Его сладкая одержимость (СИ)
Глава 5
В маленькой кроватке, под розовым пледом лежала девочка лет шести. Она надрывно кричала и плакала, не открывая глаза, видимо снился страшный сон. Ангелина тихой поступью двинулась к этому маленькому чуду. Девочка вся вспотела и тряслась, её руки комкали мягкую ткань пледа, а из горла вырывались истошные вскрики.
Лина подошла к ней и, присев на краешек кровати, стала успокаивающе поглаживать по волосам. Девочка вцепилась в руку девушки и сильно сдавила, словно это было её спасением. Постепенно она стала стихать.
— Тише-тише, маленькая, — шептала Ангелина, стараясь убаюкать настрадавшегося дитя. Чернышевский прячет на третьем этаже маленькую девочку. Для чего? Выкрал её и теперь требует выкуп? Злость завладевала разумом Ангелины, хотелось подойти к этому ужасному человеку и выцарапать глаза. Как можно использовать в своих целях такое невинное милое создание.
Светленькая малышка сейчас мирно сопела, не отпуская руку Ангелины. Такая крохотная и худенькая, что страшно её касаться. Неужели её морят голодом, что девчонка так истощала.
Ангелина услышала тихий скрип досок и приближающиеся шаги. В дверном проёме появился злой Чернышевский. Его глаза сейчас полыхали яростным пламенем, челюсть сильно сжата, что даже видно было, как желваки заходили. Пальцы стиснуты в кулаки, а вся его поза говорила, что он готов наброситься, как дикий зверь, сию секунду. Роман так сильно пугал, что Ангелина, словно окаменевшая, застыла и не смела шевельнуться. Губы пересохли, а горло ужасно запершило. Не лучшее время высказывать ему своё мнение о нём.
Чернышевский схватил девушку за руку и с силой потянул за собой, затем, услышав жалобное мычание крохотной девочки, замер, удивленно рассматривая, как малышка цепляется за Лину. Он заглянул в глаза перепуганной Ангелины, которая не смела даже дернуться в сторону. Мужчина ослабил свою хватку, и аккуратно убрал ручки маленькой принцессы, одним взглядом говоря своей работнице, следовать за ним.
Оказавшись в уже знакомом темном и неуютном кабинете, девушка отвела свой взгляд. Не хотелось даже смотреть на человека, который силой держит такое хрупкое создание.
— Какого чёрта ты делала на третьем этаже? — громкий и грубый голос пробирал до дрожи. Лина молчала, пусть делает, что хочет, она с ним не будет больше разговаривать.
— Ангелина, не испытывай моё терпение! — злые рычащие нотки проникали в самое нутро, отчего девушка сглотнула, но упорно продолжала молчать.
— Ангелина! — сильный удар ладошкой по столу, заставил юную особу подпрыгнуть и отступить на шаг назад. Она посмотрела на Чернышевского своими серыми глазами, в которых кроме гнева и ненависти больше ничего не было.
— Не смейте на меня повышать голос! Вы больной, безжалостный человек! Как можно держать ребёнка и измываться так над ним! — Ангелина, не контролируя эмоций, кричала на Романа, постепенно надвигаясь на него. Разум подчинился злости, напрочь забыв о чувстве самосохранения. — Вы жестокий, раз позволили себе настолько грязный поступок. Только настоящие падонки могут держать в заложницах маленькое дитя. Ненавижу вас! Всем сердцем ненавижу, — кровь бурлила, отдаваясь пульсирующей волной в висках. Лицо Ангелины покраснело от злости, а глаза гневно блестели. Всегда в институте их учили оберегать маленьких беззащитных человечков, а здесь получается настолько несправедливое и, не знающее человеческих чувств, преступление.
Чернышевский внимательно выслушал Ангелину, затем резко встал и, преодолев между ними расстояние в два шага, с силой крутанул её и припечатал к стене, вырывая из её легких тяжкий полувскрик. Его темно-синие глаза почернели от бешенства и ярости. Он схватил юную девушку за тонкую шейку и слегка придавил, наваливаясь на неё всем телом и лишая всякой возможности двигаться.
— Я ни раз повторял, что на третий этаж запрещено подниматься! Ты будто делаешь всё на зло. Неужели мне правда нужно относится к тебе отвратительно, чтобы ты боялась и нос высунуть из гостевой спальни?
— Вот увидите, как только я выберусь отсюда, я найду на вас управу! — сдавленно прохрипела она. Мужчина лишь рассмеялся и, склонив голову набок, внимательно посмотрел на Ангелину.
— Не смеши меня своей глупостью. Ты явно до сих пор не понимаешь где оказалась!
— Не важно насколько грязными делами вы занимаетесь, но трогать ребёнка, это самый ужасный и низкий поступок из всех.
— Ты ни-че-го не знаешь! — от говорил это почти по слогам, голос глухой и устрашающий. Роман смотрел в эти серые глаза, зрачки которых бегло анализировали его лицо. Она вся дрожала под ним от страха, но во взгляде столько решимости и уверенности, что даже он растерялся. Впервые сталкивается с человеком, который может выдержать его напор. Хрупкая и боязливая девчонка, зато сколько бойкости и твердости в её голосе и выражении лица. — Попробуй только пикнуть кому-нибудь о том, что на третьем этаже! Я устрою тебе очень сладкую жизнь.
Он резко отпустил Ангелину, давая ей возможность прийти в себя. Девушка схватилась за горло и потерла ладошкой, разгоняя кровь. Она бросила на него ненавистный взгляд и отвернулась. Белокурые волосы растрепались, а раскрасневшееся лицо и хмурый взор делали её схожей с какой-то воинственной ведьмой. Слишком острое у неё чувство справедливости.
— Уходи! И не попадайся больше мне на глаза, — голос властный и отстранённый. — Ещё раз увижу рядом с лестницей, ведущей на третий этаж, и тебе правда не поздоровится.
Ангелина оттолкнула мужчину, который всё ещё продолжал стоять слишком близко к ней. Не хотелось даже находится в одном помещении с таким человеком. Дойдя до двери, она обернулась и прошипела:
— Вы самый морально-опустившийся человек на свете, Роман Сергеевич. Ненавижу вас! — Чернышевский лишь окинул её привычным, холодным бесчувственным взглядом и отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен.
Чернышевский закурил очередную сигарету, выпуская лёгкий клубок дыма и безэмоционально глядя на ночной сосновый лес. В голове не было ни одной мысли. Просто пустота.
Лина бежала по коридору, спеша скорее добраться до своей спальни. И с таким монстром ей приходится жить под одной крышей. Внутри непередаваемо жгло, а кровь бурлила, складывалось ощущение, что она движется по венам. Одно Ангелина поняла точно, что как бы Светлана не говорила, что он хороший, на самом деле это самый ужасный и отвратительный человек. Он бандит, самый настоящий уголовник, который ходит безнаказанно по этой земле. Его место в тюрьме, а не на свободе!
По щекам текли горячие слезы, а душу будто вырвали с мясом, настолько всё противно и мерзко было. Ангелина упала на свою кровать и просто вырубилась от эмоционального истощения. Слишком много стрессов за один день.
Проснувшись среди ночи, она почувствовала какую-то зябкость и мерзкий холодок. Ангелина тихо спустилась вниз и налила себя горячего чая, с наслаждением вдыхая аромат липы и мяты. Послышались приближающиеся шаги, не желая быть замеченной, девушка выключила свет и спряталась за кухонный диванчик.
Яркие лампы озарили маленькую кухоньку, а затем басистый голос заставил сердце юной девушки ухнуть вниз от неожиданности.
— Лина, я знаю, что ты здесь. Тем более твоя ночная сорочка, не пожелала прятаться вместе с тобой за диван.
Девушка постыдно вылезла из укрытия, не поднимая взгляд на Чернышевского. Неловкая ситуация вышла.
— Пойдём, поговорим, — спокойно предложил мужчина, его голос уставший и потухший, что Ангелине стало не по себе.
— Я не особо желаю с вами разговаривать, — замялась девушка, поднимая на мужчину свои глаза. Он стоял, облокотившись на стену и просто прикрыл глаза. Сейчас он больше напоминал человека, обычного и замученного, которого хотелось пожалеть. Черные брюки и в цвет им свитер придавали ещё большее уныние.
— Лина, — он тяжело вздохнул. — Просто поговорим.
Роман направился в огромный зал, где горел камин, и трещали дрова, создавая атмосферу уюта и тепла. Мужчина сел в кресло и дождался, когда тоже самое сделает Ангелина. Чернышевский открыл бутылку с алкоголем и налил два бокала.