с длинной, косматой бородой. Он недоверчиво уставился на девушку, которая сидела на земле, балансируя с помощью своего меча.
— Достопочтимый гном, позвольте, — начала говорить Марина, расплываясь в улыбке. Впрочем, ее хватило только на эти три слова. После этого организм отказался от дальнейшей работы, она кивнула головой в дерганном подобие поклона и упала на пол.
— Что такое, Рейлиг? — обеспокоенный женский голос раздался из глубины дома.
— Тут женщина, человек, похоже Мастер Меча. Упала в обморок у нас на пороге.
— Не смей нести ее в дом, Рейлиг! Оттащи в амбар и поставь рядом воды с хлебом. Мы не обязаны ей помогать.
— Как скажешь, любимая, — буркнул Рейлиг, засучивая рукава и подхватывая Марину под руки.
Гном оттащил ее за угол, и протащил еще немного, до небольшой ветхой двери, ведущей в амбар. Закинул на остатки сена и сходил за бурдюком воды, куском хлеба и добавил еще пару кусков сушеного мяса и фруктов тывок от себя. Подобрал старый плед, который нашел в углу и накинул на девушку. Ему было жалко ее, но перечить жене гном не собирался. У жен в их деревне был отвратительный характер, а притащить в дом другую женщину казалось немыслимым и нарушало всякие нормы приличия.
Поэтому Рейлиг смог только тяжело покачать головой, проговорить "о-хо-хо", взмахнуть руками и попытаться покрепче затворить дверь. Они жили совсем близко с морем, на самом побережье. Ветер облетал их небольшую деревушку, пронизывая до самых костей. Гном беспокоился, чтобы девушка не заболела и решил проведать ее завтра, сразу, как только разберется с обязательными дневными делами.
***
Марина очнулась от холода. Вслед за холодом пришла тупая, ноющая боль. Тело ломило с невероятной силой, сказалась накопившаяся усталость. Но, она все еще была жива. И даже могла понять, что сейчас ей было в разы легче, чем когда она спустилась с горы Фергюсона. Ин'Фрит лежала рядом, в углу, мирно посапывая. В таком виде, без своей обычной нахальной усмешки и настоящими искрами из глаз — она уже не выглядела такой уж опасной.
Проверив мечи и убедившись, что все на месте, девушка аккуратно потянулась, стараясь не слишком тревожить затекшие мышцы. Тело слушалось, но нехотя. Больше всего ей хотелось отдыхать и лежать практически неподвижно. Это был верный признак того, что Марине необходимо как можно скорее выйти на улицу и начать небольшую тренировку. Иначе ее мышцы поразит судорога, которая еще долго не пройдет.
Под ногами обнаружились съестные припасы. Тывки, мясо, вода и хлеб. Не слишком раздумывая, откуда это взялось, Марина набросилась на еду, как голодный волк, не евший несколько месяцев. Хлеб был холодным и черствым, мясо приходилось подолгу разжевывать, а парочка тывок прохудилась от холода и потеряла всякую сладость. Вода тоже была нестерпимо холодной, но это было намного лучше, чем чувствовать жажду, голод и страх.
Усилием воли Марина поднялась и, по дороге окликнув Ин'Фрит, вывались из амбара на улицу. Утренние светила лениво озаряли деревню на мысе, в которой она оказалась. Низкие, но отлично сложенные домики, расположенные на почтенном расстоянии друг от друга. Это была крайне небольшая деревушка, на взгляд Марины, даже меньше чем деревня орков имени Тур. Беглым взглядом она насчитала около десяти домов. Каждый со своим амбаром и еще одной небольшой квадратной пристройкой. У самого края мыса размещалось массивное здание в несколько этажей. Марина про себя обозвала ее "церковью", потому что та очень походила на древнерусские церкви, которые обязательно строились почти в каждой деревне.
Жителей она не заметила, попутно вспоминая, что вчера ее встретил гном. По всей видимости — она набрела на гномью деревню. Помня о том, что если гном занят делом, высшей степенью неуважения будет отвлечь его от занятия ремеслом, Марина решила, что подождет, когда ее спаситель окажется в поле зрения и уже тогда заведет беседу. А пока ей есть чем заняться. Она обошла дом с амбаром, в котором проснулась, и вышла на задний двор. За домом была подходящая полянка, которая находилась на небольшом возвышении, относительно всей деревни. Лес был довольно близко, но Марине не хотелось даже смотреть в его сторону. Это тут же навевало ей неприятные воспоминания о вчерашнем бегстве. По спине пробежал озноб, заставляя мысли подкидывать Марине все больше и больше тревожных умозаключений.
Тихо выругавшись она помотала головой, отгоняя совсем ненужные ей сейчас проблемы. Для начала стоит привести себя в порядок, разогреть тело, а уже потом решать, что делать дальше. Она аккуратно воткнула ножны с Ониксом в землю, чтобы они всегда находились рядом. Стормраннер привычно скользнул в ладонь, протяжно лязгнул, будто зевнул, просыпаясь от длительного сна.
Вдох. Онт. Меч к себе, развернуть, нанести удар, повернуться следом, позволить мечу повести тебя за собой. Длительное движение, вытянуть ногу, потерять вес, стараться стать воздушной, невесомой. Выдох. Тен. Обрушится с тяжелым ударом. Вернуть вес, призвать гром. Заставить клинок гудеть и наслаждаться каждым ударом, разрезающим воздух вокруг биением невидимой молнии.
Она старалась двигаться как обычно, но получалось, в лучшем случае, сносно. Руки тряслись, ноги затекли и не могли двигаться достаточно гибко. Стормраннер не издавал того самого звука, который Марина считала идеальным. Мастер Меча провела еще одну незамысловатую серию, стараясь сконцентрироваться на выдохе и ударить достаточно сильно, чтобы почувствовать тот самый удар, которым могла наслаждаться. Результат разочаровал.
"Что происходит?" — мысленный вопрос Ин'Фрит, которая сидела рядом. На демонессу тяжело было смотреть. Огонь в ее глазах почти потух, она выглядела бледной и потухшей.
"Это страх. Он забрался в тебя и не дает использовать все, чему ты научилась. Но и не только он. Ты не отдыхала уже очень давно. Почти три года, если быть точным. Твое тело дошло до предела. Ты же все-таки человек."
Марина знала, что Ин'Фрит права. Сколько времени прошло там, на горе? Мастер Меча уже стала забывать об этом. О том, как находилась в бреду, повторяя изо дня в день указания старого мечника, пытающегося подарить ей надежду. Ему удалось. Вот только жизнь, дверь в которую он ей открыл — оказалась полна сражений и лишений. Все это время Марина только сражалась. Или тренировалась. Изредка — спала. Такой марафон не мог пройти незаметно для организма.
Девушка опустила глаза вниз и увидела свои руки, которые тряслись все сильнее и сильнее. Пальцы сами сжимались и разжимались, отказываясь повиноваться Марине. Инстинктивно она прикусила нижнюю губу. Горячая кровь заполнила рот и вернула ей самообладание. Дальше так продолжаться просто не может. Ей нужно найти пристанище. Место, где она будет хотя бы в относительной безопасности. Сможет продолжить тренировки, но не в таком бешеном ритме. Прежде всего необходимо восстановиться, а потом уже бежать спасать Линарис.
— Ничего себе, настоящий Мастер Меча! — Марина услышала глубокий, раскатистый голос. Резко развернулась на звук, чем испугала Рейлига, который принес ей горячего травяного отвара и свежие лепешки с мясом, которые приготовила дражайшая жена.
Поднос в руках гнома предательски дрогнул, Рейлиг отступил, намереваясь повернуться и выкинуть все на землю. Ноги сами собой попятились назад, пытаясь спастись от женщины, которая только что взмахивала мечом так быстро, что превратилась в бесформенную картинку, уловить движения которой Рейлиг был не в силах. К счастью, реакция Марины ничуть не притупилась. Она скользнула вперед, пряча меч в ножны, выхватывая поднос и мгновенно отпрыгивая назад. Девушка тут же уселась на землю и растянула губы в широкой улыбке: