Ангел и демон (СИ)

И вот она, взрослая жизнь!
Деньги закончились на третий день. Отметила с подругами отъезд матери. Сразу после этого у подруг появилась какая-то своя жизнь, в которую ее не посвящали, осталась одна Алекса, которая за себя заплатила сама. Мать предусмотрела и такой вариант: закупила для Лорки два десятикилограммовых мешка собачьего корма, немного денег оставила тете Оле, еще одной своей подруге. Сухой корм Лорка за еду не признавала, но в последнее время тайно хрустела по ночам, а ответственная тетя Оля уже приходила один раз, затарив холодильник овощами с дачи и замороженными полуфабрикатами из магазина.
Низкий поклон!
Анна тяжело вздохнула: деньги собрали с таким трудом, втайне от тети Марины. Повесить на шею еще и ее (вернее, отнюдь не щедрого мужа), было бы верхом наглости. И тете Оле не признаешься, обязательно позвонить матери, а та все бросит и примчится в тот же день. Отдых ей был необходим, у нее давненько то сердце пошаливало, то давление поднималось, то ни с того ни с сего резко понижался уровень гемоглобина в крови.
Ничего, развеется, поднаберется впечатлений…
У Лорки кончилось терпение: пролаяла в ухо и начала стаскивать одеяло.
— Встаю, встаю! — взмолилась Анна.
Пока она заправляла постель и умывалась, Лорка топталась на месте, но на выходе не выдержала: поджала хвост и потрусила к двери, оставляя мокрую дорожку.
Анна заторопилась: посадила собаку на поводок и вышла.
— Времени нет, надо работу искать! — Анна потянула поводок на себя и тут же уловила на себе осуждающие взгляды. Хуже, над ними смеялись… даже голуби! Один из них сел неподалеку, потрясая задом.
Анна чуть ослабила поводок.
Зубы склацали мимо…
Жаль!
Однажды мать притащила домой раненого голубя, жил на подоконнике три месяца, теперь Лорке от голубей не было жизни: подразнить ее они слетались со всей округи и, пока она захлебывалась возмущенным лаем, занимали на отливе лучшие зрительские места, дожидаясь ее наказания.
— Ну, хорошо, хорошо, пройдем вокруг дома еще раз, но только раз! — без настроения согласилась Анна.
Вернувшись в квартиру, Анна поправила скомканный поползновениями коврик, протерла пол. Включила газ, поставила на огонь сковородку. Порезала кусочек колбасы и разбила пару яиц. Кухня наполнилась ветчинным благоуханием. И вдруг заметила синеватое свечение, которое вспыхнуло непонятно где и тут же погасло.
Сгорел телевизор?
Нет, как раз передавали новости. Голос диктора вещал что-то про наводнение.
Замыкание?
Дымом не пахло, и почему не вылетел предохранитель?
Лорка в комнате как-то неуверенно взвизгнула. Влетела в кухню с вздыбленной шерстью, гавкнула, метнувшись обратно. Анна выглянула в окно: бабушки моют кому-то косточки, рядом с песочницей (и ведь находятся мамаши, которые отпускают в нее ребенка!) трое мужчин с соседнего дома режутся в домино. Ничего необычного.
Смахнув на садовый выступ-балкончик крошки для голубей, Анна подхватила разделочную доску с завтраком, намереваясь расположиться за компьютером и поискать объявления о работе. Ногой открыла дверь в комнату, протискиваясь бочком с импровизированным подносом.
Взгляд быстро скользнул по направлению к столу, мельком зацепив диван и окно.
Что?!
Она вздрогнула, отступила, схватилась рукой за косяк, невольно выронив доску с тарелкой, уставилась на неожиданного гостя, стоявшего у окна и испуганно глядевшего на нее. Оглянулась — дверь заперта.
— Ты кто?! — еще не отойдя от шока, выдохнула она. — Как ты… — да, окно, створка раскрыта, — залез?
  
Глава 2
 
— Яма лиалаейа ртарален нило баюселин цзадженилио астал еюм ил бынималение… — голос прозвучал мелодично и высоко.
Гость, стоявший у окна, слегка поклонился, улыбнулся, оголил плечо, показывая татуировку в виде птицы. Линии рисунка вспыхнули, по ним пробежал огонь.
 
— Йа им карсадиа… юйм ита вильнеа ри тар мидаль… — повторил он свою абракадабру.
Выглядел он… Необычно. Высокий, поджарый, с сильным и гибким телом. Ни грамма лишнего веса, все в мышцах, как у легкоатлета. Анна и сама была не маленького роста, метр семьдесят, а этот был явно выше ее на голову. Кожа с золотистым бронзовым загаром. Волосы белые. Абсолютно. Не седые, не блондинистые — белые, откинутые со открытого лба назад. Изогнутые в виде крыла темные выгоревшие на солнце брови. Уши, как у эльфа — заостренные на концах, выступающие за волосы до середины лба. Миндалевидные глазищи, с яркой сиреневой радужкой, приподнятые внешними уголками к излому бровей. Нос прямой правильной формы, очерченные ямочками скулы, гармоничные губы.
Одет… белые практически обтягивающая торс майка и шорты до колена, на талии полупрозрачный голубой пояс с золотой бляхой, на ногах — высокие белые ботинки на толстой подошве. На шее кулон с крупным мерцающим голубым камнем в виде лучистой звезды на золотой цепочке.
Анна молчала, от потрясения не в силах вымолвить ни слова.
Во-первых, она ничего не поняла, а во-вторых…
С ума сойти! Квартира стала объектом нападения пришельцев! Никаким умом понять это было невозможно. Внезапно она осознала, что не спит. В голову ударила горячая волна.
Бежать? А куда?
Звать на помощь? А кого?
Обоих закроют!
Смертельно опасный вирус…
— Мили аблалине сомакурао балиовадалиюа… — пришелец неторопливо развернул голографический экран, потом экран исчез, комната наполнилась звездами, проплывающими перед глазами. Снова показал на огненную татуировку, ткнул пальцем в одну из звезд. — Аякси валеране карсадиа памиолэние самихракс адри ольюин?
Вопросы задает, мелькнуло в уме…
Анна тряхнула головой, закрыла глаза, открыла… Испуганно оглянулась: вторжение других инопланетян как будто не предвиделось.
— Би амай элиане исиара эн наэщь валеранеиэ карсадиэ суманилюлиола… — не дождавшись ответа, пришелец внезапно обеспокоился, улыбка слетела с губ. Он вдруг стал растерянным, молча рассматривая и комнату, и ее.
— Ниo айен лиа алайл айн?..
Мысли смешались — и ни одной умной.
Первой в себя пришла Лорка: она приветливо помахала хвостом, обнюхав пришельца, и вдруг прыгнула на гостя, упершись в него лапами. От неожиданности тот повалился на диван, сев в неудобной позе. Камень на груди ярко вспыхнул, ослепив и Лорку, и Анну, а когда вернулось зрение, Лорка стояла обездвижено, словно парализованная.
— Лора, ко мне! — испуганно вскрикнула Анна, испугавшись за собаку.
Лорка тряхнула головой, потрусила к ней, но внезапно развернулась. На этот раз пришелец был готов: поймал ее за ошейник и заставил сесть. Виляя хвостом, Лорка подчинилась, потянувшись носом к камню на цепочке.
— ЛО-РА? — старательно проговорил пришелец. Потом привстал, слегка поклонился, прижимая руки к груди: — Крас, — произнес он твердо и внятно. — Ай ни ара Крас, — потыкал он себя пальцем в грудь.
— Рядом! — прикрикнула Анна на собаку.
На этот раз Лорка дошла до нее. Сразу стало как-то спокойнее.
Пришелец наблюдал за нею, не предпринимая каких-либо действий. Ждал. Страха в его взгляде Анна не увидела, но, возможно, он хорошо скрывал свои чувства.
— Аня… Анна, — ответила она запоздало.
— Аня Анна, — повторил гость. Встал, подошел к телевизору, указал на него, взглянув вопросительно.
— Телевизор. Те-ле-ви-зор, — Анна начала приходить в себя, внутреннее оцепенение начало ее отпускать.
 
— Телевизор, телевизор… — с небольшим акцентом несколько раз повторил пришелец, смакуя новое слово.
— Ваза, — проследила она за его указательным пальцем. — А это… цветы, цветы в вазе, — шагнула вперед, чуть не запнувшись за тарелку на полу. Чертыхнулась, позволив Лорке слизать яичницу и колбасу с ковра.