Она моя зависимость (СИ)

  
Мария Высоцкая
 
Она моя зависимость
   
1
 
События развиваются той же ночью, которой оканчивается 1 часть!
Есения
Я сижу на кушетке в кабинете врача. Болтаю ногами. Каблук на одной из туфель держится на соплях. Видимо, не выдержал моего падения.
– Ну что я могу сказать, Есения Андреевна, – доктор откладывает шариковую ручку в сторону, еще раз внимательно всматриваясь в мое лицо. – С вами все в порядке.
– Спасибо, – натянуто улыбаюсь.
Только я могу грохнуться в обморок от испуга перед тормозящей машиной. Мне грозила смертельная опасность, и, вместо того чтобы бежать, я просто выключилась. Еще пара сантиметров – и водитель иномарки отправил бы меня на тот свет. К счастью, нам с ним повезло. Мне – в том, что осталась жива. Ему – в том, что все же успел затормозить и не задеть меня даже бампером.
– Значит, я могу ехать домой? – завороженно смотрю на бутылку минералки, что стоит на столе. В горле образуется вязкая слюна, думать о чем-либо еще, кроме воды, я не в состоянии.
– Можете. Но лучше все-таки попросить кого-то из близких за вами приехать.
Доктор ловит мой взгляд и протягивает воду. Перед этим сворачивает крышку. Она прокручивается с легким треском, потому что бутылку еще никто не открывал.
– Ладно. Спасибо, – вцепляюсь в пластик пальцами, жадно присасываясь к горлышку.
То, что мой «ангел смерти» уже успел приплатить этому милому врачу, сомнений нет. За все время, что я нахожусь здесь, мне никто не предложил вызвать полицию, или что там делают, когда почти сбивают человека?
– Медсестра проводит вас на диванчик. Сможете подождать там родных.
– Хорошо, – снимаю туфли и шлепаю по холодному кафелю босиком.
Пока я на ходу продолжаю поглощать жидкость, девушка в белом халате помогает мне присесть и быстро удаляется.
Стоит ей уйти, и ко мне сразу бросается водитель иномарки. У него громкий, взволнованный голос. Хотя каким он может быть, если чувак чуть не отправил меня на тот свет?
Он зудит о каких-то договоренностях, полиции, деньгах, но, честно, я пока не в состоянии принимать какие-либо решения. Я же рассматриваю свои перепачканные в пыли штаны и просто хочу домой. Спать. Мне необходимо вычеркнуть этот день из своей памяти. Забыть то, что видела в комнате Панкратова, хотя, если быть честной, после «встряски» на дороге я не думала про Андрея уже минут двадцать. Но мы прекрасно понимаем, что это временное.
Скоро шок пройдет, и я снова погружусь в свои страдания.
Наверное, я бы могла попытаться выяснить. Зайти в эту чертову комнату, заявить свои права… Но слушать вранье и какие-то нелепые оправдания…
Мне кажется, меня и так выставили дурой по максимуму. Куда уж еще больше?
Взмахиваю рукой, вкладывая в этот жест все свое раздражение.
– Замолчите, пожалуйста, – прошу назойливого водителя, – у меня болит голова.
Мужчина затыкается, а я чуть крепче сжимаю в ладонях телефон с разбитым экраном. Он работает, только дисплей исполосовало уродливой паутинкой трещин.
Снимаю смартфон с блокировки и выключаю «авиарежим», поставила сразу, как пришла в себя, потому что Андрей никак не мог угомониться и все названивал, названивал.
Пока решаю, кому позвонить, телефон снова взрывается мелодией. Теперь она меня жутко раздражает.
Кто это, гадать не приходится.
Выдыхаю и принимаю звонок.
– Я тебя слушаю, – говорю чуть тише. При этом смотрю на мужика, который продолжает сидеть рядом. Он прищуривается, но отходит в сторону.
– Где ты?
– Какая разница?
– Тебя нет дома.
– Ты у меня дома?
– Это первое, куда я поехал.
– Зачем? – скулю, понимая, что мама там, наверное, в истерике. Сначала Катька сломала ключицу, а теперь еще и я пропала.
– Кто тебя просил туда ехать? – я злюсь, именно поэтому кричу.
В трубке повисает пауза, а потом я слышу мамин голос. Она либо вырвала трубку, либо он миролюбиво передал ей телефон.
– Еся, где ты? С тобой все в порядке?
– Мам, я…
Соврать ей не успеваю. Ко мне снова подходит врач и громко интересуется, когда за мной приедут. Для пущей кошмарности ситуации спрашивает, не тошнит ли меня, в сотый раз повторяя, что сотрясения нет, но тошнота может быть прямым последствием шока.
 
– …кто это? Какое сотрясение, Еся? Что происходит?
– Я…
Видимо, теперь трубку вырывает Андрей.
– Скажи мне, где ты, – он меняет интонацию. Голос становится серьезнее. Он пытается на меня давить. Даже по телефону.
– В приемном покое.
– Я сейчас приеду.
Гудки. Он просто отключается. Звоню маме, но она не берет трубку, Панкратов теперь тоже. Во мне снова плещется паника.
Зачем? Зачем он поперся к нам домой?
Накрываю лицо ладонями и тихонечко в них поскуливаю.
Не знаю, сколько проходит времени, по внутренним ощущениям, совсем немного. Я слышу голос того самого врача, а потом бас Андрея. Водитель, что все еще сидит на лавке неподалеку со стаканчиком кофе в руках, вытягивает шею. У него дергается глаз. Он смотрит на меня в нервном испуге.
– Я вас услышал! – рявкает Панкратов, выворачивая из-за угла. Там как раз находится дверь в кабинет врача, который меня осматривал.
То, что он приехал, наверное, даже в плюс. Потому что прекрасно осознаю – водитель иномарки явно хочет замять это дело. А я понятия не имею, как себя вести в такой ситуации.
Андрей замечает водителя. Тот сразу поднимается на ноги. Они отходят чуть в сторону, о чем-то говорят. Разобрать, о чем, я не могу, голова все-таки немного кружится, и мне приходится отдать все свои силы на то, чтобы не упасть с диванчика.
– Можешь попрощаться с правами, – единственная фраза, которую я четко слышу. Ее произносит Андрей. – Еся…
Он идет ко мне, даже вытягивает руку, чтобы коснуться плеча, но я подаюсь назад. Не хочу, чтобы он меня трогал.
– Как ты вообще оказалась на том перекрестке?
– Тоже решила навестить старого друга, – вздыхаю, – тебе же можно.
Андрей шумно выдыхает и садится рядом. Нагло сжимает в ладони мою руку, стараясь заглянуть в глаза.
– Я понятия не имею, что ты видела, но могу объяснить абсолютно все.
– Я и не сомневалась.
– Есь…
– Ты с ней обнимался.
– Нет, то есть да. Но нет.
– Ты нормальный вообще? – снова вздыхаю. От его оправданий становится смешно.
– Ты все не так поняла.
– О, ну конечно…
Я злюсь. Раздражение, что копилось во мне весь этот вечер, готово выплеснуться с минуты на минуту.
– Домой я тебя хотя бы могу отвезти? Я твоей маме обещал, что верну тебя…
– Поехали.
Резко поднимаюсь с диванчика и еле успеваю ухватиться за мягкую спинку. В этот же момент чувствую на себе его руки. Хочу взбрыкнуть, вывернуться, но, кажется, мои батарейки сели.
– Ладно, – сквозь зубы, – я не откажусь, если ты мне поможешь…
Вручаю Панкратову свои туфли с отломанным каблуком и, придерживаясь за его предплечье, иду к машине.
В салоне прохладно, возможно, хоть так мои пылающие щеки придут в норму?! Андрей, к счастью, не включает музыку, да и вообще ведет себя максимально тихо.
Вижу на сиденье бутылку воды и, закинув в рот еще одну таблетку, что выписал врач, запиваю ее минералкой.
Замечаю на себе взгляд Андрея и довольно резковато приподымаю бровь в немом «Что?».
– Что за таблетки?
Он вырывает блистер из моих рук, хмурится.
– Может быть, вернешь? – протягиваю ладонь.
– Эти таблетки жрут при сотрясении.
– Ты откуда знаешь? Нет у меня никакого…
Врач! Врач мне ясно сказал, что сотрясения нет и мое состояние – последствие шоке. Что тошнота – это нормально, даже бумажку сунул, где почти в лоб написано – я здорова. Только вот лекарства назначил…
– Мне такие назначали, – он возвращает мне блистер, чуть дольше задерживая свои пальцы на моей коже.
Я чувствую легкие покалывания от его прикосновений. Волна жалости к себе, к нашим отношениям, которые теперь в прошлом, снова накрывает меня с головой. Хочется всхлипнуть, но я лишь плотнее сжимаю губы. Выглядеть слабой – это так унизительно. Но я разбита. Этот вечер раскрошил меня в пыль.