Бал потерянного времени

Начиная с того места, куда упала капля, с лепестков стала исчезать чернота. Чёрный цветок перемен был таким же прекрасным, как и тот, что остался у меня в памяти. Но из капли вдруг поползли грязные полосы, на которых вздувались и лопались пузыри. Комнату наполнили пары, окрасив её в грязно-серый туман, из которого кое-где торчали листья растений.
Шли секунды за секундой. Мы не видели и не слышали, что происходило в комнате. Когда туман постепенно рассеялся, я снова различила фигуры мужчин.
– Боже мой! Ты действительно жалкий неудачник, – раздался голос Эдгара. Его лицо было обращено к старшему Даану. Старый ароматекарь всё ещё понуро молча стоял рядом с ним. Зато Эдгар не унимался: – Ты использовал всего одну каплю. Ты действительно не заслуживаешь своего таланта.
От старшего Даана снова хлынула волна стыда, чуть не сбив меня с ног. А младший Даан лежал без сознания на полу, сжимая в руке уже не чёрный, а белый цветок перемен. Рядом с ним лежала пачка бумаг, на которых почерком Даана были написаны формулы и состав ароматов. Мне ужасно хотелось взглянуть на эти записи. Я предположила, что это какой-то особенный аромат и он играет в жизни Даана важную роль. Значит, Эдгар искал именно его? Тогда почему он просто не взял флакон у младшего Даана?
Но уже в следующий момент я поняла, что мы видели воспоминание из жизни Даана. Конечно! Эдгар всё это видел только как посетитель того времени. Вмешаться он не мог – по крайней мере, однажды Даан так объяснил мне принцип этой категории ароматов: можно посещать прошлое только в качестве зрителей, но нельзя изменить то, что уже произошло.
Зато прошлое могло менять нас, посетителей, и в те моменты мы со всеми последствиями становились частью того времени. Поэтому и Виллем получил огнестрельное ранение, хотя сам никогда не смог бы ранить кого-то в прошлом.
Но для Эдгара это обстоятельство не составляло проблемы. Он с любопытством склонился над записями Даана.
– Ого, как интересно! – воскликнул он с довольным видом и снова повернулся к старшему Даану. – Ты действительно тогда это сделал. Именно на это я и надеялся!
– Пожалуйста. – Я еле расслышала голос Даана, тихий, отчаянный, умоляющий. – Не делай этого, Эдгар, ты не имеешь ни малейшего представления, как это будет действовать... ты пожалеешь об этом. Пожалеешь о каждой использованной капле. Пожалеешь и раскаешься!
Эдгар фыркнул:
– Я-то уж точно не пожалею, старик. – От его тона у меня по спине поползли мурашки. Вся ненависть, которую я почувствовала в нём, тёмный слой, как это назвала Элоди, клубилась по комнате, окутывая нас. – Но ведь мы знаем, что ты пережил это, – добавил он. – Так что нечего делать из этого драму.
Старший Даан упал перед младшим на колени и опустил голову. Теперь он сидел прямо перед неподвижным молодым Дааном, который в вытянутой руке по-прежнему держал цветок изменчивости, сияющий белизной и чистотой, в точности как тот, который я когда-то сделала для Матса.
И тут я всё поняла. Именно этого Даан и хотел! Он хотел переменить свою жизнь. Это был момент, когда Даан де Брёйн пытался покончить со всем, что прежде было смыслом его жизни. Он не собирался умирать – его младший двойник лежал на полу, хватая ртом воздух, и почти в бессознательном состоянии боролся за жизнь и не хотел погибнуть от действия аромата. Нет, в тот момент, в 1882 году, Даан утратил свой талант сентифлёра. Он умертвил часть себя. Хотя Даан уже рассказывал мне об этом и я знала, что это произошло, смотреть на этот момент было страшно. У меня по щекам потекли слёзы, колени подогнулись, и я почти ничего не видела.
К счастью, Элоди вовремя подхватила меня под руку и поддержала, иначе я бы тоже упала на колени, как оба Даана. Она тоже плакала. Видеть страдания Даана ей было так же тяжело, как и мне. Только она, как обычно, держала себя под контролем и плакала тихо, беззвучно.
Я обняла её и прижала к себе. Ещё недавно я бы никогда не поверила, что когда-нибудь случится такое. Но мы действительно были связаны между собой, словно сёстры. Талант сентифлёра был такой важной частью нашей сущности, что наша связь стала намного крепче.
 
Я не могла больше сдерживаться и всхлипнула, тут же зажав рот ладонью. Но было слишком поздно.
В следующее мгновение Эдгар обернулся и, прищурясь, посмотрел на нас троих.
Он обнаружил нас.
  
Глава 26
 
На лице Даана де Брёйна отразилась паника. Он тоже нас заметил.
– Бегите! – крикнул он нам, но я даже не подумала бежать. Мы ни за что не бросили бы его тут.
Но Эдгар большими шагами уже бежал к двери, и я увидела, как его фигура стала растворяться в голубом тумане. Я знала, что он мог в любое время попасть куда угодно.
Тут Элоди подняла руки и направила пронзительный взгляд на Эдгара. Я сразу поняла, что она делает, и тоже подняла руки, чтобы ей помочь.
Я ощущала бурю, исходившую от Элоди, чувствовала, как она, используя смесь ароматов, витающих в воздухе, без труда вошла в мысли Эдгара и создала перед ним незримую стену, не позволив ему приблизиться к нам.
«У тебя нет никаких шансов против нас, – слышала я её мысли, текущие к Эдгару. – Мы пока ещё сентифлёры! Нас больше, и мы сильнее!»
– Думаю, ты ошибаешься, – ответил Эдгар. Значит, он ясно слышал безмолвные слова Элоди. У него на лбу даже выступили капельки пота, когда он попытался противостоять атаке Элоди. Но Элоди была действительно сильной, и у него ничего не получалось. Тем не менее он ухмылялся: – Ну, а как ты пережила обиду? Ведь Сирелл отказался от тебя! Сказал, что ты ему не дочь!
У Элоди мгновенно напряглись плечи, и я почувствовала, как её мысли направились в другую сторону, к последней встрече с отцом.
– Не позволяй ему провоцировать тебя! – воскликнул Матс; я тоже старалась изо всех сил поддержать нашу атаку. Элоди нельзя отвлекаться! Но Эдгару хватило и доли секунды, когда Элоди подумала об отце.
– Перенеси нас отсюда, Люди! – крикнула в панике Элоди. – Эдгар почти прошёл. Мы уже не можем его задержать!
– Открой «окно времени»! – заорал мне Матс и махнул рукой Даану. – Идите к нам!
Эдгар прижался к незримой мысленной стенке, и я почувствовала, что она всё больше и больше распадается.
Даан неловко поднялся с коленей, в последний раз взглянул на себя молодого и побежал через комнату к нам. Мысленная стена его не задержала – ведь она существовала только в голове у Эдгара.
Я достала свою стеклянную трубочку, в которой осталось всего несколько капель. Их хватит на самое последнее «окно времени» – нашу единственную возможность выбраться отсюда.
Пробка хлопнула, передо мной поплыли клубы аромата и образовали нежно-лиловую облачную стенку. Я сунула руку в «окно времени», которое должно было вернуть нас домой, и стала грести.
Но, прежде чем я успела найти в «окне времени» новое столетие, случилось нечто, чего никто из нас не ожидал. А уж я меньше всех.
Вокруг нас закружился синий туман. Нас как будто подхватил ураган и швырял туда- сюда, видимость упала до нуля, и я утратила все представления о времени и пространстве. Я крутилась как волчок, всё быстрее и быстрее и уже не понимала, где нахожусь. Но вдруг ураган затих и побелел.
Теперь я падала – всё глубже и глубже. Но, прямо перед тем как я приземлилась на твёрдую поверхность, меня кто-то поддержал. Это был Матс! Я с трудом пыталась сфокусировать зрение и понять, куда мы попали. Постепенно размытая картинка обрела чёткость, и я услышала голубиное воркование.
Вокруг были очертания площади Святого Марка, на которой мы совсем недавно стояли, когда перенеслись в Венецию. Рядом с собой я обнаружила Элоди, а чуть дальше приземлился Даан и озадаченно тёр лоб. Я вздохнула с облегчением: мы по-прежнему были вместе!
* * *
Площадь Святого Марка была безлюдной. Я огляделась по сторонам и зябко обхватила себя руками за плечи, потому что снова очень похолодало. Солнце только что взошло, и вокруг не было ни души, поэтому я сразу услышала чьи-то шаги.