Цесаревич (СИ)

Я не особо верил в то, что шведы решаться. Северные соседи не начнут войну, если увидят, что против них России есть, кого выставить. Эх, не хотел я проводить рекрутский набор в этом году, но придется. И не для турецкого фронта, а для успокоения шведов, хотя бы новобранцами.
Были мысли, что я зря сделал все возможное для того, чтобы противостояние с Османской империей началось раньше, чем в ином варианте истории. Однако, глядя на карту и понимая, чего добились за только одну компанию, успокаивал себя. Поймать на перевооружении турецкую армию, на реконструкции крепостей — это решение многих задач, которые в будущем пришлось бы решать большой кровью. Тот же Измаил, Браила, Журжа, Хотин, Очаков и ряд иных крепостей взять так быстро не получилось бы. Теперь это наши фортеции и уже туркам придется кидать свои силы на взятие крепостей.
Османы же, как докладывала разведка, более чем серьезно решили наказать нас за дерзость. Привлекаются даже ветераны янычаров, которые традиционно составляют часть столичного гарнизона и султанской гвардии. Мобилизуются и подвластные османам народы. Были сведения от бегущих в Российскую империю армян, которых много не только на их исторических землях, но и во всей Османской империи, что их рекрутируют в османское ополчение.
При том турецкое командование не может не понимать разницу между организованным войском и, пусть и многочисленной, но толпой. Однако, большое количество людей позволяет при грамотном командовании освобождать опытных солдат и направлять их на нужные участки театра военных действий. Вот, почему-то уверен, что защитник Аккермана Искандер, который сейчас в почетном плену вместе с самим визирем, мог бы стать тем командиром, с которым пришлось туго.
Мы так же не стояли на месте. Да, оставили Варну, но крепости там сейчас просто нет — руины, а вокруг города собираются османские силы. Временно заняли позиции в горных переходах в болгарском направлении. Был и исход болгар на подконтрольную нам территорию, для чего, в принципе и держали проходы. Не сильно много человек посчитали нужным стать подданными России, но они были, как и увеличился поток сербов.
Частью эти люди идут в уже русское Причерноморье, есть и те, кто пошел воевать в ряды русского воинства, так как отслужившим пять лет обещана земля и вспомоществование при ведении хозяйства. Чаще всего получается так, что молодые мужчины, неженатые, воюют, в то время, как их старшие родственники уже осваиваются на новой родине. Сейчас формируется славянская дивизия, которая базируется в районе Хаджибея, все еще не переименованного в Одессу. Формируется и дивизия валахов и молдован, греческий пехотный полк, армянский полк. Вот вроде бы и немало, но по факту, бросать этих людей в бой следует только в исключительных случаях. Главная проблема — офицерский состав. Его просто нет. Из-за чего из наших частей с повышением в чине направляются офицеры, ослабляя уже русские подразделения.
Вот в чем нет сейчас недостатка, так это в иррегулярных войсках. До пятидесяти тысяч всадников предполагается к началу активных боевых действий. Сходили казаки, башкиры, калмыки, киргизы-кайсаки на побывку домой, привели коней, да разных трофеев в свои селения и всполошили соплеменников резким ростом благосостояния. Ну и ногайцы стремятся доказать свою верность новой присяге России. Если брать в расчет кирасиров, гусаров, уланов, то кавалерия становится не вспомогательным родом войск, а как бы, не превалирующим над иными.
Так что этот год будет греметь. А пока идут «наполеоновские фургоны» в армию, уменьшая количество серебра в Фонде вспомоществования армии и флота. Я перенял опыт французов в деле снабжения армии, пусть он им и не сильно помог в Отечественной войне 1812 года. Так, запряженные двумя-тремя быками фургоны, везут вяленое мясо, крупы, фураж и зерно с мукой. Когда они добираются до места назначения, уже командиры решают, когда именно забить этих самых быков. Получается свежее мясо и учетное количество припасов, чтобы было меньше возможностей для воровства.
 
Часть волов остается на местах в районе крепости «Мариуполь» и севернее Перекопа. Там им предстоит заняться вспашкой земли. Пять десятков плугов были заранее закуплены сверх нужд моих поместий, именно для того, чтобы хоть частично, на небольшом пространстве, но поднять землю на уже бывшем Диком поле.
Столько дел, столько мыслей о войне, а ведь сегодня бал со скандалом, суть которого в том, что мы с Екатериной станем вальсировать. Да как⁈ Целая хореографическая композиция!
— Ваше Высочество, — прервал мои мысли Тимофей Евреинов, которому разрешено было заходить в кабинет, когда я работаю. — К Вам господа Шешковский и Брокдорф.
Брокдорф может прийти только по двум причинам — очередной европейский купчишка попросил товара на продажу, или спросить цвет и фасон моего платья на предстоящем приеме. Так что подождет, а вот Степан Иванович — это серьезно в контексте личности американца, интересующегося моей персоной.
— Шешковского ко мне, извинись перед Брокдорфом и дай ему попробовать нашего нового молочного ликера, или лучше царской наливки, — я улыбнулся, понимая, что настроение сейчас явно веселым не будет, так что нужно ловить момент.
Пока Тимофей пошел звать начальника моей службы безопасности и будущего главу Тайной канцелярии, я успел подумать, что сильно много разных производств завязано на меня. Те же ликеры, наливки, виски, водка — вся эта алкогольная продукция по большей части плагиат из будущего, выкупаем разрешения на продажу алкоголя уже и в Москве и Ярославле. Да, уже сейчас этот бизнес приносит хорошие деньги, но отнимает очень много времени. Вот почему было не написать рецепты, обрисовать кому из учеников Ломоносова самогонные системы, принципы очищения продукта, изготовления и добавления экстрактов? Потратил вечер-другой и пусть сами занимаются, берут выкупные, а мне выплачивают долю. Но, нет — не выходит так, речь не о лености людей, или сверхзанятости русских ученых и предпринимателей, часто, чтобы открыть дверь чиновника приходится кричать свой титул в замочную скважину.
— Ваше Императорское Высочество, — начал вновь расшаркивание Степан Иванович, вновь поймал на себе осуждающий взгляд и вновь же перешел на разговор «без чинов». Это уже становится каким-то обязательным церемониалом в нашем общении. — Петр Федорович, как Вы изволили окрестить этого человека, «американец», продолжил чудить. Он пытался дать денег управляющему ресторации «Элит», дабы разузнать о Вас. Посещаете ли Вы ресторацию, с кем и когда это делаете. Уезжал в трактир «Два гуся», с кем там встречался, установить не удалось. Думаю, что он догадывается о слежке, тем более, что и Тайная канцелярия им интересуется, скорее всего, из-за встречи с английским послом. Между тем, он получил приглашение на прием сегодня. Купил платье. Встречался с Брокдорфом и пытался его разговорить, но Ваш камердинер не стал ничего рассказывать, он думал, что американец хочет купить много товара, но тот только купил некоторые вещи, но единично, исподволь рассказывая о Просвещении и справедливости.
— Берите его на выезде в Ораниенбаум. Казачков предупреди, чтобы не поломали американца, но я желаю говорить с ним с позиции силы, — принял я решение.
Шешковский откланялся, зашел Брокдорф и да — интересовался моим туалетом на приеме, но и просил пригласить некого немца-торговца, с которым имел дела в Киле. Скорее всего, тот пруссак, за которого просил Брокдорф — шпион Фридриха. Давненько немцы не пытались найти ко мне подход, уже много времени прошло с момента подкупа Миниха. Но что пруссак увидит на приеме? Да, пусть приходит, у меня готово письмо для дядюшки, вот его и передаст.
А пишу я королю Пруссии, как ему благодарен, что система обучения армии, кою я частью перенял у него, пусть ломает голову, какую-такую часть, — это главная причина всех прошлогодних побед русского оружия. Пишу, как мне кажется, словно прыщавый подросток, возомнивший себя легендарным рыцарем. «Стремлюсь сравниться с Вами во славе» — одна из строчек.