Рябиновая принцесса
Тео бросил на Иро многозначительный взгляд, и у того опали плечи, словно от облегчения.
Я была немного удивлена, что он так беспокоился, хотя, наверно, это было скорее связано с репутацией. Иро встал. Герцоги начали тихо переговариваться, глядя на него из-под нахмуренных бровей. Эвандер выпрямился в своем кресле, сквозь безразличное выражение лица проступало подозрение и подобие паники.
Казалось, целая жизнь прошла, прежде чем Иро прокашлялся, чтобы сказать свое слово. Снова воцарилась тишина, зал затих в напряженном ожидании.
Но раздавшийся голос принадлежал вовсе не Иро. Он принадлежал Эвандеру, который, спеша подняться на ноги, обманчиво равнодушным тоном сказал:
– Я требую исполнения кровного долга моей семьи в отношении семейства Пендрагон!
Глава 52
Эти слова, казалось, эхом прокатились в неестественной тишине, опустившейся на шатер, я же напрягала память, вспоминая все, что Тео рассказывал о кровных долгах. Однако, вспомнилось немногое. Только то, что их исполнения можно требовать на территории всех кланов. Я так сосредоточилась на истории с женами герцога, что не обратила на это особого внимания. Но ведь я непременно должна была кого-то убить? Я ничего не сделала этому проклятому Эвандеру и его клану!
– На каком основании? – Арес спросил о том, что хотелось знать мне.
Эвандер хлестнул по мне взглядом, на его лице застыло презрение.
– Ее родители были свидетелями и способствовали свадьбе, ради которой разорвали уговор с моим отцом, что привело к войне.
Он обвел взглядом вождей всех кланов, глядя каждому в глаза.
– Я тогда еще даже не родилась! – возразила я.
– Это не имеет значения, – пожал плечами Эвандер. – Это долг вашей семьи перед моей, и я вправе добиваться его исполнения.
– Нарушенный уговор не приводит к кровному долгу, – прошипел Иро.
– Нет, но к нему приводит последовавшая война. А точнее говоря, убийство брата моего отца, которое совершил король Логан, когда подорвал туннели. – Он выразительно смотрел на членов Совета, его тон сочился снисходительностью. – Напомните мне, приводит ли это к кровному долгу?
– Приводит! – с готовностью вставил Михаил. Ублюдок!
У меня было столько вопросов о том, что же происходит, что, похоже, не могла высказать ни одного.
– Как бы то ни было, – снова вмешался Иро, – до того, как меня перебил мальчишка, у которого вообще не должно быть голоса на этом Совете, я собирался объявить о помолвке своего брата с принцессой.
Тео встал и, подойдя ко мне, красноречиво положил руки мне на плечи.
– Напомните мне, – Иро с сарказмом обратился к Эвандеру, – применяется ли кровный долг к женам герцогов?
– Конечно, нет, – не задумываясь, ответил Эвандер. – Только невеста еще не жена.
– Тогда они поженятся сегодня же, – предложил Иро.
Я прислонилась к Тео, пытаясь найти успокоение в его надежной близости, но его всего колотило от ярости и паники.
– Вы не можете требовать защиты герцогской жены после того, как я потребовал расплаты по кровному долгу. Это превратит наши священные законы в посмешище. – Эвандер обернулся к другим герцогам за поддержкой.
Я разглядывала их лица в поисках хоть какого-то основания надеяться, что из создавшейся ситуации возможен – какой бы то ни был – выход, но моя надежда умерла, когда я увидела смирившееся лицо Ареса.
– Лорд Эвандер прав, – неохотно проговорил он. – Если мы разрешим брак в качестве пути ко спасению от кровного долга после того, как требование о расплате выдвинуто, такой закон будет практически бесполезен.
Я, наконец, обрела дар речи.
– Кто-нибудь объяснит мне, что вообще этот кровный долг означает? – Предстоит ли мне погибнуть, в конце концов?
– Не важно, – прорычал Тео, – потому что он тебя не получит!
Эвандер ответил так, как будто Тео ничего не говорил.
– Он означает, что ваша жизнь принадлежит моему клану взамен той, что у нас отняли.
– Значит, вы меня убьете за то, что моя мать помогла лучшей подруге избежать замужества с варваром, а отец защищал свое королевство в войне, начатой вашим народом?
Эвандер прищурился, услышав от меня оскорбительное слово, но покачал головой.
– Нет, думаю, я пока не буду вас убивать. Мне кажется, из вас выйдет забавная зверушка.
Тео бросился вперед, держа в руке меч, и меня охватила слепая паника. Наказанием за пролитую на Высшем Совете кровь была смерть, разве он сам не говорил об этом? Или что-то хуже смерти? В любом случае, я не могла допустить, чтобы это случилось с Тео. Только не из-за этого ненавистного лорда из клана Медведя и уж точно не из-за меня.
– Нет! – воскликнула я, встав между ними. – Не надо! Я пойду!
На недоверчивый взгляд Тео я ответила мольбой в глазах.
– Остановись, Теодор, – суровым тоном приказал Иро. – Ты же знаешь, что мне придется сделать, если ты прольешь здесь кровь.
Я никогда не видела Тео в таком бешенстве, его карие глаза полыхали гневом. На щеках ходили желваки, он свирепо тряс головой, не говоря ни слова.
– Хорошо! – сказал Арес, его спокойный тон противоречил выражению сожаления на его лице. – Решено! Лорд Эвандер требует расплаты по причитающемуся ему праву кровного долга. Принцесса Роуэн отныне является законной собственностью клана Медведя. Все заключенные прежде договоренности, в том числе… помолвки, отныне прекращают свое действие. Принцесса отправится вместе с лордом Эвандером в его владения, где будет жить до конца своей жизни и… – тут он выразительно посмотрел на Эвандера, – Медведи самостоятельно будут улаживать любые последствия, к которым это приведет со стороны Локланна.
Когда я осознала, в какой оказалась ситуации, сердце перестало биться в груди.
До конца жизни остаться в качестве… рабыни у Эвандера? Его игрушкой?
Многочисленные выдвигаемые на Высшем Совете изобретательные предложения о том, каким способом меня казнить, вдруг показались не такими уж страшными.
Глава 53
Мною овладело оцепенение.
Я никогда не попаду домой.
Я никогда больше не увижу свою семью.
Мысли прервал голос Эвандера:
– Пойдем, моя маленькая леммикки!
Я молча обернулась к Тео за переводом, и его руки сжались в кулаки.
– Это значит «зверушка», – выдавил он.
Зверушка?
Его зверушка?
Да ни за какие звезды мира!
Сквозь ощущение нереальности происходящего прорвался гнев, и я свирепо взглянула на Эвандера.
– Я ни в коем случае не ваша и уж точно не зверушка! И пойду я после того, как со всеми попрощаюсь. Это меньшее, что вы можете сделать.
Он с притворной обидой поднял брови, но в его выражении была горечь.
– Меньшее, что я могу сделать? После того, как спас вас от нежеланной свадьбы. Похоже, придется добавить неблагодарность к списку ваших изъянов.
От ярости у меня открылся рот. Паршивый любитель подслушивать. Не успела я найтись с ответом, как он снова заговорил:
– Ладно! Пятнадцать минут, но я встану так, чтобы вас видеть. – Его губы растянулись в жестокой усмешке. – Пусть не говорят, что я не… сговорчив.
Казалось, он употребил это слово намеренно, как и все остальные, оно было заточенным кинжалом, направленным с точной, безошибочной целью. Сердце колотилось в груди в бешенном ритме, а в глазах все плыло. Все происходило слишком быстро.
Схватив Тео за запястье, я потащила его прочь, пока он не передумал и не бросился на Эвандера. Это было бы заманчиво, если бы не последствия в случае, если Тео возьмет верх. И после того, как видела их бой, я была не вполне уверена, что так и будет.
Отойдя настолько, чтобы нас было не слышно, хоть и по-прежнему под враждебным взглядом Эвандера, я, наконец, остановилась. Тео повернулся ко мне, обхватив мое лицо теплыми руками. Потребовалось усилие, чтобы не упасть в его объятия, позволив ему утешить. Все равно все это у меня вот-вот отберут, и нужно было собраться с силами.