Твоя игра, мои правила (СИ)

Я же, разобрав диван, еще долго не могу уснуть. Мне то и дело видится Мари. Вот она улыбается, вот прикрывает глаза, вот легкий взмах руки, чтобы убрать прядь волос за ухо. Красивая.
И не моя.
  
Глава 12
 
Алиса
— Господи, кто его вообще придумал? — разводя руки в стороны, садится на стул Сашка.
— Кто-то, кто родился за пять тысяч лет до нашей эры в Древнем Египте. — Удивившись услышанному, смотрю на Юру, широко распахнув глаза.
Широкоплечий блондин с карими глазами и атлетическим телосложением — мечта многих студенток архитектурного вуза. Будущий проектировщик страшно необычных зданий, кладезь идей в модернизме и деконструктивизме. Дом будущего с элементами прошлого или сморщенное, сломанное и изогнутое здание — будущие проекты пока еще студента Стрельникова.
Эх, увидел бы Арс его проект, который победил на конкурсе талантов, убился бы. Ему как любителю геометрического стиля в интерьере противопоказано глазеть на сморщенное здание.
— Серьезно? — распахнув глаза и уставившись на парня влюбленным взглядом, восклицает Сашка.
Эта миниатюрная девчонка еще по дороге в торговый центр умудрилась поведать о своей безответной любви. Я еще никогда, слушая дифирамбы в честь неизвестного парня, не закатывала так часто глаза к небу. Нет, ну честно. Я была уверена, что сломаю их.
— Да. Сэр Финдерс Петри, профессор египтологии Лондонского университета, предположил, что мяч надо было бросать сквозь ворота, сложенные из кусочков мрамора. В гробнице археологами было найдено несколько небольших каменных мячей, три кусочка мрамора и девять тонких кеглей. Так что, возможно, боулинг появился больше семи тысяч лет назад.
— А ты че такой умный, а? — делано удивляется подруга, заставляя меня хихикнуть и спрятать довольную улыбку за бокалом клубничного смузи.
То она из юбки готова выпрыгнуть и сверкнуть кружевными стрингами, чтобы обратить на себя его внимание, то дразнит, пытаясь разозлить.
— А тебе что, умные не нравятся? — лукаво улыбаясь, Юрка одаривает ее теплым взглядом.
Не понимаю, в чем у них проблема? Одна строит из себя монашку, типа «я не такая», другой ходит вокруг да около. Взвалил на плечи да утащил в свою пещеру. Ну а мы здесь посидели бы тихонько, никому бы не мешали. Глядишь, и поговорили бы нормально.
С того злополучного происшествия в раздевалке прошло четыре дня, а мы так и не пообщались. Презрительные оскал и надменный взгляд сопровождали меня с начала смены и до самого ее окончания. И только сегодня, кажется, айсберг в его глазах начал оттаивать.
— Нет. Я чувствую себя на их фоне тупой курицей, — немного покраснев, отворачивается Сашка.
Я даже умудрилась поперхнуться любимой оливкой от услышанных слов. Серьезно?! В моде что, до сих принято строить из себя немного глупых? Или это такой хитрый ход по привлечению мужского внимания? Типа он обрадуется, что девушка не умнее его, и начнет тупой подкат? Бред.
— Зачем ты себя обзываешь? — серьезно интересуется парень. — Позволь это сделать мне, — добавляет лукаво.
Смотрю на него из-под опущенных ресниц и усмехаюсь. Ага, конечно. Пошлыми словечками во время жесткого тра… Хм, думаю, что понятно.
— Да-а-а? И как же ты можешь меня обозвать? Желательно так, чтобы я не обиделась и не оторвала твои кукошки, — стараясь не смеяться, лукаво поизносит подруга и тянется к пицце.
За время нашего короткого знакомства я поняла одну очень важную вещь: все девушки любят есть. Неважно, где они и с кем, еда должна быть сытной и вкусной. К счастью, в этом мы с Сашкой похожи. Поэтому без доли какого-либо стеснения она смело смачно кусает пиццу, а соус, который тоненькой струйкой стекает на подбородок, подхватывает указательным пальцем и, засунув его в рот, чертовски сексуально облизывает. Даже Макс дернулся и отвернулся.
— Кровожадная, однако, — заключает парень и отбирает у подруги пиццу.
— Эй, ты что творишь? — маленькие кулачки колотят немаленькое тело парня, а тот, жуя пиццу, умудряется смеяться.
 
— Они всегда такие? — хохоча, смотрю на Макса, который, снова спалив меня, отводит глаза на влюбленную парочку.
— Они точно будут вместе. Зуб даю.
— Нет, — Макс в первый раз за время нашего знакомства одаривает меня теплой улыбкой, аж бабочки в животе просыпаются, в которых я начинаю верить. — Бывает и хуже.
— С ума сойти, — качаю головой, представляя, что эти двое могут учудить.
Хотя мне кажется, что меня и Арса они вряд ли обыграют. Почетное место среди самых ненормальных ребят мы уже давно забрали. Наверное, еще когда только ходить начали. У нас даже есть настоящий Оскар «Идиоты года», подаренный Славкой на наше восемнадцатилетие.
— Пошли поиграем, — Макс встает и протягивает мне руку. — Не будем мешать молодоженам.
— Они? — смотрю на ребят удивленно, наблюдая за их шуточной перепалкой.
— Пока нет, но, думаю, что совсем скоро. Идешь?
— Да, конечно. Не боишься, что выиграю? — склонив голову к плечу и улыбнувшись, интересуюсь у парня.
— Меня? — удивленно восклицает он. — Девочка моя, в этом городе нет человека, который мог бы меня обставить.
Он говорит что-то еще, а в моей голове на повторе звучит только одна фраза: «Девочка моя». И пока в моей черепной коробке не сотрется пластинка или не сломается магнитола, она будет крутиться раз за разом.
— Поспорим? — протягиваю руку, прежде чем успеваю подумать о том, что творю.
Макс ведь не знает, что я люблю боулинг и как-то раз мне даже посчастливилось сыграть с Алексеем Васильевым[1]. На минуточку, он трижды становился чемпионом России и семь раз — Санкт-Петербурга. Он-то и поделился со мной некоторыми секретами.
— Давай, проигравший выполняет желание, — слишком быстро соглашается Макс, жадным взглядом скользя по моим губам.
Киваю, интуитивно облизываясь, и подхожу к шарам. Выбираю средней тяжести шар и занимаю позицию на дорожке, присматриваясь к кеглям. Немного размахнувшись и рассчитав траекторию полета, кидаю. Снаряд катится точно в цель, не думая съезжать в кювет. Прикусив нижнюю губу и сложив руки в замок, с нетерпением жду страйка.
Еще немного… ну же.
Шар приближается к заветной цели. Нервы натянуты до предела и готовы рвануть как Хиросима когда-то.
Закрываю глаза и слышу грохот, виновником которого становится шар. Вокруг меня стоит гробовая тишина, не считая звуков с соседних дорожек. Макс молчит, я тоже.
Медленно, словно боясь спугнуть момент триумфа, открываю сначала один глаз.
Восемь сбитых. Не поняла. Открываю второй и таращусь на две стоящие кегли.
Какого черта?!
Так, попытка номер два. У нас же по два захода, да?
И снова восемь сбитых.
Черт. Черт. Черт. Это слишком мало.
— Ай-яй-яй. — Макс проходит мимо меня, слегка задевая плечо. — Смотри и учись.
Сложив руки на груди и внимательно прищурившись, наблюдаю за его действиями. Немного наклонившись вперед и о чем-то подумав, он замахивается. Взгляд голубых глаз серьезный, тело готово к прыжку, словно хищник в зеленой чащи леса нашел долгожданную добычу. Размах и… страйк.
Серьезно? Вот так вот просто.
Ладно, попытка номер два.
И снова страйк.
— Продолжаем? — кивает на платформу с шарами, видя мое офигевшее лицо.
Не может быть! У него что, есть какие-то сверхспособности, или, может, он тоже чемпион?
Естественно.
Взяв себя в руки, снова подхожу к шарам. Я не могу проиграть, даже не попытавшись выиграть. Бой должен быть честным.
Поэтому он продолжается долгих полчаса. За это время я забываю, что мы находимся здесь не одни. Случайные прикосновения Макса будоражат кровь. Она будто закипает, согревая тело, заполняя вены кипятком. На местах, которых он касался, остаются ожоги. Приятные и трепещущие.
Он будто специально отвлекает меня, то и дело задевая. Я стараюсь сосредоточиться на игре, в которой редко кому-то уступала, но все четно.