В потоках западного ветра

Гнев снова проступил во взгляде генерала, и мужчина быстро развернулся и буквально полетел вниз по коридору, чувствуя глубокое презрение к этой наглой выскочке.
Тем временем Сенатор молча сел за стол и снова посмотрел на дочь.
– Так что случилось?
– Ответа из Альвии еще нет? – первым делом спросила девушка. Мужчина тут же нахмурился.
– Ты уже и об этом знаешь? Твои каналы работают быстро.
– Вы сами выделили мне толковых солдат, отец, – без эмоций ответила девушка. – Так что происходит в Альвии?
Сенатор промолчал. Кажется, он задумался, как лучше преподнести ей информацию.
Амира же напряглась. Ситуация явно была не такой, как она представляла.
– Пока вы думаете, я сообщу еще кое-что. Герой из моего видения уже завтра приедет в Амирэн.
– Из твоего видения? Ты про рыцаря Дэмиана – хозяина легендарного меча Экскалибура?
– Именно про него. Мои солдаты следят за каждым передвижением героя и его спутников. Я уже отдала приказ привести их во Дворец Правосудия, как только они приедут в столицу.
Сенатор задумчиво кивнул.
– Этот герой… он эльф?
– Да, – кивнула девушка. Сенатор снова задумался.
– Ты пыталась отправлять письма Первому Советнику?
Внезапный вопрос заставил Рин на секунду замешкаться.
– Да, пыталась.
– И не получила ответа?
– Нет. Прошло уже три дня.
– Он и не придет.
Сердце девушки пропустило удар, и она с широко распахнутыми глазами уставилась на отца.
– Что… произошло?
– Сегодня утром вернулись наши послы из Альвии. Им, как и всем другим делегациям, настоятельно рекомендовали покинуть страну и впредь не посылать дипломатов, пока мы не получим официального разрешения. А еще… они сообщили, что Первого Советника убили больше недели назад.
Девушка от шока открыла рот. Ее дорогой друг… мертв? Убит?
– Кто… кто совершил такой грех? – дрожащим голосом вымолвила она.
– По столице ходит слух, что это сделал его сын, Хиро Эльвинэ. Он украл меч Экскалибур и вместе с младшей сестрой подался в бега, – ответил Сенатор.
Девушка моргнула. Значит… эльф из видения – это сын ее друга? И он подозревается в убийстве отца?
Она резко помотала головой. Тогда зачем он идет в Амирэн? Уж кто-кто, а сын должен знать о дружбе отца с ней. Он хочет попасть под удар? Или же… на него свалили вину?
– Это… ужасно… что происходит в Альвии, отец? – немного успокоившись, спросила Рин.
– Неизвестно, дочь моя, – мягко покачал головой Сенатор и уставился в окно. – Но одно ясно наверняка – твое предсказание является чистой правдой. Очень скоро мир изменится.
Хрупкий мир, что держался четыреста лет, в скором времени даст последнюю и самую сильную трещину.
  
Глава 6. Великое Торжество людей
 
Десятое амириса [19] восемьсот тридцать шестого года объединения мира. Все еще стояла глубокая ночь, но светлеющее на западе небо давало понять, что рассвет близок [20].
Четыре лошади, что всю ночь везли на себе путников, медленно тащились по пустынному полю, развеивая копытами утренний туман, тянущийся по земле.
Девушки мирно спали за спинами вампира и эльфа. Они уже довольно долго ехали от крепости Тарана до Амирэна, поэтому сильно утомились. Тома и Гой ехали впереди на три тайта, так что в темноте ночи были видны лишь их силуэты, медленно двигающиеся к цели.
И все же Хиро, в отличие от Джека, который зевал каждую минуту, ехал так, словно у него было еще много сил. Он смотрел вдаль, ожидая вот-вот увидеть столицу.
Эти четыре дня, что они путешествовали по Кассандрике, выдались яркими. Они с Мией не только узнали много нового, но и приобрели друзей, которые стали им верными спутниками. Эльф обернулся на сестру, а затем на Миру.
Мия сопела, прижавшись к его лопаткам. Ее лицо побледнело – эльфийка с детства была слаба здоровьем, и такая резкая нагрузка сильно ее утомила.
Обливи же мирно спала на спине вампира, словно несколько дней назад не разрушала его дом и не пыталась его убить. Раньше Хиро этого не замечал, но в ее безмятежном и юном лице было что-то до боли знакомое, но он никак не мог понять, что именно.
 
Но это было и неважно. У эльфа была хорошая память на лица – Хиро прекрасно знал, что они никогда не встречались раньше.
Между тем небо быстро начало светлеть, окрашивая глубокую темноту белыми лучами восходящей зари. Мерцающие звезды стали тускнеть и исчезать, уступая место идеально-голубому небу. Кажется, погода и сегодня обещала быть хорошей.
И вот впереди сквозь утренний туман Хиро смог увидеть высокую башню: острием она возносилась к небу подобно клинку, расширялась книзу и исчезала за высокими стенами. Рядом с башней виднелись очертания величественного здания с орнаментами на крыше.
Эта башня венчала Дворец Правосудия – оплот Амирэна. А величественное здание – Великий Храм – являлось сердцем Кассандрики.
– Кажется, мы наконец-то у цели, – послышалось рядом с эльфом. То был Джек, который тоже увидел очертания города.
Мия и Мира тут же пробудились. Все еще сонные, они выглянули из-за спин спутников.
– Это и есть Амирэн – город военных, священников и ученых? – спросила хриплым голосом Мия.
– Именно так. Этот город полностью отличается от всех остальных, что мы видели и проезжали, – кивнул ей Джек.
– В Обливионе Амирэн называют городом будущего. Люди вкладывают очень много в его развитие, – рассказала Мира, потерев глаза.
– Так и есть. Отец рассказывал, что в Амирэне нет ни одной деревянной или каменной постройки, в отличие от всех других городов. А еще его иногда называют стальным городом, – вздохнул Хиро.
– Стальным? – переспросила обливи.
– Ты сама поймешь, когда мы подъедем к стенам, – ответил эльф.
К полудню путники наконец-то достигли главного въезда.
Крепостные стены города, что издалека казались небольшими, были невероятно высокими – примерно четыре тайта. Их создали не из камня, а из более долговечного и крепкого материала.
– Это… сплав стали и франдиоркского железа? – удивленно спросила Мира. – В Кассандрике делают и такое?
– Конечно, – улыбнулся Тома. – Вся столица создана из этого материала. Мы называем его тайтуроном.
Хиро прикоснулся к стене.
Франдиоркское железо, что входило в состав тайтурона, представляло собой магическую руду, которая была крепче обычной железной руды в тысячу раз. Дело было в количестве франдиорка – чем больше в руде плотность этой субстанции, тем она лучше и долговечнее.
Конечно, добыча и обработка франдиоркского железа были очень затратными, поэтому в Кассандрике его разбавляли сталью.
– Здесь франдиоркское железо отличается от альвийского – оно более тяжелое и спрессованное, нежели у нас, – подметил эльф.
– Потому что в Кассандрике плотность франдиорка в воздухе ниже, чем у вас в Альвии, – ответил Гой.
– Да, у нас дома все выглядит таким белым и сверкающим, а у вас строения серебристые и не так блестят на солнце, – сказала Мия.
Через главные ворота, которые выглядели настолько прочными, словно могли сдержать самую безудержную магическую бомбардировку, проходил единственный путь в Амирэн, доступный приезжим. Тут располагался таможенный пункт, в котором гости столицы проходили досмотр и официальное оформление.
Прямо сейчас перед этим пунктом стояла огромная колонна лошадей и повозок.
Сегодня был день Великого Торжества, а потому количество приезжих увеличилось во много раз. Естественно, пункт регистрации не мог быстро справиться с таким потоком, и образовался затор.
Четверо друзей уже было собирались встать в очередь, что тянулась на несколько тайтов, когда их остановил Гой.
– Не смейте даже идти туда.
– В чем дело? – удивленно спросила Мия, нахмурившись.
– Вы втроем можете пойти и оформиться. Но вот он вряд ли. – Солдат серьезно посмотрел на вампира. – Его арестуют тут же.