Банши. Город грехов (СИ)

— Стоп! — Шаман выкинул руку перед собой. — Не хочу там знать, что это за вещи.
— Ты как ребенок, ей богу! — покачала головой. — С Никой вы точно не крестиком вышиваете по ночам…
— Что? Царева, прекрати! Стой… Ты что знаешь? — его лицо вновь вытянулась, я лишь покачала плечами. То, что между девочками — остается между девочками.
— Расслабься, Дань. Что случилось?
— К черту! Я вообще-то по важному делу. И увидев тебя, Царева, даже не знаю с чего начать теперь разговор.
— Начни с конца, — предложила я.
— Как скажешь. Царев около часа назад хотел собрать Совет. Если бы вы не занимались тем, чем занимались… То наверняка бы услышали звон своих телефонов, — в укор произнес.
— У меня он выключен, — ответила и подмигнула офигевшему Шаману. — В сексе принимаю лишь одного партнера. И вмешательств не терплю.
— Вась, он сейчас речь потеряет. Прекрати, — покачал головой Амир. Я закатила глаза.
— Короче, — выдохнул Данила. — Он созвал всех и не явился. Все его ищут, но безрезультатно. Он был с кем-то на встрече, но все, кто там присутствовал, убиты. Их нашли в джипах за чертой города. Как и водителя, который должен был быть с ним. Но ни Царя, ни его машины. Сынок ничего не знает.
— Дядя никогда не пропадает. Что-то случилось, — произнесла, чувствуя, как веселье плавно уходит. И тут умудрился мне настроение испортить! — А цель какая была?
— Сказал, что знает того, кто промышляет в Городе. Каким образом не понятно, нужно его найти, — ответил Данила. Хотел было добавить что-то, но отвлекся на телефон. — Да, отец! Что? Быть не может. Хорошо, я передам Амиру. Да, хорошо. И Василису найду, — он отключил телефон и шокировано посмотрел на ребят.
— Что случилось? — спросил Амир.
— Царя только что нашли, — сфокусировал взгляд на моем лице. — Его больше нет, Василиса. Твой дядя скончался.
  
Глава 35. До нескорого, дядя!
 
Думала ли я, что буду ощущать, когда увижу бездыханное тело Царя? Да, бесспорно. Я ожидала ощутить умиротворение, удовлетворение, справедливость и… Возможно, покой. Хотела ли я его смерти? Не знаю. Я просто хотела больше никогда не касаться его и дел, связанных с ним. Что до самого дяди… Нет, я не хотела быть тем, кто нажмет на курок и втянет в легкие запах пороха. Такой грех на душу я брать не желала. Карма та еще сука — я лишь выжидала, когда она наконец очнется и обратит внимание на Царя.
Так как формально я относилась к клану Царевых, пришлось внести свою лепту. Таковы были правила. Быстро собравшись, выехала в морг, куда доставили тело. Встретив там Диму, переговорила по поводу похорон — каждый из нас взял на себя обязательства, которые должен был. Сухо, без лишних эмоций — это не означало перемирие, лишь временное затишье. Вся ночь прошла в заботах, которые не хотелось делать.
Амир вместе с остальными семьями выехал на место убийства, чтобы проследить за тем, как будет вестись расследование. Убийство главы клана было серьезным нарушением уставов Города. И хоть никто не испытывал к нему лично никаких хороших чувств, это было обязанностью каждого — найти убийцу и после короновать нового главу из наследников. Если бы не было на то воли усопшего, то все решалось по старшинству и родственности.
Организовывая похороны, мимоходом размышляла о том, как изменит Диму власть. Он являлся прямым наследником, и судя по тому, что был намного гнилее дядюшки — в конечном итоге мы получим злобного двойника очень злого исходника. Мда… Вырисовывалась очень неприглядная перспектива. В-особенности потому, что я знала — Царь припрятал у себя несколько карт. Старшего Аркана. В Диминых руках они могли стать бомбой замедленного действия.
Похороны собрали много народу — здесь присутствовали все влиятельные семейства Города со своими отпрысками. Все мероприятие напоминало мне постановочный сюр. Все оплакивали его! Его — одного из самых мерзких ублюдков Города. Все это вызывало у меня чувство омерзения — хотелось срочно принять душ и сменить место жительства. Столько двуличных людей на таком маленьком пространстве не всегда встретишь. Но, как бы мне ни хотелось прыгнуть в майбах обратно и укатить в «закат», пришлось сыграть свою роль в этом спектакле. Священник уже закончил, и наступило время семейного ритуала.
 
Утро в тот день выдалось холодным и пасмурным. Присутствующие заняли места на черных стульях, так резко контрастирующих с зеленью кладбищенского газона. Я поправила длинный черный пиджак, надетый на голую кожу. Сегодня на мне был брючный черный костюм с высокими черными лодочками. Вырез пиджака открывал шею и часть кожи, на которых расположилось массивное блестящее ожерелье в виде змеи. Глаза, украшенные хищными стрелками, скрывали черные очки, темно-бордовые губы шли в тон ритуальному венку из бордовых роз на моих распущенных волосах. Дима стоял рядом со мной, облаченный в черный классический костюм и с таким же украшением в волосах, как и я. Словно Ангелы Смерти, провожающие близкого в последний путь. В моих руках, заранее защищенных черными кожаными перчатками, находился венок из паучьих лилий, а в Диминых — коробка с ними. Позади нас стояли охранники с вазонами, в которых пестрели ликорисы.
— Смотри не споткнись, — язвительно прошептал Дима.
— Ну что ты, Димон? — я усмехнулась. — Это будет моим самым лучшим дефиле. И самым любимым.
— Стерва, — процедил сквозь зубы. — Я уже предвкушаю, что с тобой сделаю, когда их найду.
— Их таааак мало, что это даже смешно, — парировала в ответ. — Большие ожидания всегда заканчиваются большими разочарованиями, Дим. Поаккуратнее с желаниями, — он хотел было ответить, но музыка для ритуала перебила его.
Мы двинулись медленно вперед по направлению к гробу, и я впервые увидела его тело. Увидела — и ничего не ощутила. Ничего. Его смерть не принесла мне покоя. Дикая предсмертная маска, застывшая на его лице, не смогла превратиться в умиротворение даже несмотря на тонну грима. И выражение его глаз… О да, он знал убийцу. И не был удивлен, больше походило на то, что в последние минуты он хохотал. Охранники поместили вазоны в гроб, и заняли свои места позади нас.
— Сквозь времена мы встретимся вновь. Следуй по паучьему пути, — произнес Дима, осыпая цветами тело своего отца.
Со стороны эти слова могли показаться дикостью, но в семье Царевых данный ритуал был позаимствован из другой культуры. Дядя вообще любил всякие прибабахи. Согласно японской и китайской мифологии паучьи лилии росли в Диюе — аду. И только они могли привести душу умершего к возрождению. Дядю увлекла эта легенда — он всегда говорил, что ад — это не конечная остановка. Наивный! Его там зажарят так, что вряд ли от него что-то останется. Как итог — дяди не стало, а странные традиции остались.
— Сквозь времена мы встретимся вновь. Следуй по паучьему пути, — произнесла, и надела на голову дяди венок. Наклонилась ближе и еле слышно прошептала, — до нескорого, дядюшка, — после чего выпрямилась и заняла свое место.
Подошли работники кладбища, закрыли крышку гроба, и тот начал плавно опускаться в яму. Как только все закончилось, мы подошли к главам остальных кланов.
— Поминки через час. Вечером Совет. Дом опечатан до нахождения завещания. На случай, если кто-нибудь захочет его уничтожить, — сказал Карим, ехидно посматривая на меня с Димой. — Если оно не будет обнаружено, то процедура передачи власти будет произведена по старшинству и близкой родственности. До вечера, детки, — гадко ухмыльнулся. — Ах, да, — он махнул рукой, подзывая личного нотариуса Царя. — У него для вас что-то есть, — мужчина протянул нам по конверту и удалился.
— Что это? — непонимающе спросила.
— Как знать? — хмыкнул Сеитов-старший. — После звонка в Совет от Царя пришло сообщение с указаниями насчет этих конвертов. Это все, что я знаю. Вечером доложите на Совете, если это будет важно, — кивнув всем, я поспешила покинуть этот затянувшийся цирк. Поминки не нуждались в моем присутствии, да и к тому же дела были — покупатель ждал. На парковке от количества черных автомобилей разбегались глаза. Выбросила в ближайшую урну венок с головы и, довольно быстро найдя свою карету, нырнула внутрь.