Живи и помни (СИ)

Он вдруг встал с кровати, скинув её ноги, и отошёл к окну. Захотелось курить, но лезть в карманы плаща за пачкой было лень.
— Не хочу об этом думать. Я утром уеду.
Последнюю фразу он произнес нехотя, пристально глядя на сидевшую на кровати девушку. Ему в самом деле придется уехать, хотел он этого или нет — дела фирмы не ждали. Он и не рассчитывал оставаться здесь на ночь, не рассчитывал на то, что его визит примет такой поворот.
— Хорошо, — девушка пожала плечами и поджала губы. Ей не хотелось, чтобы он уезжал. Она злилась на саму себя за это нежелание. Она не должна была давать ему понять, что давно уже простила его за всё. Не должна была давать слабину. Наверное, не должна была…
Он вздохнул и опустился на пол, оперевшись спиной о кровать. Чуть запрокинул голову, положив её на матрас, и прикрыл глаза. Ему было комфортно, и он искал в этом что-то неправильное, какой-то подвох. Но ни того, ни другого, не находил.
Лиза повернулась на бок и подпёрла щеку рукой. Сверху вниз она смотрела на молодого человека, стараясь не думать ни о чем. Его цепь поблескивала в слабом свете окна, а тень оконной рамы лежала на обнажённом горле. Вглядевшись в эту тень, девушка нахмурилась: она выглядела как-то зловеще, некрасиво… В задумчивости Лизавета протянула руку и коснулась кончиками пальцев области кадыка. Витя вздрогнул, и, раскрыв глаза, схватил девушку за запястье правой рукой.
— Ты чего?
Черкасова закусила губу и тряхнула головой, отгоняя причудливые, как ей казалось, мысли.
— Да нет, показалось, — взгляд её упал на перстень на безымянном пальце молодого человека, и она решила перевести тему. — А почему кольцо-то на этом пальце?
Пчёлкин проследил за взглядом девушки и выпустил её руку. Смешок сорвался с губ, когда он вспомнил, как покупал украшение.
— Машинально надел. Село, как влитое, снимать уже не стал.
Он не стал говорить ей о том, как пошутила тогда молоденькая продавщица на тему того, что он, не задумываясь, надел перстень на палец, предназначенный для обручального кольца. И как он решил, что не будет его снимать, посчитав машинальное движение каким-то знаком. И даже как послал по известному адресу пошутившего на тему «женатика» Космоса.
Лиза вздохнула и села на кровати, свесив ноги по бокам Пчёлкина и обняв его за шею. В этой, казалось бы, простой и незамысловатой позе было столько интимного, что оба они замолчали, словно поняв тонкость момента. Что-то неуловимо хрупкое витало в воздухе, наполненном смесью ароматов мужского и женского парфюма.
— Господи, сколько же ты всего пережил… — проговорила Лиза, глубоко вздохнув. Никак не желал покидать её мысли рассказ Пчёлкина, как ни пыталась она сменить тему и отвлечься. Если бы она не выгнала его тогда, всё бы точно сложилось совершенно иначе…
— Не больше, чем ты, — он взял её за руку и переплел её тонкие пальцы со своими. И она не нашлась, что ответить.
Комментарий к 28. Я люблю тебя с семнадцати лет
========== 29. Дело было сделано ==========
Август девяносто первого года пришел в Советский Союз с явной целью: развал Державы. Все знали, что стране приходил конец, об этом не боялись говорить на улицах, не испытывали стыда за свои слова в кругу друзей и знакомых. Говорили… и не верили. Никто, ни один советский гражданин не желал свыкаться с мрачными мыслями о том, что Союз Советских давно уже издавал последние вздохи. Не верили, но, ведомые шестым чувством, отстаивали очереди за крупой и тушенкой, готовясь к самому худшему. К чему именно? Никто не знал.
… — Да зато я считать умею!
— Да, на три с плюсом.
Холмогоров откинулся на спинку кожаного кресла и недобро глянул на бухгалтера. Та оправила короткий пиджачок и подвинула машинопечатный листок в сторону Белова.
— Саша, я говорю абсолютно серьёзно. Вот, взгляни, — дождавшись, пока Александр возьмет отчёт, Лиза продолжила, — это сплошные убытки. Крайний раз мы с Артуром погорели на них на шестьдесят тысяч. Ты представляешь, какие это деньги? Да я когда акт составляла, чувствовала, как седела потихоньку.
 
— Потому что Артур — хреновый руководитель, — Белов предпочёл сделать вид, словно не заметил, как сжала губы в ниточку его бухгалтер, и тряхнул бумагой. — А мы можем попытаться сделать из этого конфетку.
— Угу, о которую зубы обломаешь.
— Короче…
— Короче, я против, — Лиза перебила Белова на полуслове и встала из-за стола. — Мой голос совещательный, конечно, но я имею право высказаться.
— Я тебя услышал, — Александр развел руками, словно подтверждая свои слова, и Черкасова, развернувшись на каблуках, покинула кабинет.
Белов рискнёт. Это было ясно, как Божий день. И понимали это абсолютно все— от самого Саши до Лизы, которая была единственной в так называемой «команде», кто противился хоть как-то. Но амбиции её нового начальника предпочитали игнорировать факты. Что двигало начинавшим бизнесменом? Черкасова периодически задумывалась над этим, и каждый раз её мысли сводились к одной — скорее всего, Белов хотел банального самоутверждения. Доказать самому себе, что он может подняться и чувствовать себя королём жизни — что могло быть лучше? Но разве люди, добиваясь каких-то высот, не начинали жаждать большего? И в таком случае, до каких пор Александру будет мало?
Забрав из кабинета сумочку, Лизавета справедливо решила, что самое время посетить некогда прикормленное Артуром кафе с целью пообедать. Всё равно, пока компания друзей не решит все интересовавшие их вопросы, работы у неё не прибавится ни на мизер. А пялиться скучающим взглядом в монитор компьютера, как это время от времени делала Людочка, не хотелось совершенно. Черкасова вышла на крыльцо офиса и невольно усмехнулась — как ни в чем не бывало, вразвалочку, по аллее шагал…
— Нехорошо на совещания опаздывать, — сложив руки на груди, прокомментировала отсутствие молодого человека на внеплановой «летучке» девушка. Тот одёрнул плащ и, подойдя к Лизе, предпринял попытку её поцеловать, но она отстранилась. И тому была своя причина.
— Решили что-нибудь? — Витя решил не акцентироваться на холодности девушки и кивнул в сторону входа в офис.
Лёгкий ветерок заставил девушку зябко поёжиться и застегнуть пиджачок недешёвого костюма, деньги на который она любовно откладывала пару месяцев.
— Решают.
— Тогда пойду, помогу им, — Витя выдавил из себя подобие ухмылки и одним широким шагом перемахнул через пару ступенек. И Лиза схватила его за плечо в самый последний момент, своим жестом вынудив молодого человека обернуться. Он готов был поклясться, что от такого её касания по спине его пробежало стадо мурашек. – Что?
Лиза нахмурилась, глядя в синие глаза и судорожно формулируя такой простой, казалось бы, вопрос. Её тонкие пальцы по-прежнему лежали на его плече, но уже не сжимали его, а просто касались ткани фирменного зелёного плаща.
— Ты тоже за эту аферу, да?
Пчёлкин усмехнулся и выдохнул, словно стараясь придать своему виду максимальную беспечность.
— Я не понимаю…
Но вот она его маске не поверила и перебила на полуслове.
— Всё ты понимаешь.
И тогда он посерьёзнел и спустился на пару ступеней, оказавшись к Лизе лицом к лицу и взяв её за плечо.
— Да, я тоже за. Это реальный шанс подняться. Самой не хочется разве получать ещё больше и выйти на новый уровень?
Девушка качнула головой и пошевелила рукой. Хватка тотчас же ослабла.
— Я привыкла к синичке в руках. У меня достаточно было времени, чтобы прийти к такому выводу. Иди, тебя Саша давно уже ждёт.
Тряхнув рукой – так, чтобы распрямилась складка на рукаве — девушка сбежала по ступенькам и двинулась по аллейке. Некоторое время она чувствовала на себе взгляд Пчёлкина, но предпочла не оборачиваться. После той ночи в санатории она вообще не знала, как теперь относиться к так называемому «соучредителю» и как себя с ним вести. Витя тянулся к ней, это было видно невооруженным взглядом, но вот она не могла договориться с совестью, которая порой буквально кричала ей нечто вроде «Дура! Опять на те же грабли!..», и тем самым словно сбивала девушку с толка. Разобраться в своих чувствах почему-то было катастрофически сложно. Пожалуй, настолько сложно ещё не было никогда…