День жёлтых цветов (СИ)
К вечеру выходного оттаявшая в обществе подруги Дарайя вдруг решила, что устала одна обдумывать случившееся, что ей нужен взгляд со стороны. Оказалось, что если отключить эмоции, а это она уже научилась делать, спасаясь от чувств, которые могли разорвать её изнутри, дай им свободу и не придави их разумом, то можно спокойно и обстоятельно рассказать подруге, не пугая её. Да, в тот момент девушка ещё и пыталась защитить подругу, не позволяя окунуться в ужасные чувства.
— Ты пошутила так странно? — спросила Авайя, как только Дарайя замолчала.
— Посмотри мне в глаза, — просто ответила та, выпуская наконец на волю эмоции.
— Это правда! — ошеломленно воскликнула младшая из подруг, разглядев наконец боль, наполняющую карие глаза сидящей напротив девушки. — Но… Но что он сказал потом?
— Предложил встретиться сегодня, я не пошла…
— Почему?! — прервала Авайя. — Он твой первый мужчина, теперь ты должна быть с ним!
— С ума сошла?! — резко ответила Дарайя. — Да я видеть его не могу… А чтобы он ко мне прикоснулся…
Девушку даже передёрнуло от промелькнувшего образа. Всё встало на свои места. Она наконец приняла, что случившееся с ней действительно было реальностью, что уже ничего не исправить, что теперь их пути с Данкуром разошлись навсегда. Наконец стало понятно, как именно она ко всему относится, разум принял чувства, эмоции восприняли доводы разума. Стало немного легче. пусть и больнее в первый момент.
Глава 14
Было бы слишком оптимистично предполагать, что пройденный за какую-то неделю путь позволил Дарайе преодолеть последствия моральной травмы. Ей было намного легче осознавать, что так и должно быть, что не может человек после случившегося оставаться неизменным. Может, полный идиот и не заметил бы ничего, продолжая жить как прежде, а нормальный человек должен какое-то время приходить в себя. И она приходила, теперь более настороженно воспринимая мужское внимание, периодически злясь на всех мужчин скопом. Но мало-помалу, общаясь с Шоном, который всё чаще составлял им с Авайей компанию, видя его трепетное и нежное отношение к подруге, Дарайя смягчалась, оттаивала, всё больше напоминая себя прежнюю.
За три весенних месяца, погрузившись в свои глубоко упрятанные от всех переживания, она немного похудела, став ещё изящней и воздушней. Её задумчивый глубокий взгляд придавал лицу какую-то особенную одухотворённость, привлекая всё больше поклонников. Дарайя думала, что, перестав быть улыбчивой и слишком открытой, она сумеет отгородиться от мужчин, оттолкнуть их этим, внутренне готовая к проявлению неожиданной агрессии от представителей противоположного пола, маскирующихся под милых парней. Но в результате только стала ещё популярнее, чем приводила теряющую потенциальных воздыхателей Рончейю в бешенство.
Данкур попытался было возобновить встречи, сумев наконец столкнуться с почти неуловимой Дарайей, но получил только вежливый ответ о слишком большой загрузке, подготовке к экзаменам, слабом здоровье… В общем, намёк был слишком прозрачным, чтобы юноша не понял, что его больше не хотят видеть. А появившиеся во время вымученного разговора братья Ралроиг заставили его предположить, что старший из них стал новым возлюбленным девушки. “Ну да, лурбийки долго не скучают!” — решил юноша и прекратил свои попытки, испытывая странную смесь чувств — легкое разочарование от непостоянства девушек и облегчение от того, что с него как бы сняли ответственность за дальнейшую судьбу одной из них.
Дарайя, поняв, что Дан больше не ищет встреч с ней, испытала примерно те же разочарование и облегчение, пусть и по другим причинам. Легче было от того, что не придется напрягаться каждый раз, встречая мужчину, своим видом возвращающего её к старательно вытесняемым воспоминаниям. А разочарование… Как-то обидно, что он вот так просто от неё отступился, даже не попытавшись извиниться за произошедшее, будто подобное для него в порядке вещей, а она — одна из многих, не слишком значимая и не нужная. Девушка даже пыталась себе представить какой-то вариант подобных извинений, но поняла, что лучше уж так, чем мучительно выдавливать что-то в ответ, делая вид, что они могут остаться друзьями. Нет, действительно, уж лучше так. Всё закончилось, поставлена жирная точка.
Подготовка к экзаменам окончательно отвлекла Дарайю от ненужных переживаний. Окунувшись в учёбу, она почувствовала себя спокойнее. И это позволило с легкостью получить высшие баллы по всем предметам, что стало приятной неожиданностью. Всё-таки раньше она больше уделяла внимания любимой артефакторике, чуточку запустив непрофильные дисциплины. А теперь даже помогла Авайе, подтягивая по алхимии и целительству.
В общем, на долгожданные летние каникулы девушки отправились в самом лучшем настроении, предвкушая любимые морские прогулки, купания и другие радости, ожидающие их на родине. Почти всё лето Дарайя провела у подруги, пользуясь всеми благами модного курорта. Даже её родители поддались на уговоры и на три недели присоединились к дочери, немного смущенные окружающей роскошью. Да, за последние годы отец Авайи много вложил в своё детище, сделав отдых в гостевых домах Малурив очень престижным.
Две симпатичные девушки привлекали внимание и местных парней, и отдыхающих, вскоре обзаведясь целой группой ухажеров, остужаемых крутым нравом отца Авайи. Юношам оставалось только грустно вздыхать и пытаться обратить на себя внимание. Для этого они то придумывали конкурс на лучший прыжок со скалы, где ожидаемо победил дельфин; то на самый красивый букет, тут отличился волк, умудрившийся помимо общей гармонии композиции учесть еще и сочетание запахов…
Короче говоря, скучать подругам не давали. Эти милые ухаживания были приятны Дарайе, но всё отравляли периодически возникающие мысли о тайной цели этих букетов и знаков внимания, о том, что может последовать за легким флиртом. А ещё страшила мысль, что по каким-то признакам кто-то догадается о произошедшем с ней и решит, что можно быть смелее. С одной стороны, ей вроде бы нечего беречь… А с другой, Дарайя не могла представить, что позволит прикоснуться к себе чужому человеку. И чужими ей теперь казались почти все окружающие. В результате загадочная задумчивость девушки только подстегивала воображение молодых мужчин, которые просто кружили вокруг Дарайи, заставляя её внутренне сжиматься и чуточку ненавидеть этих хищников.
Приезд братьев Ралроиг, давно забронировавших отдельное бунгало у моря на последние три недели лета, каким-то образом разогнал стаю, кружившую вокруг девушек. Уж чем они припугнули навязчивых кавалеров, неизвестно, но Дарайя наконец вздохнула с облегчением, избавившись от постоянного стресса. Шон и Рик, заинтересовавшиеся морской рыбалкой, утащили девушек в море на лодке, где те с азартом принялись соперничать в количестве улова. Потом была экскурсия в столицу, опять вчетвером, с ночевкой в гостевом доме. Какие аргументы использовали братья, чтобы уговорить на это отца Авайи, опять-таки непонятно, но им это удалось.
К чести мужчин нужно сказать, что вели они себя очень достойно и уважительно, не позволяя себе ничего лишнего, окружив девушек заботой и ненавязчивым дружеским общением. Были и пикники, и совместные купания, и веселые вечерние игры в карты, к которым иногда присоединялись и родители Авайи. В общем, и гости, и хозяева остались полностью довольны приятным обществом. Братьям предложили приезжать в любое время. Если не найдется места в одном из больших гостевых домов или маленьких бунгало, то уж в хозяйском доме комнату для приличных молодых людей всегда найдут.
Всё той же дружной компанией из четырех человек молодые люди возвращались в Академию. Для Рика начинался последний учебный год, остальные были только на третьем курсе. Отдохнувшая, загоревшая и повеселевшая Дарайя окончательно оттаяла, с радостью предвкушая ещё более заковыристые задания от своего учителя, соскучившись по любимому занятию. Она что-то успела починить у гостеприимного семейства Малурив, приютившего её на целое лето и категорично отказавшегося от какой бы то ни было оплаты, шутливо заявив, что лучшую подругу дочери они уж как-нибудь прокормят, не разорятся. Но эти простые артефакты, с которыми ей пришлось повозиться, были совершенно не интересны на фоне грандиозных задумок Мерлината, заняться которыми ей так не терпелось после отдыха.