Источники силы (СИ)

Никуда не делись и тренировки, но теперь внимание акцентировалось не на физических упражнениях, вроде нескончаемого бега кругами, а на энергетических. Ну а я, как и прежде, по понедельникам и четвергам вместо общих занятий по физической и энергетической подготовке посещал специальный курс Бурдюкова, где оттачивал мастерство телекинеза.
В особой учебной группе произошли кое-какие перемены: несколько ребят выпустились, а вместо них пришли три парня и одна девушка. Два парня владели телекинезом, третий — электрокинезом, девушка — пиромантией. Вот только их навыки были первого-второго уровней.
Изменился и состав боевой группы: на место убывших третьекурсников набрали новых. Но ушли не все. Несколько выпускников остались в спецшколе, перейдя в роту обеспечения или на унтер-офицерские должности, как, например, мой приятель с позывным Лось и здоровенный курсант Глобус, с которым я когда-то сцепился языками.
С Мариной созвонился лишь в воскресенье, когда приехал на базу. Никакого задания у меня в этот день не было, да и с Соней не удалось встретиться, поэтому я отправился на Осиновую шестнадцать, чтобы потренироваться и отдохнуть в одиночестве.
Спросил у Марины насчёт разведданных, но она ответила решительным отказом:
— Я сообщила Меншикову всю имеющуюся информацию. Кто ему сказал, что я буду на него работать? Передай, чтобы не отвлекал меня по пустякам. Это их проблемы, вот пусть сами и разбираются, сами выслеживаю и делают, что хотят.
— Так и скажу, — обещал я.
— Какие у него планы, кстати?
— Меншиков хочет приставить охрану к собирателям, а вот полковник Веселовский жаждет поквитаться с убийцами, поэтому не знаю, как далеко это зайдёт.
— Тебе приказали участвовать?
— Попросили пойти добровольцем. Обещали заплатить. Я согласился, почему бы и нет?
— Угу. Ну ладно, дело твоё, — Марина, как мне показалось, не слишком обрадовалась данной идее, но и возражать не стала. — Теперь по поводу охоты. На этой неделе отдыхаешь, а в следующую субботу надо съездить в Можайск, почистить город от аномалий. Заплачу три тысячи. Займёшься?
— Хорошо, займусь. Истреблять аномалии мне не впервой.
— Можайск меньше Солнечного, где ты был в прошлом году, но аномалий в нём больше и они гораздо сильнее. Не каждый светоносный там выживет в одиночку. Примерно раз в полгода приходится туда ездить и зачищать местность. Давно это не делала, пора бы заняться.
— А самой не охота? — усмехнулся я.
— Знаешь, сколько раз я это уже делала? А тебе надо развиваться. Съездишь, поднимешь один-два уровня. Или не хочешь?
— Не-не, я только «за». Один-два уровня лишними не будут, да и три тысячи деревянных — тоже.
— Ну вот, а что тогда? Готовься.
— Не вопрос. Это всё, да? Тогда пока. До связи.
И я стал готовиться. С аномалиями было не слишком приятно иметь дело. До сих пор меня корёжилоот отвращения, когда я вспоминал пауков с человеческими головами и прочую гадость, с которой пришлось столкнуться в Солнцево.
Время было обеденное, и я подумал, почему бы не наведаться в трактир, где работала Надя. Уже восемь месяцев с ней не виделся. Поначалу скучал, но постепенно, как обычно говорят, чувства остыли. А сейчас почему-то опять захотелось встретиться. Конечно, время прошло много, она, наверное, тоже меня забыла, поэтому грызли сомнения, стоит ли это делать или нет.
Думал, думал, и решил всё-таки съездить. От Скуратовых больше не было нужды скрываться, ничем я не рисковал. Вряд ли у нас с Надей снова что-то получится, но по крайней мере, узнаю, как у неё дела.
Сев на вездеход, я погнал в трактир.
В заведении Марины многое изменилось за эти месяцы. Дизайн стал другой: раньше тут было мрачновато из-за старых деревянных панелей на стенах, а теперь посетителей встречал приятный светло-зелёный интерьер. Появилась новая мебель, а вывеска над входом выглядела красивее. Да и вообще, стало чище и опрятнее. За стойкой меня встретила круглолицая девушка-администратор. По залу курсировала официантка с подносом. Прежде такого тоже не было. Заведение вышло на качественно новый уровень.
 
— Добрый день, — жеманно улыбнулась девушка за стойкой. — Что будете заказывать?
— Пока ничего, — ответил я. — Узнать кое-что хочу. Здесь официантка была, зовут Надя. Она ещё работает?
— Надя-то? Да-да, припоминаю, была тут такая, но она уволилась два месяца назад. В Екатеринбург уехала.
— Уехала? — переспросил я. — Понятно. А не знаешь, одна или… с кем-то?
— Да вроде бы у неё ухажёр какой-то был из приезжих. Сюда же охотники часто захаживают. Ну вот познакомилась с одним. Я мало что знаю. Мы с Надькой месяца два работали вместе, но она такая скрытная была, что слова не вытянешь. Знаю вот только, что в Екатеринбург собиралась.
— И как, она рада была, что переезжает?
— Ещё бы! Светилась от счастья последнюю неделю. Эх, — вздохнула девушка и игриво стрельнула на меня глазками, — я бы тоже в столицу поехала, если б кто позвал.
— Может, возьмёт кто-нибудь. А теперь я всё-таки пообедать желал бы. Записывай.
— Да-да, разумеется, диктуйте.
Сделав заказ, я уселся за свободный столик в углу и стал ждать официантку. Вспомнились времена, когда я впервые явился сюда, чтобы встретиться с провожатым. Тогда ещё местная шпана до меня докопалась. А сейчас ни шпаны, ни Нади, никого. Да и трактир — уже не трактир, а почти ресторан.
Я не очень-то и расстроился, узнав, что Надя больше не работает в трактире. Уехала — и молодец. Нечего ей здесь делать. Нет у неё в этом захолустье никакого будущего. Вот только узнать хотелось поподробнее, что за парень у неё теперь, откуда он, чем занимается. Хотелось убедиться, что у Нади всё в порядке, ведь к ней я до сих пор испытывал тёплые чувства.
Очень скоро официантка принесла заказ, и я принялся уплетать за обе щёки пюре с котлетой, а поев, отправился обратно на Осиновую шестнадцать.
В понедельник не было ничего примечательного — день как день, только дождь опять пошёл, заставив курсантов помокнуть на тренировке. Во вторник же меня рано утром вызвали в штаб боевой группы.
Когда я пришёл, перед крыльцом уже стояла колонна «Слонов» и толпились десять парней в силовых костюмах.
В конференц-зале сидели полковник Веселовский, поручик Козлов и какой-то унтер-офицер из роты обеспечения, которого я прежде видел лишь мельком. Мы подождали ещё одного унтера, и когда тот явился, полковник объявил:
— Итак, вы трое временно поступаете под начало поручика Козлова. Задачу уже знаете — охранять отряд курсантов в красной зоне. Детали объяснит поручик. Обещанная оплата будет отдельно от жалования, в конце недели. Ну вот и всё. Как говорится, желаю удачи.
Полковник встал из-за стола и ушёл, оставив нас вчетвером.
— Ну что, господа, — Козлов развалился на стуле, закинув ногу на ногу, и развернул карту, которую держал в руках. — Едем сюда, двадцатый квадрат. От вас требуется всего лишь торчать возле машин, пока парни кристаллы собирают. И за это получите по две сотни на каждого. Я тоже с вами поеду. Если какие-нибудь охотники пристанут, будем отстреливаться все вместе. Вон у Кирилл тридцатый или какой там уровень, он будет нашей основной боевой единицей, остальные — прикрываем, поддерживаем огнём. Но это в крайнем случае. Сами понимаете, мы не в войнушку играть едем. Будем надеяться, всё пройдёт гладок. Что ещё вам сказать? Вопросы есть?
— А кто на нас напасть-то хочет, я что-то не понял? — проговорил крупный коротко стриженный унтер офицер с щекастой физиономией и бычьей шеей.
— Да какие-то болваны, которым не нравится, что мы кристаллы собираем. Обычные охотники, только слишком дерзкие. Вот и надо проучить, показать, что нельзя так поступать.
— Угу, — унтер почесал затылок. — Проучим тогда, чо?
Больше ни у кого вопросов не было, и мы отправились в оружейную.
— Ну вот, опять ты нам помогаешь, — сказал мне Козлов, когда мы вышли из конференц-зала. — А не хотел ведь.