Адептка (СИ)
- Какой потенциал! - восхищенно воскликнул появившийся в проеме старичок с сальными волосами.
Как впоследствии оказалось интенсивность свечения в камнях, показывала и силу мага и, если зажглись несколько факультетов, который из них предпочтительней. У меня сильнее всего светилось два: Некромантии и Целительства. Потом шел как раз нужный мне Боевой факультет. Артефакторика сияла слабо. И почти не было свечения в камне, отвечающем, за Бытовой факультет.
- Ну, здравствуй, новый некромант, - поприветствовал меня пожилой мужчина. Он был высок и худ. Похож на высохшую мумию. - Магистр Некрос. Это фамилия. И призвание.
- Думаю, ты ошибаешься, - возразила невысокая пухленькая женщина. - Мы приветствуем будущего лекаря. Я - магистр Лерона, глава факультета Целительства.
Остальные вошедшие молчали. Я так поняла, что тут были деканы всех факультетов. Армифер Натандем - Боевого. Старичок, радовавшийся моему потенциалу - Артефакторики, а пожилая дородная матрона - Бытового. Не обошлось, конечно, без присутствия ректора и кронпринца, последний выглядел недовольно.
- Я буду учиться на Боевом, - уверенно перебила я, уже начавших спорить деканов.
- Нет, - категорично произнес грозный Армифер, - девушкам не место на моем факультете.
- Разве? - меня не так просто смутить. - А я думала, что раз артефакт показал на него, значит, именно там мне и место.
- Некромантия и Целительство более ярко выражены, - безразлично ответил ректор.
- Это неважно, - уверенно ответила. Я заранее ознакомилась с правилами зачисления в Академию, предчувствуя, что с моим поступлением на Боевой могут быть проблемы. - Если камень факультета хоть как-то сияет, значит, я имею право там учиться. Это написано в Уставе Академии.
- Она права, - как-то нехотя подтвердил кронпринц.
- Но некромантов так мало, - грустно произнес Некрос.
- Хороших лекарей тоже немного, - тяжело вздохнула Лерона.
- Я могу посещать факультативы, - пошла на компромисс я.
- Это плохая идея, - отозвался глава боевиков.
- Все. Решено, - прервал последнего ректор и обратился ко мне, - можете идти оформлять необходимые документы.
Однако я не послушалась, не пошла сразу в ректорат, а дождалась Санни и Рема, очередь которых была несколько позже меня.
Во время ожидания обдумывала ситуацию с ректором. Что ему говорить? Что не говорить? Герцог Кенисвиль показал себя умным и проницательным человеком. Его будет трудно заставить поверить во что-то. Откровенно врать, однозначно, не стоит.
Сначала я попыталась изобрести более-менее правдоподобные объяснения, упирая на то, что за долгое отсутствие Лузанны с ней могло произойти многое. Но в итоге поняла, что все мои придумки выглядят неубедительно.
Вообще о Вирилите у меня сложилось хорошее впечатление. Он был добр ко мне и предлагал свою помощь, еще когда я была подопечной Комиссии по надзору за усыновленными. В то время я не стала обращаться к нему.
Возможно, сейчас стоит довериться этому мужчине? Он может во многом помочь мне. Например, в освоении стихий. Ведь, если Некромантии меня обучил Морулус, Жизни обучает Софос, с заклинаниями Воды и Огня я познакомлюсь в Академии, то Воздух и Земля остаются мной неохваченными. Я специально не стала рассказывать приемной комиссии, что владею и этими стихиями. Не хочу привлекать внимания к себе. А обладание всеми ими, даже если не раскрывать способность к Свету, однозначно вызовет как минимум интерес общественности. Даже владение четырьмя из всех было редкостью.
Чем больше думала, тем больше склонялась к варианту, что надо ректору рассказать правду. Не во всех подробностях, но основное. Единственное, обязательно нужно четко составить клятву, чтоб ее нельзя было обойти. Хотя Кенисвиль мне показался человеком порядочным, но я не забывала, что он тоже служит короне, являясь Независимым Советником его величества. Это значит, что долг перед страной может перевесить, и он поступится обещаниями, данными мне, поведав мои тайны монарху.
Хотя я все еще сомневалась, но в уме уже начала прикидывать слова, которые должен будет произнести ректор и подтвердить магией, чтобы я смогла ему доверится.
За всеми этими мыслями время пролетело быстро, и сначала ко мне присоединилась радостная Санни, зачисленная на бытовой факультет, а потом озадаченный Рем. Ему предлагался выбор между направлением Целительства и Артефакторики. Он не поступил на льготное место, поэтому у него был выбор только сотрудничать со мной, обучаясь мастерству создания артефактов или возвращаться домой ни с чем. Он, конечно же, принял мое предложение, но все еще сомневался. Было видно, что ему очень хочется стать лекарем. В глубине души я даже начала сомневаться, что поступаю правильно. Однако уже в следующий момент пришло интуитивное понимание, что я все-таки права. Не знаю, что это. Но уже не удивляюсь. Подобные ощущения часто меня навещают с момента моего появления в этом мире. И пока ни разу меня не подвели. А значит, и сейчас им надо следовать.
Так, каждый в своих мыслях и переживаниях, мы пошли небольшой группкой оформлять документы, необходимые для поступления.
***
Мы быстро нашли ректорат и отстояли небольшую очередь. Небольшую, потому, что нам относительно повезло и "отстрелялись" мы примерно в середине потока поступающих. Кроме того, многие аристократы не соизволили самостоятельно явиться на оформление документов, поэтому чуть позже тут ожидался наплыв их поверенных, о которых очень нелестно отзывались работающие тут люди, в разговорах упоминалось "скандал" и "количество вип-мест надо увеличивать". Поэтому очень порадовалась, что успела прийти раньше многих. Апартаментов повышенной комфортности было немного. Всего пять блоков по пять одноместных комнат в каждом. Я очень не хотела жить с кем-то посторонним, опасаясь разоблачения, поэтому решила снять весь блок целиком, поселив вместе с собой свою помощницу и нового знакомого, с которого позже планировала взять клятву. Однако последнее вскоре потеряло актуальность, ведь когда молодой мужчина, оформлявший нас, узнал, что за всех плачу я, сразу спросил: озаботилась ли я договором с этими людьми, где бы прописывалось, на каких условиях оплачиваю им обучение. Необходимости заключать такое соглашение с Санни я не видела, она была связана нерушимой клятвой, а вот с Ремом мы составили нужный документ, куда автоматически включался пункт о неразглашении. Такой магический договор невозможно было не исполнить, наказание за невыполнение — медленная и достаточно мучительная смерть. А пункты о конфиденциальности вообще приравнивались к клятве, которая просто не даст одной из сторон трепать языком.
На удивление, после подписания документа Рем расслабился. То ли потому, что решения больше было не изменить, то ли из-за того, что окончательно смирился. В любом случае дергаться он перестал, что меня обрадовало.
Неожиданно возникли проблемы с заселением. Меня очень долго отговаривали, что отдельный блок - очень дорого, что пять мест на троих — слишком много, что с челядью (это про моих друзей, кто не понял) жить неудобно и не полагается. И вообще, вип-мест немного, и их нельзя просто так занять, да еще и непонятно кому. В итоге мне пришлось закатить омерзительный скандал, копируя одну мою земную подружку Светочку, в котором конструктива не было никакого, зато было много возгласов на тему: "Да вы знаете, кто я?", "Да вы знаете, что сделает с вами мой папуля?". Для полного набора не хватало только "Да вы знаете, кто мой парень? А как он меня любит?". После этого нас быстро заселили, поспешно избавившись от истеричной особы, роль которой я так удачно сыграла. Правда, уже на выходе я услышала чей-то шепот, что "пусть эти истерички с сами с друг другом разбираются" и "отправим всех к ней, у нас скандалов в кабинете меньше будет".
Наш блок произвел сильное впечатление даже на меня, что уж говорить о моих спутниках. Пять комнат были объединены общей гостиной с камином, удобными диванчиками перед ним и огромным столом, где можно и совместное занятие устроить, и попойку. В этом помещении, мне кажется, поместится весь факультет. Кроме того, тут имелось небольшое подобие кухни, представленное чайником и самонагревающимся камнем, чтобы можно было разогреть еду, которая легко заказывалась за отдельную плату, хотя в Академии была и бесплатная столовая.