После предательства. Доверюсь снова (СИ)

- Нет, ничего. До Нового года, созвонимся еще.
Связь прерывается, и я не успеваю спросить разрешения у Кати, можно ли будет поставить елку к Новому году. Ну и ладно, думаю, молодожены против новогоднего атрибута ничего иметь не будут.
Уже к трем часам пополудни мы с Артемом отправляемся в аэропорт за моим багажом. Едем молча сначала, я любуюсь пейзажем за окном, за снежными склонами гор, по которым лихо летят первые в этом году сноубордисты, поднимая белую пыль за собой. Парень молчит, чтобы мне не мешать, лишь иногда поясняя что-то или отвечая на мои вопросы. Когда зрелище теряет свою новизну и перестает меня привлекать, я переключаюсь на мужчину, сидящего рядом и уверенно сжимающего в руках руль.
- Моя подруга с мужем только к Новому году приедут, - произношу я и поправляю воротник куртки Артема, задевая, будто ненароком, его шею.
- Всё так серьёзно? – смеется он, поглядывая то на меня, то на дорогу. Я пересказываю наш разговор с Катей.
- Так что, у тебя нет надобности, эту неделю жить со Златой, - радостно озвучиваю я мысль, но блондинчик хмурится, почему-то.
- Я бы рад… Но как я объясню Павлу Сергеевичу, что не живу с его дочерью в одном доме, а? И то, что живу с другой девушкой, тоже не смогу объяснить.
- Но он же остановится в отеле?
- Нет, у Давыдовых огромный особняк здесь. И он, и его жена, и еще куча родственников будут жить вместе до свадьбы. Черт бы побрал эту затею! – вдруг восклицает он и ударяет по рулю одной рукой.
Я не хочу продолжать этот взрывоопасный разговор и отворачиваюсь снова к окну, разглядывая теперь уже однообразные мрачные скалы. Что я здесь делаю? Надуваю губы, пытаясь разобраться в своей жизни. Я мешаю Артему, он разрывается между мной и этой чертовой свадьбой. И я ничем не могу ему помочь.
Решение приходит мне уже в аэропорту, когда я, наконец, вижу свой новенький чемодан и сумку с вещами. Действительно, все при мне, деньги и документы тоже. Решение приходит мне уже в аэропорту, когда я, наконец, вижу свой новенький чемодан и сумку с вещами.
Действительно, все при мне, деньги и документы тоже. Поэтому оставляю Артема присмотреть за вещами в зале выдачи багажа, а сама, якобы, иду разбираться насчет компенсации. Нахожу зал с кассами и уверенно рулю к ближайшей свободной стойке. Спрашиваю у сотрудницы аэропорта, есть ли в продаже билеты до Анапы или Сочи, и во сколько ближайший рейс. Ее утвердительный ответ меня успокаивает, значит, я приняла правильное решение.
- Дайте мне один билет на рейс, который самый ближайший. Через два часа, который, - протягиваю девушке паспорт и деньги. И чувствую, как меня хватают за куртку. Н-да, моя уловка не удалась.
- Настя! Ты чего делаешь?! – поворачивает меня к себе Артем. Он возмущен до предела, шоколадные глаза прямо молнии мечут.
- Я даю тебе свободу, Темушка. Разберешься со всей этой каруселью, так встретимся… может быть… - медленно произношу я, пытаясь не разреветься от отчаяния. – Ведь понятно же, что я мешаю тебе…
- Ты не мешаешь! Ты нужна мне, пожалуйста…
- Девушка, - перебивает его сотрудница в униформе авиакомпании, - можно Вас на минуточку? У Вас не хватает денег.
- Как? Я же летела сюда за эту сумму… сейчас – роюсь в сумочке, вытаскивая последнюю тысячную купюру.
- Всё правильно, просто Вы летели сюда эконом-классом, а сейчас есть только билет в бизнес-класс, и стоит он дороже. С вас еще тринадцать тысяч.
Тупик. У меня нет больше денег. Поворачиваюсь к Веденину, а он улыбается. Засранец! Понятно, что он не займет мне денег, ему это на руку. Но я все же спрашиваю:
- Артем, дай мне в долг тысяч пятнадцать, а?
Он мотает головой, отказывая мне, и забирает со стойки мои документы с купюрами. Засовывает все мне в сумочку и, обняв меня за плечи, ведет прочь. В кафе.
- Поговорим? Я тебя не отпущу.
 Глава 24 
Разговор, наверное, предстоит тяжелый, Артем только вздыхает и никак не может начать его. Он перебирает мои пальцы, будто это драгоценности какие, нежно и трепетно лаская каждый. И у меня так тепло в душе, я чувствую, что дорога ему, что он не хочет меня терять. Может ли быть, что мужчина меня…
 
- Я люблю тебя, Настен! – говорит он тихо, озвучивая мои мысли и целуя мою ладонь. – Я знаю, что все так странно для тебя, пойму, если, не поверишь.
Да уж! Я потеряла дар речи, впала в ступор и превратилась в соляной столп. Причем, это всё сразу со мной произошло. А я думала, что красавчик просто рад случаю поразвлечься с симпатичной девчонкой. Я ведь симпатичная? Сейчас он смотрит на меня с нежностью в глазах, понимаю, что нужно сказать что-то, но…
- Да… мне странно пока. Так быстро всё, поэтому кажется, что я лишняя. Поэтому я… я не знаю… - сбиваюсь, потому что в уме крутятся эти три замечательных слова – «Я люблю тебя!»
Они звучат как прекрасная песня, и мне хочется смеяться и танцевать. Мне даже кажется, что все вокруг слышат, что творится у меня в голове и в душе. Даже оглядываю мельком полупустое помещение, никто и внимания на нас не обращает.
Тепло наполняет меня и даже, кажется, что еще немного, и я буду светиться розовым светом. Протягиваю руку и прикасаюсь к щеке Артема. Я тоже его люблю, но упустила время для признания, пока.
Официантка прерывает наш разговор, приносит персиковый сок для меня и черный кофе для Артема. Я отпиваю немного, чтобы смочить пересохшее горло, иначе ни слова сказать не сумею.
- Когда ты понял… понял, что любишь… меня? – задаю вопрос, ругаю себя за бестактность. Ну удовлетворись уже, любит же и ладно.
- Давно! Год почти. Я контракт подписал на всю зиму, чтобы уехать подальше и забыть тебя, - произносит блондинчик и смеется, так по-доброму. – А давай, я всё расскажу, чтобы ты поняла меня?
Двигаюсь по мягкой скамейке ближе к Артему, под самый его бочок. Он обнимает меня за талию одной рукой, другой поднимает чашечку с кофе и прихлебывает. Потом поворачивается ко мне лицом.
- Всё началось года полтора назад. В тот день я разругался со Златой, которая всю ночь где-то шастала, явилась только к завтраку. Я даже кофе не стал готовить, решил по дороге в бар заскочить. А там новая барменша, такая юная и красивая. Заказал свой любимый напиток и стал гадать, так ли новенькая хороша, каким был тот паренек… до тебя. Смотрю на тебя, а ты такая…
- Знаю-знаю! Сонная и с отпечатком ладошки на щеке! – чуть не в голос хохочу я, утыкаясь в свитер любимого мужчины.
- Не-а… не угадала! Такая растерянная, будто не знаешь, как вообще кофе варить. Ну, думаю, накрылся мой завтрак медным тазом, - шоколадные глаза сияют, а крепкая рука приподнимает мой подбородок и легкий, почти неуловимый поцелуй со вкусом черного кофе отметился на моих губах. – Но, вопреки всем страхам, я насладился сполна любимым Маккиато. И с тех пор каждое утро заезжал в бар, чтобы побыть с тобой. Ты стала глотком свежего воздуха, радугой в моем унылом мире. Со временем я стал замечать, что ревную тебя. Вот тогда и понял, что люблю. А у тебя другой, мне досталось лишь мечтать о твоих поцелуях и объятиях. Две недели назад я отменил свадьбу, а через три дня позвонила Анна, жена Павла Сергеевича.
Артем ерзает на лавочке, потом подзывает официантку и заказывает себе еще кофе, а я прошу мороженое с апельсиновым сиропом. Пора немного охладиться, ведь впереди серьёзный разговор намечается. Эта свадьба, хоть и ненастоящая, рвет мне душу.
- В общем, я с ума сходил от ревности, даже не зная твоего имени… я, специально не стал узнавать его. Решил всё отменить и подписал контракт. Думал, забуду тебя за это время. Звонок Анны меня выбил из колеи. Она предложила встретиться. При встрече рассказала о том, что Павлу Сергеевичу осталось жить не больше полугода. Она плакала и просила не отменять свадьбу, потому что поженить нас было золотой мечтой умирающего старика. Анна придумала, что можно устроить фальшивую свадьбу. И я решил так и сделать, ведь терять мне было нечего. Злата не захотела, я посулил ей отдать свою половину наследства, и та польстилась. Ради денег… родного отца… - прорычал вдруг любимый.