В лучах нового рассвета (СИ)

— Да, поддерживаю коллегу полностью — скорее всего господина Соколова оставят под стражей… — заключает Григорий Матвеевич.
— Ещё я пробил по своим каналам информацию, вам всем нужно быть заранее готовыми — прокурор нам достанется лютый, чёрт возьми, мы не успеем оглянуться, как он уже предъявят обвинения по соответствующей статье, а там срок лишения свободы приличный — до пятнадцати лет, но если притянут ещё несколько пунктов — все двадцать пять…
— Знать бы, кому этот парень так перешёл дорогу, — невесело хмыкает Григорий Матвеевич.
— Разве это возможно?! — задыхаюсь от слёз и озвученных перспектив.
— Учитывая объём изъятого вещества, сами понимаете… Вытянуть дело до оправдательного вердикта, будет практически невозможным…
— Таисия предполагает, что здесь не обошлось без участия её бывшего мужа… — вносит ясность Шамиль.
— А он у Вас кто, простите? — уточняет Платон Сергеевич.
— Начальник следственного отдела города… — выдыхаю, на что правозащитники только присвистывают.
— Так вот где «собака зарыта»…
— Месть? Не поделили при разводе имущество? Детей? Какой у него интерес?
— Мы не очень хорошо расстались, скорее месть…
— Формально этот человек всё ещё является твоим законным мужем? — уточняет Таов старший.
— Понимаете, у нас очень сложные отношения…
— Таисия…
— Да, у нас ещё идёт бракоразводный процесс…
— Предполагаете, что всё это организовал именно он? — уточняет Григорий Матвеевич.
— Не сомневаюсь… Ещё в начале весны подобным образом был организован рейд на мою съёмную квартиру, они подкинули мне неизвестный свёрток, а потом при понятых оформили на меня документы… В общем таким образом муж попытался меня запугать…
— Вам выдвинули обвинения?
— Нет, до этого к счастью не дошло… Позже муж напал на меня возле клиники, где я работала и нам удалось изъять видеозаписи как у очевидцев так и у клиники, плюс мы сняли побои…
— Можно будет на них взглянуть?
— Да, конечно…
— Вы пригрозили мужу обнародованием?
— Не я лично — мой адвокат, который занимается нашим бракоразводным процессом… В общем Ковалёв отступил на время, потому что переживает за свою профессиональную репутацию… Не сомневайтесь в том, что всё это его рук дело, методы действия у него одни и те же…
— Что ж, будем работать…
— Извините, а можно будет увидеть Руслана?
— Увы, пока это исключено…
— Как он? — сердце вздрагивает, а воображение рисует ужасные картины обращения с ним.
— Держится, у него небольшие гематомы и ссадины, но ничего серьёзного…
Через какое-то время правозащитники нас оставляют, а меня на время отсутствия Руслана приглашают пожить к Таовым, за что я была им безмерно благодарна… Оставаться одной в такой чудовищной ситуации у меня не хватило бы никаких моральных сил…
  
Глава 27
 
Наш персональный ад продолжался ровно месяц…
Месяц упорной борьбы лучших правозащитников города, против «системы»… «Системы», которая ни при каких обстоятельствах не сдаёт «своих» и уж тем более не идёт на попятную…
Месяц жёстких избиений задержанного оперативниками, которые били профессионально, не оставляя лишних синяков и отметин, а также возможности что-то им предъявить, кроме голословных обвинений…
Месяц многочасовых допросов, очных ставок, давлений и нескончаемых угроз…
Месяц нашего отчаяния, слёз и нервных срывов…
По факту, в машину Руслана подкинули внушительный свёрток с веществом неизвестного происхождения, а также незарегистрированное оружие…
Экспертиза показала происхождение вещества — героин, выявила ДНК и отпечатки Руслана на поверхности свёртка и оружия, а следствие в максимально короткие сроки даже предоставило показания двух свидетелей-информаторов, подтверждающих факт распространения Соколовым наркотических средств…
Чушь…
Но картина вырисовывалась бесперспективная — нам действительно достался очень суровый государственный обвинитель; Руслана после предоставления суду протоколов допроса и наспех состряпанных доказательств ожидаемо оставили под арестом; близким не разрешали никаких свиданий с заключённым, а также запрещали любые передачи; но добило нас всех по итогу работа предварительного следствия, которое развернуло настолько бурную деятельность, что выкатило в максимально короткие сроки вариант окончательного обвинительного заключения, где Руслану по всем статьям грозило лишение свободы более чем на двадцать лет…
 
Двадцать лет… Господи…
Мы находились в каком-то отчаянном положении, Али Хасанович обращался за помощью ко всем влиятельным знакомым, но к сожалению большинство из них лишь разводили руками — кто в виду отсутствия возможности вмешаться в процесс, так как являлись гражданами другого государства, а кто-то просто в виду отсутствия желания связываться с уголовным делом, в котором фигурировали наркотики…
Наркотики и спорт — вещи несовместимые…
Каждый из этих влиятельных людей переживал за своё имя и возможность нелицеприятной огласки, а те немногие, что оказали поддержку действовали излишне осторожно и это конечно же не приносило должного результата…
У нас у всех сдавали нервы…
В какой-то момент я даже решилась позвонить Ковалёву, была готова умолять и валяться у него в ногах, лишь бы он прекратил жесточайшее давление, которое он оказывал на следствие, но меня останавливал страх — не хотелось усугублять ситуацию и действовать в обход адвокатов…
Леонид действительно не шутил и ни капли не преувеличивал, когда в своё время стращал меня угрозами о том, что столкнувшись с действующей судебной системой я просто сломаюсь…
А я уже… Почти была сломлена и жила лишь одной мыслью о том, что где-то там в заточении, мужественно держится Руслан, значит должна держаться и я…
Должна! Просто обязана…
Весь этот долгий месяц я проживала у Таовых, окруживших меня заботой и поддержкой…
Они ограждали меня от всех потрясений, но было глупо так долго «прятать голову в песок»…
Особенно, зная своего мужа и его тактику поведения… Ведь я могла предугадать многое и возможно предотвратить…
Мой мир пошатнулся в то утро, когда я стала свидетельницей телефонной перепалки адвокатов и Али Хасановича…
Оказалось, с первых дней задержания Руслана, в наш адрес были выдвинуты негласныеультимативныетребования — гражданка Ковалёва Таисия Сергеевна обязана была связаться смужем… Вот так просто, внаглую — без имён и фамилий…
— Господи! Вы… Почему Вы промолчали?!
— Таисия, пожалуйста успокойся…
— Али Хасанович, мы потеряли столько времени! Они ведь каждый день там его избивают и измываются над ним, а Вы?! Я ведь давно могла положить этому конец, одним лишь звонком! — выкрикивала обвинения, впервые за всё время нашего знакомства позволяя себе повысить голос на мужчину, сотрясаясь в рыданиях.
— Тая, милая… О Аллах, дай нам сил и терпения… — Зарина, застывшая в дверном проёме гостиной, казалась потрясённой, следовательно тоже не знала о выдвинутых требованиях.
— Хорошо, буду откровенен, — вздохнул устало Таов. — Руслан сам принял решение не передавать тебе никаких требований… И ты Таисия, должна уважать решение своего мужчины… Он давно уже не мальчик, он взрослый мужчина, который никогда не станет размениваться своей женщиной…
— Господи…
— О, Аллах…
Мы обнимаемся с Зариной и уже вместе сотрясаемся в рыданиях, где-то на пороге маячит перепуганная Марианна, которая тоже горько обливается слезами, но не решается зайти в помещение ко взрослым…
— У меня остался ещё один вариант, но Руслан мне никогда этого не простит…
— Что? Господи только не утаивайте от меня больше ничего! Прошу скажите!
— Надо связаться с Багровым…
— Али, не делай этого… — качает головой Зарина.
— У нас нет финансовых трудностей в деле, Руслан не будет ему должен ни копейки, но у Багрова могут оказаться влиятельные друзья, которые найдут рычаги давления на зачинщиков всего этого беспредела…