Я стану Императором (СИ)
Я искал под развалинами алтарь, из которого в мёртвые тела Торчки вселили Сущности. Но его не было. Либо он закрылся сам по себе, либо я не всё еще понимаю в этом мире и сущности для «зомби» были взяты каким-то другим способом откуда-то еще. Скорее, второй вариант. Мне еще учиться и учиться… Дьявол! Хорошо бы, а то в свете последних событий я так и останусь самоучкой с большим самомнением и еще большим Пузырём!
Некоторое время ушло на то, чтобы отловит всех разбежавшихся по округе «зомби» и зачистить пещеру. В пещере, которую мы прошли до конца я увидел похожий алтарь, на тот, что был в космопорту. Но, к счастью, это была обычная статуя, правда вымазанная в застарелой крови, но тем не менее абсолютно «нейтральная».
Катрин показала комнату, где жили они с Кевином почти два года. Забрала грязную засаленную куклу, которую она хранила еще со времен «садика» и пару безделушек, имеющих для неё какую-то ценность.
А потом в пещеру зашли огнемётчики и выжгли всё внутри дотла. А затем сапёры обвалили все два входа. Кстати, именно из второго входа и ускользнули три Торчка к лесопилке, как я понял уже после.
Дагора и раненных отправили в Лагерь. Из 427-и бойцов 2-го батальона осталось 243, из которых полностью боеспособных — 203! Половина батальона, 184 гвардейца пали в борьбе с Хаосом. Чтобы защитить людей мятежной планеты, которая отказалась от протектората Империи. Правильно ли это? Ведь есть множество лояльных Империи миров, жителям которых также нужна помощь гвардии? Я не знаю. Зато я знаю, что и сегодня я буду спать спокойно, потому что совесть моя чиста и угрызения совести отсутствуют.
* * *«МакКой» удалялся от негостеприимной планеты. Фаида постепенно уменьшалась в размерах, единственный материк, название которого я так и не узнал, постепенно уходил из поля зрения, так как мы улетали от планеты по параболе.
Две недели в пути, если Навигатор не накосячит, потом пересадка в центральные миры. Ещё, если повезет неделя-две и я прибуду в Академию. А вот что будет там, я не имею ни малейшего представления.
Согласно обычной учебной программе, в восемнадцать лет, которые у меня наступят через два месяца должна была пройти Инициация. Еще год должен был быть потрачен на первичное овладевание Даром и в девятнадцать мы все должны были получить своё первое назначение в Имперскую Армию.
А как оно всё произойдёт сейчас, я не имею не малейшего представления. Ну не убьют нас же в конце концов? Хаос меня задери, что за идиотские мысли мне в голову лезут?
— Дяденька Антон! — дёрнула меня за руку Катюха. — А у вас какой Ангел?
— Так это же ты, солнышко! Ты мой ангел-хранитель!
— Нет, я про другого! — серьёзно покачала головой девочка. — Который помогает!
— Пока никакого, милая! — улыбнулся я. — Я еще не выбрал.
— Знаете что! — заговорщицки сказала девочка.
— Что?
— Мой Ангел сказал, что если вы очень захотите, то он может с вами подружиться! Он вас уже не боится и может вам помочь!
— Скажи своему Ангелу спасибо за предложение, но я пока подумаю! — потрепал я малую по голове. — А как, кстати, его зовут? У него имя есть?
— Есть! — кивнула Катрин и почему-то засмущалась.
Я терпеливо ждал, продолжая улыбаться.
— Я зову его Бусинка!
Сбоку хрюкнула Тень, попытавшись сохранить серьёзное лицо.
— Отличное имя! — покачал головой я. — Очень… миленькое!
— Правда-правда? — обрадовалась Катя. — А вы можете это сказать Кевину? А то он считает его дурацким и девчачьим!
— Конечно я ему скажу! А как он назвал своего, кстати?
— Ногибатор!
Дикий ржач Эрика разнёсся по коридорам старого боевого корабля.
Обращение Автора
50 тысяч просмотров за 10 дней? Таки, да! Вы — крутые, мои дорогие Читатели и я вам всем очень благодарен! Хотел бы вас как-нибудь отблагодарить, но к сожалению, пишу «с колёс» и даже внеочередной продой порадовать не могу. Но зато, они выходят регулярно и по расписанию)
А еще меня радуют ваши комментарии под книгой. Мои коллеги в тихом шоке… хотя, нет, вполне себе в «громком»! Почему Читатели с тобой разговаривают?
И ответ у меня есть! По кочану! Ха-ха! Завидуйте молча! Мы своих не выдаём!)
До завтра!
Глава 18
Я зашёл в медотсек и немного ошалел. Офицерам выделялась отдельная каюта в лазарете и была она очень небольшого размера. Так вот, дыма здесь было столько, что впору было топор вешать.
— Господин прайм-лейтенант, прошу разрешения! — я постарался разглядеть что-то в этом мареве.
— Заходи, Антон и дверь закрой! Док ругается, что мы здесь курим!
Я пошёл на голос и, с непривычки, закашлялся.
— А чего вентиляцию не включите? Сигареты экономите?
— Хех! А ты — молодец! Но, нет! Тогда кэп ругается — на борту курить только в «курилках» можно, а так вентиляция тут общая!
Наконец я дошёл до говорящих. Трудно поверить, но всё это задымление устроили всего два человека.
Господа прайм-лейтенанты Дагор и Тарнавский оживленно болтали, не выпуская изо рта дымящихся сигарет. Судя по огромной куче «бычков» перед ними, заседали они тут уже долго.
— Присаживайся, Ноунейм! — кивнул Алексей, потом окинул взглядом кубрик в поисках еще одной табуретки, но её не было. — Куда-нибудь…
Я пожал протянутые руки и попытался подтащить к кровати одинокую тумбочку, но она, конечно же была прикручена к полу. Так что я уселся прямо на неё сверху, чуть в отдалении.
— Сигарету? — предложил мне Тарнавский.
— Спасибо! — я обвёл рукой задымленное помещение. — Думаю, мне и так нормально будет!
— Как хочешь! — хмыкнул прайм и бросил пачку обратно на тумбочку.
— Марк, как ты? — собственно, раз уж я пришёл, то нужно проявить заботу о здоровье Дагора.
Тот лежал на подушке, перемотанный бинтами. Они были свежие и белые. На лицо вернулся лёгкий румянец и выглядел он вполне сносно.
— В порядке, Антон! — улыбнулся прайм. — Спасибо, что сберег батальон.
— Это не полностью моя заслуга, парни тоже постарались! — смутился я.
— Да, ладно! Не прибедняйся! — хмыкнул Тарнавский. — Одарённый, который не признаёт себя Одарённым нам нехило так помог!
— Господин прайм-лейтенант, я вас попрошу!
Но Алексей продолжал веселиться. Я присмотрелся. На столике стояли два стакана с прозрачной жидкостью, и это вряд ли была вода. Похоже, они здесь не просто курили.
— Моя бабушка рассказывала старую пословицу. Звучит она так. Если что-то выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, вероятно, и есть утка.
Он засмеялся, к нему присоединился Дагор, который тут же схватился за бок, но смеяться не перестал. Я тоже позволил себе улыбнуться.
— Я выражаю официальный протест, Господа! Я — не утка!
— Вот теперь — верю, — продолжал смеяться прайм. Он наклонился и достал их-под кровати бутылку с той самой прозрачной жидкостью, что плескалась у них в стакане и продемонстрировал мне. — Будешь?
— Спасибо, но я не пью! — покачал головой я.
— Так мы тоже! — возмутился Алексе. — Мы вон — Марка дезинфицируем!
— Отстань от парня, Лёха! — остановил друга Дагор, посмотрел на меня и всё же не удержался. — Он до недавнего времени и не курил, так что всему своё время!
— Наше дело — предложить! — пожал плечами Тарнавский и «освежил» стаканы.
Они выпили, не чокаясь, и я понял, что я попал не на праздник.
После нашего рейда в посёлок, от полка осталось 1548 бойцов, которые со скрипом, но разместились на «МакКое». Несколько дней мы потратили на общение с местными властями, которые резко поменяли своё мнение на полностью противоположное и уверяли нас в беззаветной преданности к Императору и Империи. И просили нас задержаться до прибытия Имперского гарнизона.
А гарнизон непременно должен был прибыть. В ближайшие месяцы. Ментат-связист передал рапорт Тарнавского по поводу ситуации на Фаиде и агрессии против Империи со стороны Пирдоса.