Требуется приспешник (СИ)

— Но почему? — удивился Датур. — Мы все равно будем рядом. А ее никто не знает в Талвелле, ты сам сказал. 
Лорейн обиделась: 
— Не так уж и никто. 
На ее слова не обратили внимания. Морион качал головой, Датур зажегся какой-то идеей, отчего его холодность приобрела откровенно расчетливый оттенок. 
— Хотите выдать меня за «лунную кровь»? — почти развеселилась Лорейн. 
Морион с неудовольствием обернулся, и вся его фигура источала «нет». 
— Да, — бросил Датур. — Думаю, это сработает куда лучше, чем расследовать десяток нераскрытых дел.
  
8.4
 
— Недумаю, что меня можно выдать за светлую, — она ненавязчиво показала на свои волосы, совершенно некромантского белого цвета. 
Не шило, конечно, но тоже в мешке не утаишь. Если только не надеть его сразу на голову. Но ходить так на приемы — дурной тон. 
Датур прищурился, раздумывая. 
— Ну почему же. Вполне можно соврать, что вы из славного рода некромантов Дафне, обладаете почти всеми не менее славными чертами. Характера. Только магия светлая. Представим вас на каком-нибудь приеме, чтобы слухи дошли до тех, кому нужно. Лунная кровь — такая редкая редкость, что незамеченной вы не останетесь. Особенно в компании Даррена. 
На минутку стало остро любопытно, в компании Даррена — каково это? Медленно танцевать и язвить на глазах у всех? 
Она покачала головой, и дым иллюзий рассеялся: 
— Меня же не настолько не знают. В конце концов у меня есть с полсотни однокурсников. И вполне себе несколько подруг. Если обо мне не пишут гадости во всех газетах королевства, это еще не значит, что не узнают за столом. Тем более, иногда на эти приемы ходит мой отец, когда хочет подловить кого-нибудь из пэров. 
— Почему же вас с собой не берет? — со сдержанным интересом уточнил Морион. 
Лорейн издала задушенный смешок: 
— Считает, что мне нечего делать в обществе темных магов. — На этом признании общество темных магов переглянулось, надо полагать, что покаянно. И Лорейн добавила: — Они с мамой до сих пор надеются, что моя магия — затянувшийся подростковый бунт, и я все еще получу светлую степень. 
— Постойте, а диплом? 
— Ошибка юности. 
— Потрясающе, как родители верят в вас, — саркастично восхитился Датур. — Мои оскорбились уже на факте, что я уехал из Астона и сам выбрал, где хочу учиться. 
— Просто мои родители светлые, — развела руками Лорейн, словно это все объясняло, — и упрямые. И не дают себя сбить с толку всяким неудобным фактам. 
— Удивительно, как вы выжили после поступления в темный вмуз. 
Как именно она выживала, яркими воспоминаниями мелькнуло пред мысленным взором. В тот раз мама разыграла особенно правдоподобный сердечный приступ и обморок. Немного подвело только то, что в обмороке люди обычно перестают выкрикивать морали пополам с ругательствами. А так, было очень даже похоже. 
— Ну… Во-первых, я единственная дочь, а во-вторых, я сразу съехала в общежитие. Папа никогда не устраивает скандалов на людях. Маме еще можно покричать, она ведь женщина, у нее слабые нервы. А папе можно только сразу инфаркт и капли покрепче. 
Лоран понятливо отсалютовал ей чашкой кофе. 
— Кажется, даже с учетом того, что я до сих пор разгребаю эту историю, мои родственники доставили мне меньше всего хлопот, — фальшиво посочувствовал Морион. 
Датур рассмеялся: 
— Даже Темные искусства не сравнятся с твоим чувством юмора, Даррен. 
— Кто сказал, что я шутил? — демонически изогнул он бровь. 
Датур посерьезнел и постучал пальцем по подлокотнику кресла. Лорейн случайно заметила, что кончики его пальцев вдруг почернели. Магия заполняла этих двоих мужчин до краев и рвалась наружу при малейшем колебании эмоций. Завораживающее зрелище. 
— Маскарад у Гроутонов, — неожиданно объявил Датур, отвечая на собственные мысли. — Уверен, ты тоже получил приглашение. 
Морион твердо покачал головой. 
— Все придумываешь, как поудачнее представить Лорейн темному свету? Сколько раз тебе повторить, что этого не будет? Ее и так непрочь поймать парочка вампиров, сделать из нее еще и мишень для ковена — уже слишком. 
 
— Вероятно, от ковена мало что осталось, — резонно заметил Датур. 
— Не думал, что мне придется напоминать тебе, на что способны даже два мага, достаточно владеющие Темными искусствами, — предостерегающе проронил Морион. 
Это они сейчас серьезно? Лорейн очень хотелось помахать рукой, что она все еще сидит рядом. 
— Не думала, что мне придется напоминать двум уважаемым магам, достаточно владеющим Темными искусствами, что я не артефакт, — повысила голос Лорейн, устав выслушивать их препирательства, — и имею свое собственное мнение. 
Кажется, она почти угадала. Оба недовольно посмотрели на нее, как на заговорившую люстру. Или на ее Зачарованное стекло. 
— Любопытно послушать, какое. 
А Морион тоже недурно умел копать себе яму! Накопал уже на безобразный скандал. Два скандала. Нет, три! 
Лорейн, признаться, сама мало понимала, какое у нее мнение, просто ужасно не понравилось, что о ней спорят, словно ее в комнате нет. Теперь под змеиными взглядами демонологов она налила себе чай, чтобы растянуть время и непринужденно пожала плечами. 
— В конце концов, вряд ли мне всерьез что-то угрожает. Я все же не лунная кровь. И даже не светлая магесса. Лорд Датур прав, мы можем до позеленения пытаться поднимать старые дела и проверять, с кем видели жертв и куда они ходили, но в итоге может статься, что жертв заманивал тот, кто уже мертв. И придется начать сначала. Можно, конечно, попытаться призвать кого-нибудь из Пустоты. Но прошло слишком много времени. Клэр я нашла в Пустоте только благодаря костям. А тут пока одни бумажки, — она выразительно указала на стол. — Так что, да, попытаться заманить ковен в ловушку — вполне здравая мысль. 
— Слышал, Даррен? Здравая. А не безумная. 
— Лорейн простительно заблуждаться, она не понимает, во что ввязывается. 
— О, Морион, — раздраженно показала Лорейн истинную суть, и он мягко улыбнулся, когда Датур хмыкнул, — у вампиров и герцога было абсолютно не безопасно, я могу придумать с десяток жутких сценариев, когда все могло пойти не так. От чужих старых ловушек и заклинаний до вампирской кровавой вечеринки, будь Амаро менее болтлив, а они расторопнее. 
— И из-за вампиров вы полночи не спали, — осторожно напомнил он, поймав свеженький гневный взгляд. 
— Давайте просто сделаем это. Когда этот маскарад? 
— На Мабон. Как раз есть время подготовиться. А если Даррен продолжит упорствовать, я буду рад составить вам компанию. Все-таки, и у меня тоже приглашение есть. 
Перспектива пойти на маскарад с ледяным лордом вызвала мгновенное восстание мурашек по спине, и те дружно проголосовали против. Рядом с ним и в пустой комнате чувствуешь себя небезопасно, что уж говорить, если брать его в сообщники и подельники. Но Лорейн стоически изобразила любезную улыбку. 
— Ладно, — капитулировал главный злодей, — будем готовиться к маскараду, но продолжим следовать изначальному плану и искать жертв. Никогда не знаешь, что интересного можно узнать, если идти по следу. 
От легкого движения его ладони над столом взмыли бумаги с именами и магографиями пропавших без вести. От них, как призраки, отделились полупрозрачные копии, обрели краски и плотность и скользнули в руку Датура. 
Тот без интереса пролистнул их, не нашел ничего любопытного или знакомого и начаровал часовую сферу. Оказывается, они проболтали практически до обеда! 
— Мне уже пора. Но я остановился на улице Воскрешенного, так что буду за вами приглядывать и заглядывать. Темных вам ночей, Лорейн. 
— Темных ночей, лорд Датур. 
Улица Воскрешенного пересекалась с Посмертия, и приятельская угроза приходить почаще была вполне реальна. На полный пансион, конечно, не тянула, но близко.
— Даррен? — Датур намекающе кивнул на дверь. Надо же, не упускал ни одной возможности пошушукаться.