Мерзавец и Маргарита (СИ)
ГЛАВА 16
Макс
— Не торопись. Зачем спешить, в сердцах решая такое? Марго, уйти ты всегда успеешь – дай себе год, — увещеваю я девчонку, хотя больше хочется наорать на нее, чтобы не смела мои планы рушить. – Ты сколько уже работаешь? Год? И уже успела сделать такие глобальные выводы? Это не очень дальновидно.
Марго грустнеет, и блеск в ее глазах гаснет. Как и вся она – блекнет, словно солнце скрылось за тучами. Даже волосы, будто, потускнели, а кожа стала пергаментной.
«Какая же она странная, — думаю я, пока девушка, крепко схватив меня за руку, везет к выходу. – Может, наркоманка все же? Не бывают такие служащие в СК!»
— Мне там плохо, Макс, — говорит Марго, будто решившись. Снимает роликовые коньки, не глядя на меня, глаз не поднимая. Так делают люди, которые лгут. Или которые признаются в чем-то постыдном. – Все это на меня давит, а я… понимаешь, я не совсем нормальный человек.
Это я заметил!
— Что ты имеешь в виду?
— То, что я ненормальная, — выдавливает Марго, зажмурившись.
Сейчас она на маленького ребенка похожа – на испуганную девочку, которая закрывает глаза, чтобы справиться со страхом. А дети чего боятся? Монстров, которые под кроватью живут.
— Что ты имеешь в виду? – мягко спрашиваю я, хотя терпение мое на исходе.
Опускаюсь на пол, чтобы взять в свои руки прохладные ладони Марго, которая сидит на низкой лавке. Чтобы сблизиться с ней, хотя хочется вытрясти из нее то, что она никак не может сформулировать – я никогда не обладал большой выдержкой.
— Ты, наверное, имеешь право знать, раз уж мы общаемся, — неуверенно начинает девушка, почти плача. – Может, и не захочешь больше со мной видеться – твое право. Сразу скажу, что я не опасна для окружающих – лишь для себя, да и то, я никогда не пыталась ничего с собой сделать… я больна. Психически.
Слишком громкие слова! Психически больна – это что? Шизофрения? Общение с Наполеоном? Что?
— По-моему, ты абсолютно нормальна, — говорю я ей неправду, и Марго грустно усмехается.
— Клиническая депрессия, посттравматическое расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство – вот такая я «нормальная», Макс!
Глупости какие! Понапридумывали себе депрессий… хотя, судя по историческим фильмам, девушки во все времена были горазды ерундой страдать.
Но раз Марго верит в эту муть с депрессиями, и прочими мифическими расстройствами, проистекающими лишь от бабской дури – я буду дураком, если не воспользуюсь этим! Девочке скучно, девочка грустит и ведет себя странно, придумав себе депрессию – и в благодарность за исцеление от скуки она будет у меня с руки есть!
— Брось, Марго! – подношу ладонь девушки к своим губам, и целую так, что она краснеет.
Да и мне почему-то приятно, хотя до этого я предпочитал, чтобы девушки целовали меня – не губы, не ладони, а член.
Представляю на миг, как Марго опускается передо мной на колени – покорная, возбужденная. Облизывает свои пухлые, темные губы, а потом облизывает мой член.
Эти губы я бы не отказался поцеловать! Да, уже целовал, но то была ерунда – ни особой страсти, ни желания. А сейчас… черт, видимо, у меня слишком долго не было женщины, вот и веду себя, как озабоченный подросток!
— Мы домой? – интересуется она, и не понять – хочет она, чтобы я отвез ее обратно, или…
— А ты хочешь? Устала?
Смотрит на меня лукаво, и качает головой.
— Может, устроишь мне еще какой-нибудь сюрприз? – весело интересуется Марго, глядя прямо на меня.
И я тону в этих ее невозможных глазах.
ГЛАВА 17
Марго
Домой не хочется. Странно, но с моей некогда уютной квартирой-убежищем теперь плотно ассоциируется Лев, воспоминания о ночи с которым не приносят ничего, кроме стыда и злости.
Ну почему я настолько фригидна? Почему не чувствовала ничего? Даже с Давидом мне было приятнее, хотя наши с ним ночи я излишне романтизировала. Ведь того самого «пика блаженства», о котором любят писать в женских журналах, я никогда не достигала. Самостоятельно ли, с мужчиной ли – ни разу.
Точно, фригидная! А еще на Лёву злюсь, хотя он честно предупредил меня заранее, что придет – вполне могла отказать ему! Но почему же такое чувство, будто в грязи извалялась? Будто меня изнасиловали с моего полного попустительства?
— Аквапарк? – снова удивляюсь я.
Даже больше, чем роллердрому. Макс считает меня ребенком?
— Почему нет? Или ты не умеешь плавать? – мужчина открывает передо мной дверь автомобиля, и я выхожу – хочется думать, что изящно.
— Умею, но на мне не купальник, а белье, — говорю я растерянно, а взгляд Макса темнеет.
Наполняется чем-то таким тягучим, притягивает будто магнитом. В животе теплеет – сильнее даже, чем от моей ежевечерней порции коньяка. Сглатываю нервно, и отвожу от него взгляд – желание, вот что в нем!
И оно пугает, но не так, как желание Льва. Мне не хочется спрятаться, скрыться от Макса, а хочется… ха! Да, мне хочется спрятаться, и скрыться, но не слишком старательно – так, чтобы он нашел…
Да о чем я думаю, Господи Боже!
— Белье, значит? – переспрашивает Макс, и я киваю, краснея.
— Я же не знала…
— Купим тебе купальник, не переживай, — мы входим «Сан Дали» — новый, модный аквапарк, который весьма агрессивно рекламировали.
А я не переживаю. Я в ужасе – мне придется раздеться перед Максом! Предстать во всей своей неприглядной костлявой красе – да я даже сама на себя в зеркало стараюсь не смотреть, испытывая омерзение, а что говорить о мужчине, в глазах которого было такое томление по мне?
Желание, вспыхнувшее при упоминании о том, что на мне нижнее белье. А вот когда Макс увидит меня в бикини… хотя, пусть видит! Решила не скрывать свои проблемы с головой – так и кости свои прятать не буду!
За стойкой ресепшен, и правда, находится маленький магазинчик с не слишком богатым ассортиментом купальников, и мы с Максом – единственные покупатели. Надо думать, все остальные являются в парк водных развлечений, не забыв о купальном костюме!
— Закрытых нет, девушка, — сокрушается консультант. – Это ведь очень трендовое место, а не общественный бассейн. Никаких шапочек, закрытых купальников… да и что вам прятать? Мне бы такую фигуру как у вас, а не все эти мои жиры и углеводы!
Девушка-консультант проводит руками по своим крутым бокам, и уже я завистливо вздыхаю – лучше уж полненькой быть, чем доской! У нее хоть грудь есть, а не то недоразумение, которое у меня. Мужчины любят разных, но мало кто без жалости смотрит на изможденных анорексичек.
— Может, парео? – несмело интересуюсь я, и девушка отрицательно качает головой.
Беру первый попавшийся красный купальник, проследив, чтобы лиф был плотным и закрытым, и выхожу из примерочной. Макс расплачивается за мою покупку, не слушая возражений.
— Это ведь я тебя вытащил, не предупредив про аквапарк! – отбивается мужчина от моих феминистических порывов. – Эй, Марго, да расслабься ты! Копеечный ведь купальник!
Я бы так не сказала – он довольно-таки дорогой, но дальше решаю не спорить.
— Идем веселиться, не дуйся! – подмигивает Макс, и привычно обхватывает мою ладонь своей.
ГЛАВА 18
Марго
В плавках Макс выглядит еще лучше – вот идет некоторым быть как можно меньше одетыми! Поджарая фигура, как у серфингиста – кубики-рубики на животе в наличии, длинные ноги, чуть смугловатая кожа.
Он на стрелу похож, которая целится в мишень. На древнего война – из тех, которые при Фермопилах бились. И все это видят – смотрят на него, чуть ли не слюни роняя.