Твоя игра, мои правила (СИ)

— Охмурить королеву альма-матер. — Копирую его позу и подхожу, замерев в нескольких шагах.
Боже, что я несу? Какая нафиг альма-матер и королева? К нашей бриллиантовой принцессе он точно не сунется, иначе его отметелит наследник нефтяной империи, по совместительству чемпион по боксу. Среди любителей, но все же.
— Проще простого, — усмехается и резко замолкает, заметив лукавую улыбочку.
В таких ситуациях моя ухмылка ничего хорошего не предвещает, и он это знает. Видимо, поэтому тяжело сглатывает и тяжелым взглядом смотрит на мою машину. Сомневается.
— В роли ботаника. Поясню для особо непонятливых… — Улыбаюсь еще шире, заметив его ошарашенный взгляд, и меня охватывает гордость за саму себя. Чудо как хороша. — Очки с огромными линзами, дешевая рубашка и джемпер. Ах да, еще стопка учебников и потрепанный ранец. Ты же простой студент, а не какой-нибудь наследник миллионов.
— Да ты рехнулась! — Откинув голову назад, заразительно смеется. — Хорошо. Тогда ты! — тыкает в меня пальцем, пытаясь удивить. Ага, только вот кишка тонка. — Твоя задача — месяц работать официанткой. Внимание! Барабанная дробь. — Отбивая ритм ладошками на своих кубиках, продолжает: — Месяц ты должна жить на зарплату. Включая кафе, СПА, шопинг.
— Чего? — вскрикиваю, совершенно не ожидая такого подвоха.
Я и мизерная зарплата? Да я же коньки отброшу в первый же день. Нет, к такому я точно не готова, это слишком жестоко. Хотя я ведь хочу уехать из Москвы на время? Чем не повод.
— Передумала?
— Не дождешься. По рукам. — Протягиваю руку и замираю, лукаво улыбаясь. — Играем в Воронеже.
— Не понял? — говорит он еле слышно, заставляя меня ликовать и злорадствовать.
Так-то братишка. В Воронеже я точно проживу, имея в кошельке немного денег, да и тебе будет куда интереснее.
— Все ты понял.
Развернувшись, следую в дом. Решение играть в Воронеже пришло ко мне спонтанно, просто я не готова дарить брату свою тачку.
Он еще не знает, что я готова воевать за свою крошку не на жизнь, а на смерть.
  
Глава 2
 
Арсений
— Арсений, Алиса! — рокочущий голос отца слышен даже на втором этаже. Хотя готов поспорить, что он находится в кабинете.
— Кх, — давлюсь чаем и, схватив кухонное полотенце, начинаю до блеска натирать барную стойку, — твою дивизию.
Чертовы нервы дают о себе знать в самый неподходящий момент. Сердце бросается вскачь, и ладони потеют. Плохо, очень плохо. Особенно для мужика.
— Предлагаю валить, пока он не спустился. — Поднимаю обеспокоенный взгляд на бледную сестру и расплываюсь в улыбке.
Алиска сидит на барном стуле и, схватившись за столешницу до побелевших костяшек, начинает нервно крутить головой по сторонам, ища выход. Я вижу, как она напугана. И готов поспорить, что ее сердце устраивает незапланированные скачки, как и мое. Когда вижу ее взгляд, память сразу подбрасывает маленького котенка с необычным именем Нига. Он всегда смотрел так же, когда делал свои дела там, где не стоило. Звучит подло, но мне так приятно видеть ее напуганной. Отчасти, наверное, от того, что это случается такое крайне редко. Приятно, однако.
— Алиса, Арсений! — разгневанный голос отца раздается на лестнице, заставляя нас вжать голову в плечи.
Не от испуга, конечно. Просто слишком громко. И страшно. Отец в гневе бывает редко, а точнее, такое случилось лишь один раз, когда я без спросу взял его «гелик» и сразу же расколотил его всмятку. В тот день я только получил права, на которые сдал сам. Ну и, конечно же, надо было выпендриться перед друзьями. Ничего лучше не придумав, позаимствовал машину отца. Хреново так позаимствовал. Ох, сколько я тогда бранных слов услышал в свой адрес.
— Не успеете. — Вздрогнув, резко оборачиваюсь на арку, ведущую в кухню.
Насмешливо улыбаясь, в проеме, прижавшись плечом к арке и засунув руки в карманы брюк, стоит Алексей. Любимый муж старшей сестрички. Отличный мужик, правда, взрослый и чересчур справедливый.
 
— Сколько? — тихо интересуюсь, приподняв бровь и мысленно готовясь сделать ноги. Пора бежать.
— Минуты две. — Отступив назад, выглядывает в холл, где, видимо, застрял отец и Славка с детворой. — Нет, три.
— Валим, — завалившись на стол, шипит Алиска и резко встает, поправляя футболку.
Нахрена ей это?! Майка все равно как была мятая, так и осталась.
— Стоять! — грозно рыкает муж сестрицы, и мы, как двое из ларца, замираем, согнувшись пополам над столом.
Твою же… Придется сознаваться и просить о помощи. Но что-то мне подсказывает, что это дорого нам обойдется. В последний раз мне пришлось сидеть с их малыми весь день и всю ночь, пока родители развлекались.
— Мы… это, — мямлит Алиска, густо краснея.
Стоя за ее спиной, делаю фейспалм, заставляя Леху заржать. Алиска затыкается на полуслове и смотрит недоуменно.
— Мы перевелись в другой универ, — произношу слишком резко и только после этого понимаю, что стало слишком тихо.
— Вы… что сделали? — тихо, слишком тихо, интересуется Леха. — Надеюсь, что на Аляску, иначе вы трупы, — смакуя последние слова, констатирует он.
— Нет, в Воронеж. — Ступая маленькими шажочками, Алиска начинает обходить Лешу, замечая, как тот сатанеет.
Да он явно сейчас превышает температуру кипения. Решаю, что, пока не рвануло, надо делать ноги в Воронеж. А может, и на Аляску.
— Вы идиоты? — взрывается он. Еще немного, и пар повалит. — Променять МГИМО на задрипанный Воронежский универ?
— Так надо, — мямлю и бегу за Алиской, которая уже успела выбежать на улицу.
Подтверждаю, конечно же, только смену универа. Полностью уверенный в том, что мы не идиоты. Хотя… Как посмотреть.
  
Глава 3
 
Алиса
Затаскиваю чемодан в квартиру и притворно морщусь от открывшегося вида. Интерьер, конечно, так себе. Простая съемная двушка в центре Воронежа не блещет роскошью. В ней нет комнаты, выполненной в стиле авангард. Нет сложных геометрических узоров на стене и ярких цветовых акцентов. Все как-то блекло и серо. Чуждо, что ли.
— Какая досада, — произношу елейным голосом и прохожу мимо гостиной, направляюсь дальше.
Я, конечно, не принцесса, но и занимать проходную комнату тоже не собираюсь. Мне кажется, что любой девушке нужна своя спальня, где она смело сможет щеголять топлес, если пожелает.
— Эй, стоять! — рявкает братишка, заставляя замереть и высокомерно на него взглянуть. — Там, вообще-то, моя комната.
Качаю головой, давая понять, что только через мой труп. Ишь ты, размечтался. За свое личное пространство я готова воевать.
— То есть ты предлагаешь мне по утрам лицезреть твои причиндалы? — Морщусь и, развернувшись от бедра, следую к комнате, даже не надеясь услышать ответ.
— Стерва. — Смеясь, братишка прыгает на диван, который трещит под натиском его бычьей тушки.
Комната, конечно, не рай для меня. Ее квадраты в родительском доме — всего лишь душевая. Прошу заметить, что именно душевая, а не ванная. Ставлю у стены огромный чемодан, напичканный первым попавшимся барахлом, и прохожу в центр спальни, скептически разглядывая голые стены цвета чего-то там. То ли оливы, то ли желтого карри. Одним словом — бе-е-е.
— И как здесь жить? — произношу в никуда.
Я девочка взрывная, полная положительных эмоций. Серьезности во мне практически нет в отличие от Арсения. Поэтому, наверное, я предпочитаю яркие и нестандартные вещи как в жизни, так и в интерьере. Именно поэтому решаю, что с завтрашнего же дня начну преображать комнату. Добавлю ярких красок: прикуплю декоративные подушки, найду бюстовый торс (дома такой заменяет мне прикроватную тумбу), на стену найду “взрывных” украшений и обязательно коврик. Мягкий ворс яркого цвета. А может, даже и стены перекрашу.