Загадочный поклонник (СИ)

— Кофе сделаешь? — попросила Ева, меняя тему. — Мне нужен крепкий ароматный кофе для восстановления сил. Что-то я совсем никакая.
— Кофе так кофе, — охотно согласилась я, намереваясь подсунуть к горькому напитку пару долек шоколада. Сладкое тоже ведь силы восстанавливает, что бы там Ева ни говорила.
Пока возилась на кухне, думала о том, что мы уже успели сегодня обсудить. Мою странную непознанную силу, которая просыпалась только в критических ситуациях или когда ей вздумается, и память сестры, заблокированную каким-то уродом. Наших новых учителей и музыкальное состязание, которое состоится в воскресенье. Завистливых ведьм и добродушных квазаров, их сестра навещала в больнице (мир перевернулся с ног на голову, а я и не заметила?). Еще мы говорили о парнях, мужчинах, ибо парнем Аллегро Рэйна назвать было сложно, и всяких заГАДочных личностях, к числу которых я относила как Иоши, так и человека-тень из воспоминаний Евы. Ну и темную фигуру в балахоне тоже. Мы ведь пока только подозревали, кто это. Доказательств у нас как не было, так и нет.
Плохо! Надо будет их добыть.
  
Глава 8
 
Еванжелина
Мне снилось мрачное хранилище под зловещим номером тринадцать, который горел на двери, исторгая алые языки пламени. Я словно в ад вошла, переступив порог, только жарко там почему-то не было, скорее, наоборот. Каждый шаг отдавался гулким эхом, хотя я двигалась босиком. Да и одежды нормальной на мне тоже не было — одна только рубашка, доходившая почти до колен... мужская. А под ней ничего. Тонкая ткань, словно единственная, но отчего-то очень надежная защита, прятала нагое тело. Все было странным, тревожным, пугающим, но я упрямо продолжала идти туда, где меня ждал человек-тень.
Вот темный провал между рядами, высокая стена с металлическими ящичками и силуэт, рядом с которым открытая ячейка с номером...
— Триста семнадцать! — открыв глаза, прошептала я в темноту не жуткого хранилища, а моей родной спальни.
Сон как рукой сняло. Я продолжала лежать, комкая и без того скрученное одеяло, и смотреть в потолок, силясь вспомнить остальные цифры злосчастного номера. Все это могло быть моей фантазией, созданной подсознанием на основе воспоминания, которое пытался извлечь из недр памяти Иоши. Могло, да... но ведь и очередным кусочком пазла мой сон тоже мог быть. Требовалось срочно поделиться им с кем-то. Вот прямо сейчас!
Скатившись с кровати, я «разбудила» Уржика, проверяя время. Было около трех часов ночи. Вчера, вопреки двум чашкам крепкого кофе, я отрубилась рано — усталость взяла свое, и никакие природные энергетики не смогли этому помешать. Но вместо того, чтобы благополучно проспать до утра, я вскочила посреди ночи.
И? Что теперь делать? Сестру будить или лучше ее наставника?
Позвонить господину Рэйну хотелось до зуда в пальцах. Вдруг эти три цифры, что я увидела во сне, помогут ему найти преступника? С другой стороны, моя информация могла лишь еще больше все запутать, ведь ставить палки в колеса официальному расследованию, делясь данными полученными из сновидения, глупо. Побродив туда-сюда по комнате, я все же решила сначала посоветоваться с Крис, даже если для этого придется облить ее холодной водой или пощекотать пятки, ведь иначе сестренка может и не проснуться. Каждая побудка у нас — приключение. С чего бы этой быть другой?
Прокравшись на цыпочках в прихожую, я остановилась, ощутив что-то странное. Не плохое, не хорошее, просто... странное. А еще странно-знакомое. Даже ущипнула себя, желая убедиться, что не попала в «матрешку» сна, когда одни ночные грезы плавно переходят в другие, и каждый раз кажется, что ты уже бодрствуешь. Очередного пробуждения не случилось — я по-прежнему стояла возле комнаты сестры и медлила, хотя давно пора было открыть дверь. Решительно надавив на ручку, я переступила порог и... снова застыла.
Сестра лежала на разобранном диване в окружении звезд, транслируемых в комнату мини-голографером, который был по совместительству и обычным ночником тоже — смотря какой режим на нем выставлен. Крис спала: ее длинные волосы разметались по подушке, прикрытая покрывалом грудь мерно вздымалась, а с губ время от времени слетало что-то неразборчивое. Кай, край, король, кроль… или, может, кролик? Я не поняла. Наверное, ей что-то снилось, возможно, даже хорошее, но меня потрясло другое.
 
Я смотрела на сестру и чувствовала кристалл. Еще более необычный и прекрасный, нежели тот каменный цветок, что остался в пещере с герангами. Ее трехцветная метка светилась и как будто пульсировала, вызывая эту стойкую ассоциацию. По лицу и телу от нее бежали мерцающие нити, точно энергетический ручейки, отчего вся Кристина источала свет. Это выглядело совершенно нереально, и я вновь задумалась о реверсивных сновидениях, но проснуться повторно никак не получалось.
— Крис? — позвала, совладав с удивлением. — Милая... очнись, — произнесла чуть громче. Голос предал, руки задрожали. А сестра продолжала нежиться в объятиях Морфея, не имея ни малейшего понятия, что с ней творится. — Крис! — рявкнула я, совладав с собственными страхами. — Пожар!!!
Получилось громко, звонко... и с очередным вырубанием пробок. Надеюсь, только в квартире, а не во всем здании. Голографер погас, и я тоже зажмурилась. Рефлекторно. Когда же открыла глаза, часто моргая и привыкая к темноте, никаких световых спецэффектов на сестре больше не было. Неужто показалось? После передоза снотворного, непонятного укола и телепатической атаки Иоши на мой бедный мозг любые глюки возможны.
— А? — сестра села, подтянув повыше покрывало. — Где горит? Что? Ева! — возмутилась она, обнаружив, что ничто нигде не горит, даже ее звездный ночник потух.
— Прости, — прошептала я, нервно улыбнувшись.
Хорошо, что я не запела, поддавшись наваждению, а то сестра очнулась бы сегодня от холодящего душу воя, а не от моего крика... тоже, впрочем, холодящего душу. Просыпаться, думая, что случился пожар — так себе удовольствие.
— Ты чего такая... загадочная? — подобрала подходящее слово Крис.
— Кошмар приснился, — призналась я. Осталось только понять: метаморфозы, происходившие с нею — это была часть моего кошмара или что-то из совсем другой оперы?
Меня снова потянуло связаться с господином Рэйном, но я напомнила себе, что сейчас середина ночи, а он, если вспомнить их разговор с моим отцом, в это время спит. Да и не очень-то хотелось мне, чтобы безопасник решил, будто я выдумываю разные нелепицы в поисках встречи с ним. Помнится, он уже подозревал меня в желании его потрогать. Теперь обвинит в стремлении увидеть. Нет уж! Не буду ему звонить! И писать тоже не буду.
— И? Чего замолчала-то? — сестра встала, кутаясь в покрывало, так как спала топлес. Ей вечно было жарко, и потому она предпочитала легкий плед теплому одеялу, под которым обычно спала я. Справедливости ради замечу, что и температуру в комнате она выставляла на ночь куда более высокую, нежели я. — Что за кошмар? Джет опять приходил второй шанс просить? — зевнув, поинтересовалась Крис.
Я скривилась, не оценив шутку.
— Номер ячейки видела, возле которой крутилась тень. Точнее, часть номера.
— Ух ты! — глаза сестренки загорелись азартом. — И что делать будем? Попросим папу отвести нас туда, чтобы выяснить содержимое того ящика?
— Кри-и-ис, — простонала я. — Ты неисправима.
— А что такого? Должны же мы все проверить, прежде чем докладывать учителю, — заявила она.
— Хорошо. Завтра расскажу папе, а он проверит. Если это был не просто сон, а осколок потерянного воспоминания — передаст информацию куда требуется.
— Понятно. — Сестра вздохнула, напоминая сейчас ребенка, у которого отобрали вожделенную игрушку, сперва ею поманив. — А чего кошмарного-то было? Ты тень во сне разглядела? Это монстр какой-нибудь, да? — начала на ходу придумывать она. — Химера? Или, может, квазиволк?
— Не разглядела, — остудила я ее пыл. — Но все равно было жутко — словно в фильм ужасов попала.