С чистого листа (СИ)
Большой холл дома встретил прохладой и приятными запахами чистоты. Посмотрев на мягкий диванчик, я пробежалась взглядом по круглому стеклянному столику, напольному горшку с симпатичным деревцем, закрытым дверям. Интересно, что за ними?
Тем временем внимательно наблюдающая за мной тетя слегка нахмурилась.
— Ты приезжала к нам много раз. Никаких воспоминаний? — не спросила, а, скорее, подтвердила свой вывод она. Я покачала головой. — Ничего страшного, — твердо произнесла женщина и сообщила: — На первом этаже у нас кухня-столовая, гостиная, библиотека. Пойдем со мной, — пригласила, направляясь к витой лестнице.
Поднимаясь по натертым до блеска белоснежным ступенькам и скользя ладошкой по безупречно гладким приятного шоколадного цвета перилам, я осматривалась и напряженно размышляла.
Определенно, мои новоявленные родственники в средствах не стеснены. Все вокруг красноречиво свидетельствует о достатке в семье врачей.
Зайдя на второй этаж, тетя продолжила «экскурсию»:
— В левом крыле покои членов семьи, справа — гостевые. Сейчас покажу твою комнату.
Видя, как она повернула налево, я удивленно хмыкнула. Похоже, мне предстоит жить в семейном крыле. А вот это было приятно. Очень.
Широкий коридор заканчивался большим окном. Тамара Валерьевна толкнула одну из дверей, затем, отступив, предложила:
— Проходи, Ярочка, — и пояснила: — Когда ты гостила у нас, то жила в этой комнате. Она всегда была только твоя.
С благодарностью посмотрев на женщину, я переступила порог. Отойдя на несколько шагов от двери, остановилась, окинула внимательным взглядом большую, но поразительно уютную комнату.
Эркерное окно, занавешенное небесно-голубой вуалью, наполняло помещение светом и воздухом. Прямо около входной двери расположилась «рабочая» зона: письменный стол с компьютером, рядом вращающееся кресло, на стене — полочки с книгами, под ними удобный маленький диванчик и изящный столик с ажурной лампой. Ну а левее, очевидно, место для отдыха: застеленная бирюзовым покрывалом двухспальная кровать с множеством разноцветных подушек, прикроватная тумбочка, симпатичный ночничок.
Заприметив на дальней стене две закрытые двери, с грустью хмыкнула. Я даже не представляла, что прячется за этими дверями.
Казалось бы, если комната моя, то должна же хоть что-то узнать. На крайний случай испытать какие-то эмоции. Увы, ровным счетом ничего.
Видимо решив мне помочь, Тамара Валерьевна спокойно пояснила:
— За одной из дверей ванная комната, за второй гардеробная, — а потом внезапно с досадой поджала губы. — Вещей там практически нет. Последнее время ты не хотела, чтобы мы что-то покупали, — она нахмурилась, наверное, вспомнив о причине такого нежелания. — Ну да ладно, пока походишь в домашнем халате. Лежит на полке в ванной. Белье и кое-что из летней одежды я сейчас курьером закажу, — неожиданно заговорщицки улыбнувшись, добавила: — Виртуальный шопинг, конечно, хорошо, но пройтись по магазинам двум красавицам-сестрам гораздо интереснее и полезнее. Намек понятен? — вопросительно изогнула она бровь.
— Более чем, — усмехнулась я. — А как Светлана на это отреагирует?
— Положительно, — уверенно сообщила Тамара Валерьевна. — Иди в душ, потом спускайся в столовую. Будем тебя нормально кормить, — не дожидаясь ответа, тетя вышла из комнаты и плотно притворила за собой дверь.
Проводив ее взглядом, нахмурилась. Игнатьевы явно заботятся и беспокоятся, однако не особо-то и расстраиваются, что я их не помню. Словно родственников это устраивает.
Вполне вероятно, мое физическое здоровье опасений у них не вызывает. Впрочем, чувствовала я себя действительно великолепно. Но неужели два профессиональных врача с такой легкостью позабыли о моем «чудесном исцелении»? Не верю! Они, несомненно, что-то знают. Вопрос — что именно?
Поморщившись, стянула надоевшую шапочку. Засунув ее в левый карман, отправила туда же маску. С наслаждением почесав зудящую на затылке кожу, сняла больничные шлепанцы и направилась прямиком в ванную комнату. Мне необходимо срочно освежиться.
Открыв первую из дверей, огляделась. Добрую половину стены занимало зеркало. Чуть подальше стояла стильная душевая кабина, рядом — огромная белоснежная ванна. На стеллажах аккуратными стопочками лежали полотенца, там же обещанный темно-серый халат, в самом дальнем углу скромно прятался унитаз — короче, ничего сверхъестественного или непонятного.
Задумчиво посмотрев на душевую кабину, решила все же основательно помыться. Довольно быстро разобравшись с хитроумной сантехникой, включила воду нужной температуры и направилась к зеркалу.
Впервые увидев свое отражение, облегченно вздохнула. В глубине души я боялась, что саму себя не узнаю, и придется привыкать. Однако зеркальный двойник не вызвал противоречивых эмоций. Оказывается, собственную внешность я прекрасно помнила. Даже едва заметный шрам на правом предплечье казался родным, хоть и не знаю, где и когда умудрилась его поставить.
Хмыкнув, вновь вернулась к ванне. Та почти наполнилась. Оглядев многочисленные пузырьки, взяла наугад самый большой.
— Пена для ванны с ароматом лаванды, — прочла вслух и довольно хмыкнула. Читать, к счастью, не разучилась.
Щедро плеснув под струю лиловой жидкости, увидела начавшую подниматься плотную пену и почувствовала приятный запах. Похоже, пора раздеваться.
А вот снимать-то особо и нечего. Белья под выданным тетей медицинским халатиком не имелось. Неторопливо расстегнув пуговицы, сняла его, повесила на крючок в стене. Взгляд зацепился за оттопыренный карман, в котором лежал кулон.
Вытащив украшение, задумчиво посмотрела на голубоватый кристалл. Евгений Петрович сказал, что кулон был на мне. А вдруг личная вещь поможет пробудить память?
Торопливо расстегнув замочек, надела цепочку на шею. Теплый камешек уютно улегся в ложбинку меж грудей.
Прислушавшись к себе, с досадой поняла — воспоминаний нет. Словно прежде я его никогда и не носила.
— Жаль, — пробормотала под нос и опустилась в ванну.
Понежившись в ароматной пене, без спешки тщательно вымылась. Выбравшись из воды, направилась к полке с лежащим на ней халатом.
Размышляя о всяком-разном, не понимая руки, машинально щелкнула пальцами. В тот же миг тело со всех сторон окутали теплые струи воздуха.
Я застыла. Что происходит?!
Через пару мгновений все закончилось. Ошарашенно хлопая глазами, потрогала прядь волос. Сухая.
Ну дела-а…
Двигаясь словно заторможенная, взяла халат, крепко завязала на талии пояс. Внезапно озарило: раз Игнатьева говорит в этой комнате жила только я, то, вполне вероятно, удастся найти какую-нибудь подсказку о прошлом!
Быстро вернулась в спальню. На глаза попался дисплей монитора. Компьютер — самая нужная вещь, я им точно пользовалась! Должны же в нем быть хоть какие-то фотографии?!
Однако меня постигла неудача. Куча кнопок на системном блоке. Какую нажимать — ни малейшего представления. Безуспешно потыкав, отступилась. Видимо, так мышечная память не сработает. Придется с этим подождать.
Нахмурившись, я села на стул и принялась выдвигать ящики стола. Все найденное складывала себе на колени. Удостоверившись, что последний ящик пуст, приподняла полы халата и отнесла добычу на кровать. Уселась в центр, скрестила ноги и принялась методично рассматривать находки.
Всевозможных размеров календари, брелоки, фотографии для письменного стола, конечно, вполне нормальное явление. Однако нешуточно напрягало другое: на всех до единого предметах красовалось изображение одного и того же высокого, стройного азиата.
Это вообще кто?
Хмурясь все сильнее, я разглядывала красивое, аристократичное лицо длинноволосого юноши. Он явно был важен для меня. Однако не то что воспоминаний, ни единой эмоции так и не появилось. Снова.
— Да ладно?! Ничего не меняется? — внезапно выдернул из раздумий девичий голос.
Повернувшись на звук, заметила приближающуюся незнакомую темноволосую девушку.