Мерзавец и Маргарита (СИ)

Тихо поднимаюсь с кровати, и неслышно крадусь к двери. Ходить тихо я умею с детства – я была бы идеальной наемной убийцей! Крадущийся тигр, затаившийся дракон…
Ха!
Ловлю такси по старинке – вытянутой рукой, и тороплюсь домой. Переодеться, помыться, и на работу. Но сначала…
– Привет, – забегаю я к Лёве. Повезло мне, что он решил прийти на работу пораньше, что бывает с ним крайне редко. – Что за таблетки ты мне дал?
Трясу перед ним странной упаковкой, злюсь. Швырнуть в него хочу ими, ведь никогда со мной такого не было! А вчера меня унесло, и Макс правильно предположил – как наркоманку вштырило от дозы!
– Антидепрессант, – удивляется Макс. – В США он одобрен, у нас пока нет. А что?
– Что? – повышаю я голос. – А то, что вчера я приняла эту чудо-таблетку, и вела себя как первокурсница под экстази на посвящении студентов!
Лёва как всегда спокоен. Сдержанно кивает, садится за стол, и кивает мне на стул – садись, мол, и охолони.
– Я приняла одну таблетку после того, как перекусила, – уже спокойнее поясняю я. – И минут через десять началось!
Описываю Льву свои ощущения, и некоторые последствия от приема этого антидепрессанта. Про Макса не рассказываю, зная, что Леве это не понравится.
– Марго, и ты еще меня обвиняешь? – холодно интересуется Лев. – Ты, после целого дня, будучи голодной, съела маленькую шоколадку, и приняла сильный антидепрессант! Ты чем думала? Шоколад – это сахар, это быстрый углевод. Это не еда! Или мне тебе нужно как ребенку расписывать все: нужно нормально питаться, и правильно принимать серьезные лекарства!
Ох, а ведь он прав! Сама виновата, и напустилась на него… дура!
– Прости, пожалуйста! – я опускаю глаза, и снова теряюсь. – Просто это так странно было: я в фильмах видела такой эффект: все плывет, эйфория, вот я и подумала…
– Подумала, что я тебе наркотик дал? – еще больше злится Лева. – Хорошего ты обо мне мнения!
– Нет, я… не знаю, прости меня! – выдавливаю я.
А что я могу сказать? Да, мелькнула такая мысль, что непростые это таблетки!
– Думаю, тебе нужно посещать другого специалиста, – бросает Лёва задумчиво, и отходит к окну.
Поворачивается ко мне спиной, а меня ужас прошибает. Новый психотерапевт, и снова все повторится: тесты, беседы о сокровенном, препарирование моей души… нет, я больше не смогу – не выдержу просто, сломаюсь!
– Нет, Лёва, – подскакиваю к нему, обнимаю за талию. – Я тебе верю, и больше никогда не стану сомневаться, только не отказывайся от меня, прошу тебя! Все сделаю, что захочешь, но останься со мной!
С силой разжимает мои руки, сомкнутые на его груди, и разворачивается. Поднимает мой подбородок пальцем, смотрит внимательно – с нежностью, и непонятным мне расчетом. Словно на лабораторную мышь, к которой привязался.
– Все сделаешь? – переспрашивает он.
Киваю. Все!
– Поцелуй меня, – приказывает Лев, но даже не думает наклонять голову, чтобы мне было легче.
Тянусь к нему, упираюсь в его плечи, и касаюсь холодных губ. Целую, как умею, но умею я плохо, наверное. Лёва обхватывает меня за талию, и резко разворачивает к окну. Прижимает к холодному стеклу, и целует сам – грубо, напористо, и…
Неприятно.
Может, я только под таблетками теперь могу с мужчиной быть?
Покорно раздвигаю губы, впуская его язык, принимающийся хозяйничать у меня во рту. Пусть делает что хочет – поцелуи, секс, что угодно! Но еще одного врача я не выдержу!
– Сегодня я приеду к тебе, Рита! – тяжело дыша, произносит мужчина. – И ночь мы проведем вместе! Разумеется, это не часть терапии – с пациентами я не сплю, но тебе секс будет полезен: слишком ты закрытая. А секс – хорошее лекарство. Так что?
Сглатываю чуть нервно, что не укрывается от Лёвы, и киваю.
– Приезжай, я буду тебя ждать!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
  
ГЛАВА 9
 
Скоро он приедет. Смеюсь нервно, и пью еще одну «веселую» таблетку на голодный желудок – плевать, если сегодня я снова буду не в адеквате, плевать!
 
По-другому я не выдержу!
Телефон звонит, и звонит. На дисплее высвечивается имя «Макс», и я ставлю беззвучный режим. Что мне ему сказать?
Нечего.
Наконец, звонок в дверь.
– Заходи, – нервно веду я рукой, и Лёва входит.
Осматривает мое скромное жилище хозяйским взглядом, и мне тут же становится стыдно за царапину на шкафе. Да и обои бы обновить – в верхнем правом углу они держатся на честном слове и скотче, а около двери вообще пятно – летом ко мне залетел огромный комар, которого я испугалась так, что готова была съехать из квартиры в тот же миг. Но решила повоевать, и прибила-таки страшное насекомое тапком.
Не дворец, в общем! Но живу!
– Чай? Кофе? – предлагаю я, суетясь. – Есть коньяк – могу налить!
– Не откажусь, – кивает Лёва.
Наливаю и ему, и себе, мечтая, чтобы таблетки скорее подействовали. Иначе я просто упаду в обморок от страха, или меня стошнит… может, нужно было не две, а три выпить – чтобы наверняка?!
– Боишься?
– Волнуюсь, – лгу я, и Лёва принимает мою ложь.
– Не волнуйся. Я хороший любовник, – Лев хлопает себя по колену, и я вопросительно смотрю на него: – Садись!
Сажусь. Чувствую себя не в своей тарелке, не знаю, куда руки девать.
– Не будь такой деревяшкой, Рита, – вибрирующим голосом учит меня Лев. – Обними меня, приласкай. Ты ведь не девственница!
Вскакиваю на ноги, желая прекратить все это, и меня накрывает. Голова начинает кружиться, свет перед глазами меркнет, и я вижу лишь вспыхивающие, и гаснущие звезды – будто в космосе оказалась! Будто плыву в безбрежном океане Вселенной, ласкаемая мириадами вечных звезд, согревающих меня своими неоновыми лучами…
– Рита? Ладно, я сам все сделаю, – доносится до меня голос Лёвы.
Я киваю – делай, что хочешь!
По-настоящему чувствую невесомость, взлетая над полом моей убогой квартиры – это Лев несет меня в спальню. А затем падение, будто из рая в ад – мужчина заваливает меня на кровать.
– Сколько таблеток ты выпила? – спрашивает он, задирая на мне футболку.
– Две, – заплетающимся языком отвечаю я правду.
– Может, и к лучшему, – шепчет Лёва. – Приподнимись… вот так, да! Теперь джинсы, не могла в халате меня встретить?
Думала над этим, но до последнего надеялась, что отверчусь. Что машина его заглохнет, что лифт застрянет, что… что угодно!
– Лёва, может не сейчас? – спрашиваю я, делая над собой усилие. – Давай завтра, мне не очень хорошо!
– Нет, тебе будет хорошо! Я ведь говорил, что я – отличный любовник!
Ты говорил, что хороший, а не отличный любовник!
Мужчина вертит меня, как послушную куклу. Снимает бюстгальтер, заставляет приподнять бедра, и сдергивает трусики-танга. Разглядывает меня, дышит шумно, проводит ладонью между ног.
– Сухая совсем, – сокрушается мужчина. – Ну ничего, сейчас…
Лёва оставляет меня, наконец, и в этот миг мне уютно. Еще бы одеялом накрыл – я бы расцеловала его… потом как-нибудь!
– Рита, не спи, – Лев ложится на меня – обнаженный, и тело его кажется мне ледяным. А я думала, что это я – холодная. – Приоткрой губки, красавица моя… ну же, позволь мне показать тебе, как должен любить настоящий мужчина!
Целует меня, будто мстя за что-то неведомое. Кусает губы, врывается своим языком в рот, и яростно трет ладонью между моих разведенных ног, а затем я чувствую его пальцы внутри меня.
– Готова? – спрашивает меня Лев, и я киваю. – Не могу больше ждать!
Готова на что?
– Нет, подожди, – я хочу оттолкнуть мужчину, выбраться из этого капкана, но тела своего не чувствую.
 
Я словно заледенела от мороза. Кожа потеряла чувствительность – не чувствую костей и мышц, но вспышку боли я ощущаю.
– Узенькая, разрабатывать, и разрабатывать, – стонет Лёва, снова целуя меня, и заглушая мой стон боли. Снова кусает за нижнюю губу, и говорит, задыхаясь: – Сама виновата, что таблеток напилась! Сухая – не возбудить, так что терпи, потом легче станет!