Ты — мой грех (СИ)

— Поняла, — улыбнулась я немного натянуто.
— Я в вас не ошибся. А теперь предлагаю приступить к обеду. Через двадцать минут я буду вынужден вас оставить, и вернуться на работу. Надеюсь, вы не обидитесь?
Угу. Буду рыдать и сопли по лицу размазывать.
— Немного. Но надеюсь, следующая встреча искупит вашу вину, — начала я отыгрывать свою роль.
И по улыбке Алексея поняла — я всё делаю правильно.
Никогда еще мне с такой силой не хотелось сбежать.
  
19
 
— Руслан, можно тебя?
Мы обернулись на голос. Только Дианку до класса отконвоировали, смотрели с Русом картины учеников, развешенные в холле, и вдруг.
Вдруг — это Лера.
— Привет. Прости, но нет. Если что-то важное, говори при Любе, — доброжелательно ответил Рус.
Лера бросила на меня нечитаемый, но явно неприязненный взгляд, и мило потупилась. Даже покраснела от смущения. А я вдруг разозлилась — тоже мне, скромница нашлась! Тащила мужика в квартиру явно не чтобы коллекцию фантиков показать. И вообще, Руслан со мной, нечего к нему лапки тянуть, а то по лапкам и получить можно. Уж я-то вполне способна наподдать.
А затем стало стыдно. Может, Лера получше меня?..
— И всё же… ладно, не бери в голову. Глупости, — промямлила Лера, и развернулась.
Руслану пофиг. Я это вижу. А мне совестно как-то, хотя добрых порывов я в себе не наблюдала давно. И я не изменяю… это точно не измена, но чувствуется же на кончике языка острый вкус предательства. Да, именно предательницей я себя и ощущаю.
А значит, пусть Руслан поговорит уже с Лерой. Может, увидит по-настоящему, какая она скромница, а я — динамо, и даст мне пинка под зад. Иногда я этого и хочу. Чтобы понял, почувствовал, и… прогнал меня.
— Иди, поговори.
— На хер она мне нужна. Чушь не городи, — раздраженно отмахнулся он.
— Да она же ромашка. Расстроилась, что ты её отбрил. Еще глупость сделает какую-нибудь. Иди. Удели ей пару минут, я подожду.
Руслану это не понравилось, причем очень сильно. Но он пожал плечами, подошел к Лере, и три с половиной минуты я наблюдала за их разговором. Лера краснела, нервно перебирала пальцами, и что-то с жаром нашептывала Руслану.
Неужели он её так торкнул? У них же ничего не было, всего-то одна несбывшаяся ночь…
Хотя, если себя вспомнить, то хмм, меня с первого взгляда повело. Вот как увидела Руса в нашем классе, так и влипла намертво.
— Всё. Поговорил. Идем в кафе, — Рус схватил меня за руку, и вывел из художки.
— Ты чего такой колючий? О чем говорили, кстати?
— О погоде.
— Руслан! — дернула я его за руку.
— А ты сама не догадываешься, о чем она со мной говорила? Правда, Люба? Ноль идей?
Идея одна — в любви признавалась, и говорила, что я ему не пара. Ну, или не в любви, а в глубокой симпатии, и приглашала на огонек.
— Соблазнился?
— Бабы — зло, — рявкнул Руслан так, что я вздрогнула. — Вот потому я и не хотел с ней разговаривать! Ты сама меня к ней отправила, и теперь злишься.
— Я не злюсь, блин. Не беси! — я попыталась вырвать ладонь из его хватки, но не вышло.
— Угомонись!
— Не ори на меня! — прорычала я.
Остальной путь до кафе мы провели в тишине. Оба — злющие. Сама не знаю, что на меня находит. Может, чувство вины? Оно на вкус кислое. А предательство… да, предательство — горькое.
Руслан последние два дня как с цепи сорвался. Злится на меня. Может, потому что не даю ему? Он не оставляет попыток меня соблазнить, действует напористее и грубее, но сейчас мне легче ему противостоять. Из-за той самой вины.
Или же он что-то чувствует… но мы же договорились, что не встречаемся, а значит, это точно не измена!
«Это предательство» — мрачным эхом отозвалось в мыслях.
Чёрт, чёрт, чёрт… как же всё бесит! Я уже и с Лёхиными друзьями созвонилась, и подтвердила, что деньги будут. И со своим телом договорилась, что потерпим разок, а потом мы будем только Руслану принадлежать.
Только с совестью договориться не получилось.
Вроде и ясно: я накосячила, брат пострадал, теперь я не просто вытащить его обязана, но и сама пострадать. Чтобы честно было. И с Русом границы выстроила, но… бесит, не могу! Еще и Лера эта! Может, не будь я в её квартире в неподходящее время, всё бы у них сложилось? И была бы у Руса нормальная баба, а не вот это вот всё.
 
— Ладно, давай не сраться, Любаш, — примирительно сказал Руслан, и опустился на диван напротив меня. — Ты с характером, я тоже.
— Забыли, — вздохнула я, и накрыла своей ладонью его руку. — Извини, я грымза.
— Да я и сам хорош. Не особо заморачивался насчет бабских загонов… то есть, девичьих выкрутасов. Проехали?
— Проехали, — подмигнула я.
— Кстати, насчет «проехали», давай-ка на выходные на озеро махнем, а? Ты, я, Диана. Мясо замариную, ты салаты нарежешь, а мелкая на природе хоть побывает. Сгоняем на денек?
— Давай, — я подарила Руслану широкую улыбку.
Помню, видела я парочку, как из американского фильма. Она в белом сарафане, он в футболке и джинсах, смеющийся малой. Корзинки с продуктами, машина… парочка явно на пикник ехала. Красивые и счастливые. Вроде ничего особенного, но та картинка у меня на сетчатке отпечаталась. Тоже захотелось. И вот…
— Предупреждаю, придется выехать рано. Где-то в шесть утра, чтобы загорать под полезным солнцем, а потом в тени есть мясо, и отдыхать. Будет классно.
— Я уже жду, Рус! Послезавтра едем, да?
— Да. Продукты я куплю.
— Вместе сходим.
— Вместе?
— Мне это нравится, — пожала я плечами, и покраснела.
Леру себе сейчас напомнила. Но есть у меня грешок — люблю я мещанские радости, над которыми принято нынче смеяться. Ходить с Русом по продуктовому, например, я просто обожаю. И готовить, зная, что он на ужин придет. Сидеть, смотреть, как он ест — это вообще мой оргазм.
— Супер. А то в последние два дня ты странная. Или это мне приглючилось, на работе пиздец, и я сам неадекват.
Я отвела взгляд, не желая сдавать себя. Руслан очень хорошо меня читает. А я успокаиваю себя, что в любой момент могу остановить всё то, что закружилось вокруг меня. Пока дело не сделано, я не сука.
Просигналивший телефон напомнил мне о вкусе предательства.
«Как ты, красавица моя? Прости, что не пожелал доброго утра, на работе аврал. Кстати, теперь мы можем перейти на «ты», уже пора. Расскажи о своем дне, Люба. А затем я жду фото. Любую часть твоего тела. Надеюсь, ты понимаешь не совсем тонкие намеки?»
Понимаю, к сожалению. Алексей мне пишет эти два дня. Флиртует, и я подыгрываю, всё больше чувствуя омерзение к самой себе. Теперь еще и фото! Понятно, что ему нужно не моё селфи с дакфейсом, а что-то гораздо более откровенное.
Отвела взгляд от телефона, и заметила, как Руслан снова напрягся. Тучей помрачнел.
— Кто пишет?
— С работы.
— Напоминаю — ты уже не работаешь.
— С потенциальной работы пишут, — буркнула я, и ведь не соврала же.
Рус еще с минуту побуравил меня взглядом, а затем официант принес нам заказ, и всё мужское внимание досталось обеду, а не мне. И… вроде надо ответить Алексею, таковы правила игры, я должна быть оперативной с ним, игривой, но при Руслане не могу. Вот не могу, и всё тут!
Я снова отвела взгляд, уставилась на улицу сквозь стекло, и закашлялась. Оттуда на меня смотрит Серый. Аж рот от удивления приоткрыл, затем кулаки сжал, и…. направился ко входу в кафе.
Блин! Ну тут моя совесть чиста, с ним я порвала, если у нас вообще отношения были.
Телефон снова завибрировал:
«Пока я жду от тебя ответ, хочу поделиться кое-чем: сегодня, проснувшись, я вспомнил о тебе. Утро было бодрым, и твердым. На нашем следующем свидании я хочу дотронуться до тебя, запомнить, какова твоя кожа наощупь, чтобы утром, когда мастурбирую, четче представлять, что это делает не моя ладонь, а твоя…»
Я закашлялась, подавившись слюной. Вот это Алексей перешёл на «ты». Резко, как нож всадил. Мне еще гаже стало. Не от мужика, решившего в игры поиграть, а от ситуации.