Романов. Том 15 (СИ)

— Посидите здесь, Дмитрий Алексеевич, я сейчас вернусь, — по-отечески похлопав меня по плечу, произнес Кирилл Тимурович.
Заведующий зашел в соседнюю дверь — там стояли мониторы, с помощью которых можно было следить за операцией. И в тот самый момент, когда дверь за Ростовым еще не закрылась, я услышал крик.
Тонкий, высокий и крайне недовольный.
На лице сама собой появилась улыбка, а когти тревоги разжали стиснутое в них сердце.
Это кричал мой сын.
 Глава 11 
Мадрид, королевский дворец.
— Господа, я очень надеюсь, что к случившемуся в Красноярском княжестве никто из вас не прикладывал руку, — произнес Лоренцо, оглядывая кабинет. — Понимаю, что князь Романов многим здесь поперек горла. Его успехи не только возвысили Русское царство, но и привели к смерти нашего короля. Ни для кого не секрет, что этот офицер, который убил его величество, воспользовался уже испытанным оборудованием князя Романова для своей преступной и наглой, непростительной акции.
Присутствующие высшие сановники государства кивали в ответ на его слова. Ничего нового для них будущий монарх Испании не сказал. Но то, какими словами он это сказал, находило отклик в их душах и разумах.
— Убрать князя Романова сложно, навредить через беременную жену — гораздо легче, — продолжил Лоренцо, сцепляя пальцы в замок и опуская их на столешницу. — Однако сейчас, когда лягушатники атакуют нас с востока, а в Америке давит Португалия, у нас нет ни возможности, ни сил, чтобы мстить русским варварам.
Собравшиеся в кабинете высшие лица Испанского королевства слушали своего будущего монарха молча. Однако Хранитель по лицам видел — несмотря на то, что им и хотелось бы обезоружить Русское царство, заставившее бояться великую Испанию, к ситуации с княгиней Красноярской они были не причастны.
— Князь Романов может казаться мальчишкой, — продолжил речь Лоренцо, обводя своих гостей внимательным взглядом. — Но в его руках фактически сосредоточена вся мощь огромного государства. Именно он ответственен за все победы своей страны за последний год. Он разрабатывает оружие, он изобретает лекарство от всех болезней, чего даже прославленная корпорация «Армтек», несмотря на громкие заявления, достичь так и не смогла. Если убрать Дмитрия Романова, Русское царство начнет сдавать позиции — не сразу, но лет за пять мы их обгоним и сможем диктовать свою волю. Их новый царь пока что слишком слаб, к тому же сам представил всему миру потенциальных претендентов на престол. Расшатать обстановку в Москве таким образом не составит труда, если избавиться от князя Романова. Однако я повторю еще раз: пока мы не вернем себе то, что принадлежит Испании по праву, я запрещаю трогать русских. А тот, кто ослушается моего приказа, познает на себе весь мой гнев.
Лоренцо обвел собрание взглядом. Да, сейчас он не был готов бросать вызов Русскому царству. Но так будет не всегда.
До тех пор, пока высший администратор представляет угрозу одним своим существованием, трогать ни его, ни его страну Хранителям нельзя. Однако Лоренцо был членом королевской семьи, у него имелись связи с разными группировками и людьми.
И когда наступит время, эти люди нанесут свой удар так, чтобы на Лоренцо даже тень подозрений не пала. Избавившись от высшего администратора, Хранители вновь станут теми, кем были до его появления — хозяевами мира.
И к тому моменту Мадрид должен быть готов.
Потому что править миром лучше всего в одиночку.
* * *
Французское посольство в Москве.
Бернар де Дамартен жестом выгнал секретаря из своего кабинета и поднял вибрирующий телефон со столешницы. Затягивать с ответом своему монарху не следовало — терпение не входило в список добродетелей Людовика.
— Слушаю, ваше величество, — произнес Бернар.
— Скажи мне, канцлер, что это с нами не свяжут, — спокойно, даже слишком расслабленно произнес Людовик. — Мы же не имеем к случившемуся никакого отношения?
 
Тон, которым говорил король Франции, недвусмысленно указывал, что иного ответа он не ждет.
— Не имеем, ваше величество, — подтвердил Бернар. — Я уже направил соответствующую бумагу с пожеланиями скорейшего выздоровления от лица французской короны. Как мы с вами и договорились, Франции нужны технологии Романова. И я, ваше величество, сделаю все, чтобы князь считал нас своими друзьями.
Людовик вздохнул в трубку.
— Это хорошо, Бернар, — произнес его величество. — Предварительный договор, который ты передал на приеме цесаревичу, пришел в Париж с их исправлениями. Они не хотят давать нам свои передовые проекты. Исправь это, Бернар. Мы не хотим покупать их оружие, мы хотим построить заводы по его изготовлению у себя во Франции. А нам предлагают старье, которым сами русские уже не пользуются. Это непозволительно. Мы ведем войну с Испанией и обязаны получить все, что необходимо для победы. Мы даем тебе все необходимые полномочия, Бернар. Сделай то, чего мы хотим, и ты сможешь вернуться во Францию героем.
О том, что Людовик сделает, если канцлер не справится, король уточнять не стал. Не в его характере было сыпать угрозами. Его величество предпочитал наносить удары неожиданно и неотвратимо.
— Я приложу все усилия, ваше величество, — с подобающим случаю дрожанием в голосе ответил Бернар де Дамартен.
Услышав эти слова, его величество Людовик положил трубку. А канцлер подумал, что по сравнению с правителем Франции у него есть куда более опасные противники.
Да, сейчас Хранители его не тронут. Но и сидеть вечно в Русском царстве Бернар не сможет.
Маргарита сказала, Хранителям запрещен въезд на территорию Русского царства. Значит, здесь Бернар де Дамартен в безопасности до тех пор, пока его не сочтет своим врагом князь Романов.
И даже если со стороны Хранителей опасность минует, на родине Бернару не обрадуются. Ведь канцлер уже понимал — ни цесаревич, ни сам князь Красноярский не дадут Франции того, чего хочет Людовик. А значит, немилость его величества — вопрос решенный.
Нужно искать выход из ситуации, пока есть время.
И самый простой и напрашивающийся вариант уже созрел в голове канцлера. Ведь если Людовика не станет, то и угрожать будет некому. А имеющиеся связи помогут в устранении всей династии. Просто на тот случай, чтобы не было мстителей за его величество. Людовик, конечно, король, но его характер приведет Францию к краху.
Допустить подобного канцлер не мог никак. А значит, пора начинать действовать.
Вздохнув, Бернар де Дамартен нашел нужный контакт в телефоне и нажал на вызов. Несколько томительных секунд ответа не было, пока, наконец, соединение не было установлено.
— Княжна Соколова слушает, — нейтральным тоном произнес молодой женский голос на том конце провода.
— Здравствуйте, Анна Михайловна, — с улыбкой в голосе произнес канцлер Франции. — Вас беспокоит Бернар де Дамартен. Мы с вашим отцом когда-то тесно и взаимовыгодно сотрудничали над несколькими проектами в Европе. Я хотел бы пригласить вас в гости в наше посольство для серьезного разговора. Полагаю, я смогу сделать вам несколько взаимовыгодных предложений.
* * *
Красноярск, отделение Царской Службы Безопасности.
Майор поправил воротник форменной рубашки и выложил на стол толстую папку.
— Вот, Илья Никитич, читайте, — великодушным тоном предложил опричник. — Естественно, это только копия. Оригинал уже направлен в царскую канцелярию. Преступники будут доставлены в Москву на показательный суд ближайшим рейсом. А вам будет крайне полезно прочесть.
Боярин Архаров кивнул, придвигая документы к себе. Папка не была даже завязана, так что Илья Никитич сразу же погрузился в чтение.
Через пять минут он отодвинул бумаги и взглянул на майора.
— Как я и говорил Дмитрию Алексеевичу, если бы я знал, — с неподдельным сожалением покачал он головой.