Бал потерянного времени

Пока мы осматривались, в зале началось какое-то движение. Оркестр заиграл новую мелодию, уже громче, и на танцпол вышли первые гости.
– Начинаются танцы, – прошептал Даан. – Это очень кстати. Давайте смешаемся с толпой.
Я запротестовала и заявила, что ни за что не стану танцевать. Но Даан и Виллем уже исчезли среди нарядных гостей.
  
Глава 12
 
Первые пары уже начали танцевать. Я смотрела на их слаженные движения: казалось, что у танцующих была общая школа хореографии и теперь они хвастались ею перед остальными гостями.
А что же делать мне? Я вообще не умею танцевать совсем. И уж тем более танцы, которые были в моде двести лет назад. И я стала отчаянно пытаться запоминать все шаги и повороты.
– Позвольте вас пригласить? – Леон поклонился Элоди и протянул ей руку. И хотя она в последние дни часто задирала нос, танцевать с ним она пошла.
Леон – настоящий смельчак, этого у него не отнимешь. Не зная ни одного танца, он просто смешался с танцующими, на этот раз вместе с Элоди. Я невольно засмеялась, глядя на него. Было видно, что он не имел ни малейшего представления, сколько надо пройти шагов и когда повернуться. Но он как-то водил Элоди среди других пар, и они почти не бросались в глаза. И прежде всего потому, что в масках и париках они были неотличимы от остальных гостей.
Вдруг ко мне тоже протянулась рука.
Я заморгала и почти застыла на месте от испуга. На меня смотрел Матс. Он... хотел танцевать со мной!
– Ведь мы не должны привлекать к себе внимания, – прошептал он и улыбнулся краешком губ.
Я испуганно сглотнула, представив себе, что сейчас окажусь на танцполе, и всё же взяла его руку.
– Присмотрите за Бенно? – торопливо попросила я Виллема и подтолкнула к нему брата. – А ты ни на шаг не отходи от Виллема, – строго наказала я ему.
Бенно кивнул, а Матс уже тянул меня в круговорот танцующих. Музыка зазвучала ещё громче, и мне стало ужасно жарко. Никогда ещё я не стояла так близко к Матсу.
К счастью, на мне была маска, и она закрывала мои красные щёки. С другой стороны, хорошо бы сейчас увидеть Матса без маски. Мне было трудно понять, что сейчас творится в его душе.
– Ты узнаёшь их? – спросил он у меня через пару минут, ведя меня в сторону немолодой пары.
Я была так озабочена тем, чтобы случайно не отдавить Матсу ногу, что пока ещё не смотрела вокруг.
– Возможно, это родители Рафаэля, – прошептал Матс. – Как думаешь?
– Да, это они, – сказала я. Теперь и я уловила возможное сходство. Отец Рафаэля был коренастый мужчина с брюшком. Но самое главное – у него тоже не было одной руки. Я заметила это ещё во время турнира. Такое не скроют никакие маски и костюмы. 
В отличие от мужа мать Рафаэля была очень маленькой и худой. У неё были светлые волосы, и на турнире она укладывала их в замысловатую высокую причёску.
Леон и Элоди, кажется, тоже их заметили – они всё время танцевали рядом с ними. Мы с Матсом, переглянувшись, тоже стали двигаться в их сторону: может, мы сумеем подслушать их разговор, если окажемся рядом. Но родители Рафаэля танцевали молча, а маски скрывали их эмоции, и мы не могли определить, тревожатся ли они за своего сына.
Мне очень хотелось спросить их об этом, вселить в них надежду, сказав, что мы ищем Рафаэля. Но тут мелодия закончилась, и пара ушла с танцпола.
Леон знаками дал нам понять, что они с Элоди пойдут за ними. А мы с Матсом остались на второй танец.
Если здесь родители Рафаэля – значит, наверняка должны быть и родители Эллы.
Следующая мелодия, которую заиграл оркестр, была более медленной, и кружившийся вокруг нас вихрь сменился спокойными шагами. На миг я испытала облегчение, потому что не успевала запомнить все движения, но тут Матс неожиданно прижал меня к себе, и у меня замерло сердце.
Я и в нормальной обстановке тонула в тёмных глазах Матса. Иногда он смотрел на меня так, будто я единственная девушка на свете. Сейчас в его взгляде было столько тепла, что я даже поверила: всё будет хорошо. Пока Матс смотрит на меня так, мне не страшно ничего на свете, и я просто... счастлива.
 
Я вдруг поняла одну вещь. Если я сейчас не решусь сказать Матсу о своих чувствах к нему, то, наверное, не решусь на это никогда. Но тут же засомневалась: а что, если Матс всё-таки разочаровался во мне и мои чувства его уже не интересуют?
Нет, я должна рискнуть. Правда, я не могла представить ничего ужаснее, чем получить от Матса отказ, но... эти мысли не могли меня остановить. Я просто лопну, если наконец не скажу ему об этом.
И тогда я прижалась к нему ещё ближе и увидела, как он вытаращил глаза. Вот и наступил тот самый момент. Я больше не могла притворяться, что всё нормально. От волнения у меня шумело в ушах. Будь что будет.
– Матс, – выдохнула я и сглотнула. – Я... в общем, я... – Сердце мчалось галопом. – Я давно хочу сказать тебе одну вещь. Но... до сих пор я этого не сделала, потому что... ну да...
– ...потому что думаешь, что я всё ещё злюсь на тебя? – спросил он. – Да я вообще никогда не могу на тебя злиться. – Он криво усмехнулся. – Во всяком случае, дольше двух минут. Да и то если очень постараюсь. Но иногда всё равно делаю так, чтобы ты не думала, что ты...
– ...что я тебе нравлюсь? – прошептала я пересохшими губами и торопливо выдавила: – Ты... ты мне тоже нравишься. Даже очень. И мне кажется, что не только нравишься, а даже больше.
Матс неожиданно остановился, и я действительно чуть не наступила ему на ногу. Он молчал. Ужасно долго. Слишком долго. Неужели я всё просто придумала?
Я умирала. Здесь и сейчас.
– Почему... почему ты не говорила мне об этом раньше? – У Матса был такой взгляд, словно ему что-то упало на голову. – После того случая на турнире я думал, что ты не хочешь, чтобы мы дружили, как раньше. Ты всегда как-то странно смотришь на меня, когда я рядом.
– Только потому, что я нервничаю, – призналась я.
– Но... Ты для меня самая классная девчонка на свете! Ты ведь сама знаешь! Почему ты так долго... – Матс замолчал, а я после его слов чуть не упала.
– Я для тебя самая классная девчонка на свете?! – В душе у меня взорвался фейерверк из петард, ракет счастья, и они вылетали одна за другой. – Правда?
– Люци Альвенштейн... – он улыбнулся своей самой широкой улыбкой, – так ты до сих пор этого не знаешь? Все уже давно знают – почему же ты не знаешь?
В голове беспорядочно метались разные мысли – и ни одной важной. Оркестр заиграл громче, но я не слушала музыку. Сейчас я наберусь смелости, встану на цыпочки и...
– Дорогие высокородные дамы и господа! – загремел вдруг на весь зал голос, и я чуть не оглохла.
Матс тут же отпустил меня и оглянулся.
Поскольку я ещё не пришла в себя от волнения и видела всё расплывчато, я на всякий случай держалась за Матса.
Перед нами на сцене в конце зала стоял Эдгар и смотрел на участников бала!
Он изменился и выглядел совсем не так, как две недели назад на турнире – казался гораздо старше, словно после нашей последней встречи прошли не недели, а годы. Его лицо потеряло юношескую округлость, и на нём обозначились скулы. Волосы он снова коротко стриг и зачёсывал на пробор.
Разговоры и смех вокруг мгновенно стихли.
– Добро пожаловать! – воскликнул Эдгар. Мне бросилось в глаза, что он единственный не надел маску, и она болталась у него на руке. – Я безмерно рад, что вы откликнулись на моё приглашение и прибыли на бал-маскарад «Через все времена», украсив своим присутствием сегодняшний праздник! Наслаждайтесь этим вечером и празднуйте вместе с нами начало нового времени, отсчёт которого начнётся с этого бала.
Я огляделась по сторонам посмотреть, как гости реагируют на слова Эдгара. Позади меня две женщины начали перешёптываться, и одна из них засомневалась, принадлежит ли вообще Эдгар к высокородным.
– Имел ли он право собрать всех нас? – спросила вторая женщина.