You're All I Want (СИ)

— Урод, — тихо прошептал я, уже касаясь коленями холодного пола. Ебаное дежавю.
— Нет, я понимаю Рихарда, это вполне хороший выбор, — рассуждал он, глядя на меня, — Но так ли хорошо ты сосешь, что он решил променять кучу девушек на тебя?
— Я не собираюсь с тобой про это говорить, — огрызнулся я в ответ.
— А говорить и не нужно, — он помотал головой и сразу же добавил: — Просто делай. Расстегни мой ремень, — приказал он властно, и я, нервно сглотнув, дрожащими от страха руками потянулся к его штанам.
— Ну, смелее, Пауль, — говорил он, глядя на то, как я просто физически не могу этого сделать из-за ебаной дрожи, что тревожила все тело, — Может, ты хочешь выпить?
— Да, — неожиданно даже для себя произнес я, и Марк, шумно выдохнув, достал из-под учительского стола стакан с темной жидкостью. Мне было даже плевать, что именно находится в этом стакане, поэтому я залпом выпил все это, поморщившись от обжигающего горло алкоголя. Это был виски. И очень хороший виски.
— Я не хочу этого делать, — жалобно произнес я, но Марк лишь зарылся рукой в мои волосы, не давая мне отстраняться.
— Я не могу, — мой голос снова предательски дрожал, срываясь на отчаянный крик, но Марка это еще больше веселило.
— Все ты можешь, — сказал он ласково, поглаживая меня по голове одной рукой и притягивая еще ближе к своему паху, — Ты же хороший мальчик.
— Меня сейчас стошнит, — я рвано выдохнул, все еще не осмеливаясь отпустить его ремень.
Перед глазами все плыло от страха, ненависти и чертовой безысходности, которая просто овладела мною. Я даже не мог сопротивляться. Да и зачем? Зачем, если тогда все это коту, блять, под хвост? Вспомнив Рихарда, его глобальные планы на свое будущее, его глаза, я все-таки собрался с мыслями и решил сделать все быстро, чтобы как можно быстрее уйти домой и отрезать себе язык кухонным ножом. Зацепившись за резинку боксеров, я в последний раз вздохнул, и, уже отгибая их, повернул свою голову вправо на резкий звук открывшейся двери: это был Рихард. И я даже не знал, чего во мне в тот момент было больше: радости или злости.
— Какого, блять, хуя? — заорал он, практически отрывая несчастную ручку, — Теперь я тебя точно, сука, убью.
— Тихо-тихо, Рихард, — удивленный не меньше меня Марк выставил руки перед собой, убеждая Рихарда в том, что он не хочет конфликта, — Если ты хочешь поговорить, давай выйдем на улицу.
— Я с тобой церемониться, мразь, не собираюсь, ясно тебе? — продолжал шипеть Рихард, подходя к Марку все ближе и в конце концов припирая его к стене.
— Тут все еще много учителей, — прошептал он практически прямо ему в лицо, — Репетиции к выпускному. Хочешь, чтобы все услышали, как ты орешь, пока я выбиваю из тебя все дерьмо?
Дальнейшее развитие событий я помнил плохо. Я помню, как я схватил свою рубашку и просто смотрел, как Рихард спускает Марка с лестницы, как он сильно и яростно толкает его к выходу. Оказавшись на темной улице, под проливным и пронизывающим дождем, я наконец понял, зачем он так старательно зазывал туда Рихарда: Герман и еще какой-то незнакомый парень уже поджидали своего друга улице, но Рихард, конечно же, этого не заметил, и оглянулся на меня только тогда, когда я закричал во все горло. Они схватили меня, заставляя взвыть от адской боли, которая чувствовалась во всей руке, а она еще толком не успела восстановиться.
— Еще раз попытаешься вырваться, я тебе и вторую руку сломаю, — прошептал Герман мне на ухо, пока я тщетно пытался освободиться, но у меня ничего не выходило. Марк стоял слишком близко к Рихарду, нагло ухмыляясь ему в лицо и что-то говоря, отчего тот через несколько секунд со всей силы ударил его в челюсть, и он лишь покачнулся в сторону, стараясь не упасть. Я же пытался вырваться из цепких рук парней, не переставая наблюдать за дракой, и чуть не упал от безысходности и боли, когда увидел, как Марк со всей силы ударил Рихарда по лицу, отчего тот, не удержав равновесие, упал на землю, хватаясь за нос.
— Пожалуйста, хватит! — закричал я, глядя на мучения Рихарда, — Пожалуйста!
 
Марк повернул голову в мою сторону, продолжая ухмыляться, и я понял, что он точно не отступит сейчас, зато Рихард, воспользовавшись удачной возможностью, поднялся с земли и со всей силы толкнул того вперед. Я, осознавая, что мне остается лишь ставить на победу Рихарда, с отчаянием продолжал смотреть на то, как они безжалостно бьют друг друга, и как Марк нарочно целится кулаками ему в лицо. И я понимал зачем. Вторую драку ему вряд ли просто так простят и вряд ли с таким лицом он сможет ходить сейчас по своим университетским собеседованиям. Это создаст ему массу проблем.
— Марк! — воскликнул Герман, отпустив мою правую руку и рванув вперед. Он помог Марку подняться и, что-то сказав ему на ухо, осторожно повел его прочь от школы, в то время как второй парень, грубо швырнув мою затекшую руку, побежал вслед за ними, наконец оставляя нас. Я отвел взгляд в сторону: Рихард неподвижно лежал на земле, и как только я начал подходить к нему, он с трудом встал и пошел прочь. Блять.
— Рих… — мягко начал я, подлетая к нему, но он, грозно взглянув на меня, продолжил свой путь.
— Не трогай меня, блять, Пауль, просто не трогай, — прокричал он, отходя все дальше и оставляя меня позади, стоящего в полном замешательстве. Рихард цеплялся пальцами за холодную стену школы, стараясь не упасть и опереться на что-нибудь, но через несколько секунд он начал корчиться от боли, хватаясь за живот. Да ты же, блять, на ногах еле стоишь, позволь мне помочь.
— Господи, — пробормотал я, сразу же подлетая к нему и закидывая его руку себе на плечо. Рихард лишь плавно покачнулся в мою сторону, позволяя мне крепче обхватить его талию рукой и просто тащить на себе в сторону дома, стараясь самому не упасть.
— Что случилось? — еле выговорила мать, сразу же прикрывая рот рукой, как только после настойчивых звонков в квартиру дверь открылась. Я устало закатил глаза, понимая, что я не смогу ничего объяснить ей прямо сейчас. Еще сильнее закинув руку Рихарда себе на шею, я продолжал изо всех сил поддерживать его, чтобы тот не упал. Мама стояла передо мной настолько напуганная, что даже начала заикаться. Я взглянул на Рихарда: насквозь промокший, с размазанной по лицу кровью и понемногу проявляющимися синяками на лице.
— Мам, помоги, пожалуйста, принеси бинты, перекись, и все что у нас там есть в этой гребаной аптечке! — истерично завопил я, затаскивая Рихарда на себе вглубь квартиры и даже не закрывая дверь. Мама, несмотря на явный шок от увиденного, быстро кивнула и побежала куда-то в гостиную за лекарствами, пока я пытался не сойти с ума от безысходности. Дотащив Рихарда до кровати, я уложил его на постель и, быстро смотавшись на кухню и намочив там тряпку, приложил ее к его лбу.
— Рихард… — тихо шептал я, мягко придерживая холодный влажный бинт на его голове и убирая мокрые волосы, прилипшие ко лбу. Из-за того самого удара по переносице, у Рихарда все еще текла кровь, попадая на губы и стекая по подбородку, которую он все же старался утереть рукавом, лишь размазывая ее по лицу, — Может, он тебе нос сломал? — взволнованно прошептал я, убирая марлевую тряпку с его головы. Рихард хмыкнул.
— Все нормально, — прохрипел Рихард в ответ на мои слова, и когда я уже хотел начать возмущаться, в комнату наконец-то забежала мать.
— Вот, все, что нашла, — она буквально бросила коробку с лекарствами на мой стол, и подошла к нам с взволнованным видом.
— Хорошо, мам, спасибо, я потом все объясню, — пробормотал я, не сводя взгляд с умирающего Рихарда.
— Скорую нужно вызывать? — спросила она, переминаясь с ноги на ногу.
— Ну что вы, какая скорая, — устало бормотал Рихард, улыбаясь и задирая голову вверх, — Все в порядке.
— Ну как же… — начала она, разводя руки.
— Мам, — отрезал я, грозно взглянув на нее.
— Поняла, ухожу, — покорно произнесла она, и в последний раз взглянув на нас с Рихардом, медленно покинула помещение.