Барнар — мир на костях 3 (СИ)
— И чем все закончилось?
— Тем, что Тара напомнила про этот костюм матери с отцом. И они помчались и купили ей его. Так она уже через день начала есть такими порциями, что кухарка едва успевала готовить. А через три дня уже была на ногах. А пока до этого лежала в постели и смотрела на свой костюм, то радовалась и предвкушала, как бы скорее только его надеть. Когда она прошлась в нём по городу и появилась в школе волшебства, все, конечно, были в шоке от её смелости. Но она была такой довольной и сияла, словно солнце. И над ней пробовали поиздеваться из-за костюма маги со старших курсов, но Карлин совсем не обращала на них внимания. А когда они так и не прекратили злобно шутить над ней, то мы после школы: я, Тара и Карлин подождали их и сбросили в яму клозета. Так от них ещё две недели дерьмом воняло.
— Вы, будучи ещё маленькими, справились со старшими по курсу?
— Нет ничего такого, с чем бы мы втроем в своё время не справлялись. Мы уже тогда были сильны в заклинаниях. Правда, нас потом строго отчитали, и родителям моих подруг пришлось выплатить деньги на покупку одежды для тех учеников. Но ты теперь понимаешь, почему не стоит искать Конрада? Что бы ему не пришло в голову, дай ему осуществить свою мечту. Он ведь не ребенок и понимает все риски.
— Но я не смогу теперь спокойно спать ночами, думая о том, где он и как он.
*Олдиар*
Перед наёмниками возвышалась высокая песочного цвета стена графства Морской Полвиль. Треугольные башни торгового города Олдиара виднелись среди проплывающих облаков. Морской прибой разбивал волны о прибрежные скалы. Чайки громко перекрикивались над водой.
Стражники в красных кафтанах и в шлемах с длинными хвостами сновали неустанно назад и вперёд между бастионами.
— Чувствуешь, какой здесь свежий воздух, — обратился Конрад к поэту.
— Не знаю, по мне так воняет рыбой!
— Дурак ты, брат. Это пахнет золотыми монетами, — усмехнулся друг. — Если получим земли, то помимо плодородной почвы и пастбищ на равнинах, будем иметь доступ к рыболовному ремеслу. У нас, возможно, даже будет свой корабль.
— Ага, осталось только убить монстра из лавы. Делов-то. И ещё неизвестно, не отберут ли у нас после этого всë назад. Мы не одни такие умники желаем поселиться в этом богатом крае.
— Отобрать у узревших ураган? Я бы с удовольствием посмотрел на таких безумцев.
— Конрад, пока что безумцы здесь только мы!
— Не называй меня по имени. А то оно слишком меня опережает. Но при наших обстоятельствах это может сыграть против нас.
— А нас вообще сюда пропустят?
— Не думаю, что у них есть выбор. Правда, наверное, сначала над нами горько посмеются. Главное, что мы не больны чумой и никаких признаков её не имеется.
Глава 19
*Западная граница Дормана*
Рыцарь Джеральд заслонил рукой королеву, выступив вперёд.
— У вас последний шанс, — бросил он ей и ринулся на врагов.
Но упрямая Тисса не переменила своего решения:
— Нет! Эти сволочи не откроют ворота, — она взволнованно сжала эфес шпаги ладонью.
Дыхание Её Величества то и дело замирало на ходу. Было слышно, как извиваются сосуды под кожей, словно канаты от бешеного прилива крови. Джеральд, прикрываясь щитом, отбивался от варвара с секирой. И Тисса вовремя успела прикрыть его со спины от смертельного удара. Но её тут же ударили в челюсть и выбили оружие. Один из захватчиков пнул её в грудь, повалив в снег. На рыцаря же набросились трое с мечами. Первый, но не смертельный удар пришелся ему в шею. Второй проткнул почку, и третий уже пришелся в голову. Джеральд рухнул на землю, окропив её струями крови. Голубые глаза застыли на месте, будто драгоценные алмазы. Но совсем скоро черви будут обгладывать их, царствуя в черепе.
— Вы не получите за меня выкуп! — с надрывом в голосе выдала королева, сплевывая кровь.
Она выхватила из сапога кинжал и навела его острие себе под ребра.
— Стойте! — прокричал спрыгнувший с верхней галереи, ухватившись за цепь, Рогир.
Не успели двое варваров сообразить, в чем дело, как орк превратил их грудные клетки в груду осколков с помощью булавы. Её Превосходительство, уже было попращавшаяся с жизнью, вскочила и вновь подхватила шпагу. Руки сковывал дикий холод. Но один широкоплечий варвар метнулся к ней, чтобы захватить в ценные заложники. Главарь орков же был занят схваткой на мечах с другим.
Тисса осталась наедине с врагом. Мужчина с щетиной угрожал ей мечом. Но она дерзко отпугивала его неустанными взмахами шпаги. Тогда захватчик вышел из себя и рванулся вперёд, стараясь щитом выбить её из равновесия. Однако правительница Дормана харкнула ему в лицо и, пригнувшись, со всего размаха вонзила лезвие в область подбородка.
— Вы не ранены? — подбежал к ней Рогир, покончивший с оставшимся варваром.
— Я в порядке! Где ваши войска, черт возьми? — она вперила в него разгневанные глаза.
— Тише!
— Что? — Тисса стиснула крепко зубы.
— Послушайте! — орк поднял вверх указательный палец. — Слышите? — он ухмыльнулся. — Они здесь!
После своих слов тот поспешно взбежал по лестнице, чтобы взглянуть на то, что творится за пограничной стеной. Королева с надеждой на лице смотрела на его движения и реакцию.
Рогир поднял вверх меч, приветствуя свою армию, сгущавшуюся, будто гигантский рой пчёл. Среди орков мужчин были и женщины-орки, являющиеся капитанами среди отрядов.
Ни один мускул не дергался на их уверенных лицах. Золоченая кольчуга на высоких телах покрывалась кусками внутренних органов врагов: эльфов и варваров. Зелёные сапоги с высокими голенищами обтягивали их крепкие мощные ноги. Женщины орчьего народа не уступали по ярости и силе мужчинам. Одна орчиха широким мечом-дао вылитым вместе с причудливыми узорами, изображающими лисью стаю, снесла одновременно две эльфийских головы.
— Ваше Величество, мой народ здесь! Мне пора к ним! — оповестил радостно ту Рогир, спустившись вниз к двери.
— Замечательно! Могу я вас попросить, пожалуйста, оставить парочку эльфов и варваров для допроса.
— Это вы отлично успели заметить! Обычно мы в живых никого не оставляем.
— Мне пора отправляться к раненым, — она кивнула ему.
— Постойте, Ваше Величество, я должен задать вам вопрос…
— Рогир, сегодня я Тисса. Просто Тисса — дочь Дормана, — перебила его королева, понурив голову и опустив руки в карманы. — Я вас слушаю!
— Тисса, — улыбнулся ей орк, — вы что, действительно убили бы себя сегодня, если бы я не успел к вам на выручку?
— Варвары бы потребовали за меня слишком большой выкуп у эльфов. Так как я не сомневаюсь, что за всей этой идеей стоит Эриндел. И тогда бы лирианец вытряс все до последнего из дорманцев. Лучше уж умереть…
— Так выходит, Эриндел бы, скорее всего, желал бы убить вас, чтобы навсегда обезопасить своё правление от ваших законных посягательств на корону в будущем. Ведь, как я успел понять, народ Дормана очень вам предан, как поступками, так и мыслями.
— Ну, не обобщайте, Рогир, здесь найдутся и мои враги. Например, те, кто с радостью бы воровал из государственного бюджета. Да и прочие сволочи, думающие только о себе.
— Ну да, понимаю… — орк оперся о клинок меча. — Так все же куда лучше было бы для вас и для ваших подданных, если бы вы уехали вовремя или вовсе не приезжали сюда. Вы ведь это понимаете? — он пристально смотрел на неё.
— Рогир, вы же знаете ответ. Или это риторический вопрос, чтобы выставить меня дурой? Ох… Конечно, я все понимаю. Да! Я чувствую себя самой настоящей дурой! Взбалмошной женщиной, недостойной престола. И я уже тысячу раз пожалела о том, что я осталась здесь. Но знаете, если бы даже был способ отмотать время назад, я все равно поступила бы точно так.
— Нет, Тисса, — помотал головой орк, — вы не женщина. Вы королева! А королевы не могу вести себя сообразно обычной оценке. Вы очень слабы телом и никогда не держали оружия в руках, никогда не находилось в эпицентре битвы. Да и к тому же вы носите дитя… Но, черт меня побери, то, что я сегодня увидел, — он усмехнулся. — Вы, прекрасно осознавая глупость своего поведения и свою слабость, все же остались. И я заметил в вашем взгляде ужас, но вы не отступили. Вот этот ваш поступок сказал о вас все! Вы храбрее и благороднее многих из моих и ваших лучших воинов. И это сущая правда! Те мужики с юного возраста учатся боевому искусству, и они сотни раз закалялись в битвах. Нас, всех мужчин, приучили к храбрости. Даже самые трусливые из нас стараются подражать храбрым, ибо иначе мы не можем. Но женщинам из вашего общества подобная трусость простительна, ибо вы слабы и созданы для другого. Однако, Тисса, вы меня, признаюсь, очень поразили. Клянусь, если бы вы с детства занимались только боевым искусством, то вы бы брали любые крепости за самые короткие сроки. У вас самое храброе сердце не только среди женщин, но и средимужчин. И да, вы, возможно, совершили с политической точки зрения глупый поступок. Но, поверьте, никто и никогда не будет достоин престола Дормана так, как вы! И признаюсь честно, раньше, несмотря на то, что я слышал о вас только хорошее, и даже когда я лично с вами познакомился, я все же вас презирал. Вы казались мне самодовольной, властолюбивой, начитанной барышней, которой выпал случай стать женой короля когда-то. Но теперья горд, что мы бились сегодня вместе, — он протянул ей свою крупную шершавую ладонь с отросшими кривыми ногтями.