Выпускной (СИ)

– Учитель Нобу! Они меня достали! Они… их трое… и они…
На его пути вдруг возникла розовокожая блондинка, которая допекала меня с борвийскими татуировками (Патрис, кажется). Она материализовалась прямо у Вута перед носом, цепко ухватила пацана за шкирку магическими когтями и потащила обратно – в кусты.
– Мы с тобой ещё не закончили, уродец!
– Учитель Нобу! – опять заорал Вут, вырываясь из её когтей. – Вы не представляете, что они со мной делали! Учитель Нобу! Боюсь, это плохо кончится!..
  
Глава 4
 
Я даже с места не дёрнулся, продолжая наблюдать за происходящим.
Похоже, настырная девчонка-сатхар до сих пор пыталась научить несчастного нулуса телепортироваться, только, судя по её злой физиономии, ничего у неё не получалось.
Понятное дело: чтобы Вут смог перемещаться, как полноценный маг, ему нужна полноценная метка, которой у него нет, хоть на куски его порежь.
Перед тем, как скрыться за кустами вместе с вопящим парнем, Патрис обернулась и посмотрела на меня.
– Вы просто так от меня всё равно не отделаетесь, учитель Нобу. Завтра вам придётся раздеться, прямо на экзамене. Спор есть спор, согласны?
– Будь с парнем понежнее, так оно лучше работает, – ответил я, сощурившись.
– Буду, не сомневайтесь! – отрезала Патрис и втащила Вута в заросли. – Девочки, у нас новый метод! Называется «Понежнее»! Доведём Вута до оргазма!
Я не сдержал усмешки.
И опять мне прилетел тычок в бок.
– Откуда ты знаешь, что она умеет понежнее? И что за спор на раздевание, я не поняла!
Пришлось рассказывать Сьюн всю историю про Патрис и Вута, после чего она долго смеялась.
– Ты знаешь, а мне нравится этот Вут, хоть он и изгой, – неожиданно призналась Сьюн. – Я за ним наблюдаю с тех пор, как мы здесь живём. Он усердный и знает намного больше тех, кому навыки достаются легко. А ещё ему запрещено посещать тренировки по телепортации, но он тайно наблюдает за спортзалом с крыши, а потом прямо там, на этой крыше, повторяет за учениками все движения.
– Только это мало чем ему помогает, – мрачно констатировал я. – Не понимаю, какого чёрта он вообще тут учится, если экзамен сдать не сможет.
– Это же племянник директора Ю-Пена, – вдруг сообщила мне Сьюн. – Он взял его в школу по просьбе умирающего брата. Вут поклялся отцу, что во время учёбы не доставит проблем директору, ни с кем не будет драться и спорить из-за своей метки. Будет только учиться. Я вчера случайно услышала разговор. Так вот. Директор говорил Вуту, что, как бы тот ни старался, он всё равно не сможет пройти экзамен и после этого будет вынужден перевестись в школу для нулусов.
Я вздохнул.
– Теперь понятно, почему он своим обидчикам сдачи не даёт. Поклялся умирающему отцу, значит.
– Тебе его жалко? – поинтересовалась Сьюн. – Ты хотел ему помочь и специально поспорил с той девчонкой сегодня утром, да? Мол, если она не сможет научить его телепортации, то весь класс перестанет его доставать. Так? А ты уверен, что она не сможет его научить?
– Уверен. Это невозможно.
– А вдруг ты проспоришь ей? Что тогда? – не унималась она.
– Чтобы я проспорил, должно произойти чудо, а чудес не бывает.
И лишь после того, как я это произнёс, во мне появилось чувство странного суеверия: как только говоришь, что чудес не бывает, они вдруг начинают происходить, и почему-то всегда в виде дерьма на голову.
* * *
Когда я вернулся к шезлонгам, мне предстала занятная картина.
Во-первых, Люче ворковала со Снечем у бара, мило улыбалась и с интересом смотрела на парня, а тот что-то ей рассказывал.
Быстро же она этого отшельника в оборот взяла.
Во-вторых, Буф попивал коктейль, развалившись в шезлонге под пальмой. И физиономия у него была настолько довольной, что это вызывало тревогу. Видеть Буфа Такеса таким довольным мне приходилось очень редко, поэтому я сразу заподозрил неладное.
Сьюн отправилась к бару, а я подошёл к Буфу и потребовал пояснений напрямую:
– А теперь колись, что произошло, пока меня не было.
 
Буф улыбнулся.
– Кажется, я перестал бояться детей.
Его фраза ещё больше меня насторожила. Не к добру это всё.
– С чего вдруг?
Ответом мне стал приглушённый писк, донёсшийся откуда-то сверху. Я задрал голову и вгляделся в раскидистые ветви пальмы.
– Мать твою… Буф… ты совсем охренел? Сними её оттуда!
Там, на одной из веток, прицепленная за шкирку свисала Заноза Кинни.
Лицо девчонки блестело улиточной слизью, а изо рта торчал тюбик. Кинни не могла даже шевельнуться, потому что её крепко держала аура Буфа. Девчонка лишь издавала глухой писк и мусолила во рту тюбик, пытаясь его выплюнуть.
Буф глянул наверх.
– Ну что, заноза в заднице? Повиси и подумай над своим поведением. Навалить слизи мне в туфли – это ты здорово придумала. Но ничего. Часик повисишь и будешь как шёлковая. У меня и не такие монстры по струнке ходили. Что я, с малолеткой не справлюсь, что ли?
Я уставился на довольного Буфа.
– Ты сдурел? Сними её, пока никто не заметил! Какого хрена ты творишь? Она же маленькая!
– Это она только с виду маленькая, а проблемы от неё, как от большой, – поморщился Буф и снова посмотрел на Кинни. – Правильно же я говорю, мелкое чудовище? И это тебе ещё повезло, что адами Такес сегодня добрый.
В ответ девчонка снова пискнула.
– Если ты её сейчас с пальмы не снимешь, то это сделаю я, – процедил я, наклонившись к лицу Буфа. – Ты думай, что делаешь. Если кто увидит, мы же проблем не оберёмся.
Буф покачал головой.
– Не выйдет из тебя тренера, Киро. Вот повисела бы эта малявка ещё час, и никто бы от неё больше слизи в туфли не получил. Тут терпение и жёсткость нужны.
Он приподнял и опустил правую руку.
Этого короткого жеста хватило, чтобы девчонка камнем полетела вниз. У самой земли Буф остановил падение, но было видно, что Кинни до ужаса перепугалась. Только закричать она не смогла, потому что силовая аура Буфа всё так же крепко её держала и контролировала.
Хорошо, что под пальмой была тень, и манипуляции с ребёнком никто не заметил, а то бы мы все четверо из школы вылетели.
Когда девчонка плюхнулась в песок, то первое, что она сделала – это выплюнула тюбик и буркнула, пронзая Буфа взглядом:
– Это война, козёл.
Она поднялась на ноги, вся измазанная в слизи и песке, и с достоинством королевы прошествовала мимо Буфа в сторону раздевалок.
– Давай-ка без угроз, клоп пучеглазый, – тут же ответил девчонке Буф. – И только попробуй кому нажаловаться. Я тебя за ноги подвешу!
Она резко остановилась, обернулась и приложила пальцы к глазам – так она показывала, что будет за ним наблюдать, и лучше бы ему быть начеку.
– Это я с тебя глаз не спущу, не расслабляйся, – осклабился Буф.
Удивительно, но они отлично понимали друг друга без перевода. Суровый тренер Трон-Стронга нашёл-таки общий язык с детьми.
Когда Кинни скрылась за углом, Буф виновато глянул на меня.
– Извини, дружище, не удержался. Эта ушастая меня взбесила. Я б её перевоспитал, если бы у меня было больше полномочий.
Я хлопнул его по плечу.
– Будут у тебя полномочия, но в другом мире. Ты же прирождённый папаша.
– А это оказалось нетрудно, кстати, – усмехнулся Буф. – Дети вообще не страшные. С ними просто пожёстче надо и всё. Спорим, эта малявка мне теперь ничего не сделает.
Его рожа снова стала довольной. Правда, ненадолго.
В своём коктейле он вдруг обнаружил… козявки.
Кучу наколдованных козявок.
– Ах ты мелкая з-з-з-а-р-р-р-р-а-за! – Буф сплюнул и сжал в ладони стакан так сильно, что тот треснул. – Ну всё! Это война!..
* * *
Слава богу, до утра никаких инцидентов больше не было.
Буфа я еле спровадил в гостевую комнату вместе с коктейлем из козявок, а вот Люче, наоборот, не стал отвлекать. Теперь она не просто беседовала со Снечем у бара – она танцевала с сыном директора и, кажется, уже успела надавить на его сознание.