Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Поморщась от такой банальщины, я перебазировался на стул и распаковал обе своих коробки, выставив содержимым наружу.
– Вот не знал, куда попаду! – огорчился Матвей. – Хотя бы фруктов прихватил.
– Еще успеешь, – сказал я, – когда пойдешь за собакой.
Галя уже разливала из заварника по чашкам, вопросительно поглядывая на гостей. Чай оказался не из лучших, но для такой хибары сойдет.
– Не страшно бросать машину на улице? – поинтересовался Матвей. – Ведь черт знает, кто может сунуться!
– У меня там клоп-спидоносец, – отбрехался я. – И соответствующая объява на стекле.
– Нет, правда? – изумилась Галя.
А понятливый коп усмехнулся:
– Небось бортокомп по последнему слову? Машинка-то – из дорогих.
– Я дороже, – высокомерно откликнулся я, будто говорил о чести.
Завязавшаяся потом беседа протекала без моего участия. В лице Матвея маленькая болтушка нашла благодарного слушателя, к тому же он знал многих, о ком Галя разливалась, – видимо, со слов Антонины. Затем Матвей принялся вводить новую соседку в курс здешних дел, и та слушала его, приоткрыв рот. Конечно, приезжим про все эти похищения, диверсии, бандитские разборки, садистские измывательства знать не вредно. Особенно таким, кто пожаловал сюда купаться и загорать. А по другим темам у них обнаружилось редкое единодушие. Разговор скакал, точно блоха по простыне, – не угадаешь, где окажется в следующую секунду.
Прихлебывая чаек, я слушал вполуха, а думал о своем. Недавнее происшествие – совершенно невероятное, если вникнуть, – уже сделалось фактом личной биографии, вписалось в картину моего мира на диво легко. Сейчас мне полагалось бы метаться по комнате и стенать: «Нет, этого не может быть!» Почему, собственно? Потому что прежде не видел такого? Зато теперь столкнулся, а все записи подтверждают, что события имели место. Галлюцинациям я не подвержен, внушению поддаюсь туго. Вообще с психикой, слава богу, проблем нет – отчего я должен сомневаться в себе? Кстати, и вчерашние намеки на русалку получили косвенные подтверждения. Уж после Галлы не удивишься подобным превращениям – явления одного порядка. Вот только удастся ли и с той разойтись мирно? Надо бы поштудировать моряцкий фольклор – на Андерсена-то надежды мало. Да и что он мог понимать в женщинах?
Наконец Матвей, не утерпев, принялся расспрашивать потерпевшую про ее приключения – не слишком искусно, зато настойчиво. И как Галя ни осуждала меня за лишнюю откровенность, теперь сама выложила всё.
– И какой это зверь вмешался? – спросил сыскарь уже у меня.
– Тебе-то что? – хмыкнул я. – Ты ж не охотник. Твое дело – преступников ловить.
– А ведь могу и задержать, – пригрозил он. – До выяснения.
Галя поглядела на него с испугом. Вот таких на пушку брать одно удовольствие. Или даже два – считая то, какое эти малышки готовы доставить, лишь бы от них отстали.
– Меня-то? – Я снова хмыкнул. – Это вряд ли.
У Матвея хватило ума понять, что я не блефую. И мою оснастку углядеть под маскировкой не сложно – ежели глаз наметан.
– Но ведь что-то ты видел там? – спросил он уже другим тоном.
– Не-а. Там – только слышал.
– А в других местах? – сразу ухватился он.
– Тебе с рождения рассказывать?
Девушка прыснула и тут же хлопнула, ладошкой себя по рту, пугливо поглядев на Матвея. Но тот больше обиделся на меня.
– С тобой, как с человеком, – сказал он, нахмурясь. – А ты кочевряжишься.
– По-твоему, я должен от счастья прыгать?
– Но ответить-то можешь?
– Как официальному лицу? Еще чего!
– А неофициально?
– Что, любопытство разобрало?
– Допустим.
– О, – обрадовался я, – подходящее словцо! Допустим, я видел… кое-что. Даже в руках держал. Но рассказывать об этом нет резона.
Я замолчал, ожидая вопроса.
– Это почему? – не задержался Матвей.
– Во-первых, не поверите…
– Ты расскажи сперва, ладно?
– Во-вторых, к этому «зверю» я неровно дышу. И мне вовсе не хочется пускать по его следу легавых.
– Грубо! – укорил Матвей. – К тому ж мы договорились: неофициально.
– О чем можно договариваться с сыскарем? А ну в тебе взыграет азарт!.. Кстати, не читал про охотника, который перестрелял собственных псов, чтобы спасти медведя?
– Очень к месту.
– Неофициально же могу уведомить, что есть существо, нападающее на мужиков, вздумавших доказывать свою силу на слабом поле. Причем поводом может послужить даже тычок пальцем. Имей в виду, когда начнешь скандалить с будущей женой, – уж тут ее мнения спрашивать не станут.
– Но кто это? – настойчиво спросил Матвей. – Обезьяна, пантера – кто?
– Шестикрылый серафим, – фыркнул я. – Когда увидишь – узнаешь. И будь уверен: шансов у тебя никаких.
– Да? – кисло сказал он. – Так это вроде вампира?
– А ты что, веришь в них?
– Я сейчас хоть в черта поверю – нагляделся за последние месяцы.
– Ой, вы взаправду это? – изумилась Галя. – Да разве ж такое бывает?
Поджав под себя ноги, она сидела на стуле, будто воробей на жердочке.
– На Херсонщине – вряд ли, – ответил я. – А тут я бы поостерегся ставить пределы.
– И что делает она с теми, кого изловит? – спросил Матвей.
«Она», – отметил я. Соображает!
– Ну, об этом остается гадать. Может, превращает их в женщин? Во всяком случае, это был бы изящный ход.
– Конечно. – Матвея даже передернуло. – Куда изящней!
– А не нарывайся, – сказал я. – Очень просто.
Как ни смешно, сыскарь задумался. Верно, и у него хватало грешков, которые сам-то он себе давно простил. Вот окажется ли Железная Дева такой же сговорчивой? Легко объявить исчадиями ада тех, кто слабее, свалив на них вину за собственную мерзость. Но столкнуться с существом, которое в самом деле владеет нечеловечьей силой… Во всяком случае, это стимулирует мыслительные процессы, а рассуждениям придает новую направленность.
– Лучше подумайте о другом, – прибавил я. – Отчего сей зверь облюбовал именно наш городок? Ведь это замечательно нас характеризует! С чем всех нас и поздравляю.
Долго засиживаться я не стал и после третьего стакана чая убрался вон, несмотря на робкие заверения хозяйки, что заночевать тут найдется где и уж один-то гость ее не стеснит. Ради чего лишать себя привычного комфорта? Чтобы познакомиться ближе с этим цыпленком? Настолько далеко мое любопытство не заходит.
К тому ж отсюда было недалеко до моего дома, а места на пути лежали тихие. Фар я по-прежнему не включал, довольствуясь тепловидением, а стекла на дверцах приспустил, чтобы слушать окрестности. Как оказалось, не зря.
Я уже выехал за город, когда сквозь гул мотора пробились странные звуки: неподалеку будто повизгивал щенок, вдобавок ухитряясь сипеть. Тотчас выключил двигатель и плавно затормозил, водя по сторонам слухачом. Не успел «болид» остановиться, как я выскочил на обочину и подбежал к краю шоссе, круто обрывавшемуся к ручью. А на его каменистом бережку, под самым склоном, как раз и увидел, что искал.
Конечно, это был не щенок. Выгнув костлявую спину, на четвереньках закаменел мужчина в дешевом костюме, подмяв под себя очередную дурочку. Лицо его страдальчески морщилось, жидкие волосы растрепались, из ощеренного рта рвались тонкие взвизги, а руки вмертвую сомкнулись на горле жертвы. Судя по тому, как энергично у той дергались ноги и как отчаянно она сипела, вцепившись в запястья убийцы, потеха лишь началась.
Всю картинку я выхватил в один миг, а в следующий уже прыгнул вниз, подхваченный вспышкой ярости. Приземлившись вплотную к парочке, пластиковыми пальцами стиснул оскаленную голову, резко крутанул лицом назад. Но чтобы свернуть эту морщинистую, перетянутую венами шею, мне пришлось приложить едва не всю силу. Лишь спустя секунды услышал отчетливый хруст, и тело убийцы обмякло. Тут же, не позволяя придавить девицу, я отпихнул его прочь. Он обвалился на спину, зато вверх затылком. И хорошо – мне вовсе не хотелось его запоминать.
Девица кашляла и хрипела, теперь сама ухватившись за свое горло, содрогаясь всем телом. Истерзанное платье прикрывало ее лишь со спины, туфли и вовсе затерялись, но ей было не до пустяков. Кажется, она не расчухала еще, что произошло. А может, это и не заботило ее: ведь всё уже в прошлом.