Миллионы рождают власть (СИ)

— Жаль, — я сделал скорбное лицо. — А я так надеялся. Так всё-таки, что вы хотели со мною обсудить, прекрасная леди?
— Мне нужен союзник, — призналась внучка Рокволда. — Надеюсь вам понятно: то, что я сейчас скажу должно остаться между нами.
— Всенепременно, — заверил я. — Все сказанное вами, дальше меня не пойдет.
— Хотелось бы верить, — вздохнула Мадлен. Немного помолчала, набираясь решимости, и продолжила:
— Дед хочет выдать меня замуж за Уолта. А я не желаю становиться его женой.
— Почему? — я с интересом ждал продолжения.
— Потому что я его ненавижу и боюсь, — выпалила внучка миллиардера. — Это не человек, а чудовище.
— С чего вы взяли? — прищурился я.
— У меня есть глаза и уши, — холодно ответила Мадлен. — Умею получать информацию, видеть и слышать что происходит. И самое главное, анализировать. Уолтер Майерс — дьявол во плоти, чертов ублюдок, бесчеловечный выродок. Он ненормальный. Патологический садист с давно поехавшей крышей. На его счету очень много жизней.
— Это пока только ваши слова, — парировал я. — Приведите конкретный пример.
— Он убил мою собаку, — призналась девушка. — У меня был скотч-терьер. Чарли сразу невзлюбил Майерса. Рычал, бросался на него. Однажды укусил за ногу. Уолтер орал как резаный, обещал порвать Чарли на куски. Через два дня моя собака пропала. А потом Чарли обнаружили недалеко от поместья. Освежеванного как кусок мяса, со снятой шкурой, отрезанной головой и лапами…
Мадлен с шумом выдохнула и замолчала. Карие глаза наполнились слезами. Девчонка резко встала, отошла к кухонной стойке. Открыла шкафчик, достала пачку салфеток и аккуратно промокнула глаза.
Я сочувственно помолчал, выждал минуту и осторожно поинтересовался:
— А с чего вы решили, что виноват именно ваш жених? Возможно, это просто совпадение?
— Я видела выражение его лица, когда мне сказали, что Чарли обнаружили. Уолтер быстро отвернулся, но торжествующую ухмылку я заметить успела, — сухо пояснила девушка. — И собаку тоже подбросили специально.
— Зачем? — удивился я. — Он же хочет на вас жениться. И должен понимать, что после подобного поступка, приобретает настоящего врага на всю оставшуюся жизнь. Своего любимца вы ему никогда не простите. Да и ваш дед после такого может дать Майерсу от ворот поворот. Извините, но это бред какой-то.
— Не бред, — отрезала девушка. — Просто вы не знаете Уолтера. Ему плевать на мои чувства. Я нужна ему, чтобы претендовать на активы деда. Как заставить человека быть покорным исполнителем своей воли? Только любовью или страхом. Любить его я никогда не буду. Значит, остается один путь — сломать меня психологически, заставить бояться. Это его стиль. Людей высокого положения он завоевывает своей харизмой, таинственной загадочностью, специально раздуваемым слухами ореолом мистики. Дает хорошие советы в бизнесе и предсказания, которые сбываются и приносят деньги. С людьми, ниже его по положению или теми, кто не имеет могущественной поддержки, он достигает своего через страх. Все последние годы идёт по трупам, чтобы получить желаемое. Никто не хочет с ним связываться. Потому что, за Уолтером стоят богатейшие семейства Америки и Европы. Майерс обладает харизмой и умеет убеждать. Все эти Вандербильды, Морганы, Джонсоны, Ротшильды, Уолтоны, Рупперты в рот ему смотрят. Прислушиваются даже Виндзоры и Оппенгеймеры. Своими предсказаниями будущего, умением влезть в мозги и души, он давно вошел в клуб неприкасаемых, и пользуется там серьезным влиянием. Многое могу рассказать, но скажу честно, боюсь. За каждое лишнее слово меня могут растерзать. Может быть потом, когда мы узнаем друг друга ближе, и я окончательно пойму, что вам можно доверять.
— Допустим, — кивнул я. — А как же ваш дед? Он хоть старый, но в маразм, насколько я видел, не упал. Неужели он отдаст свою внучку такому чудовищу? И даже ваш отец не заступится за вас?
— Отдаст, — вздохнула Мадлен. — Здесь очень много факторов. Во-первых, дед находится под влиянием Уолтера. Благодаря инсайдам Майерса, он заработал много денег и заработает ещё больше. Это деду выгодно. Во-вторых, он не верит, что Уолтер сделает мне что-то плохое и слушать мои возражения не желает. В-третьих, отец не заступится. У нас с ним очень прохладные отношения. Чтобы объяснить почему, придется хотя бы кратко рассказать историю моей матери.
 
— Так расскажите. Хотя бы в двух словах, — попросил я.
— Я рождена вне брака. Моя мать — Мэй Ли, была молоденькой актрисой, жила в Голливуде, снималась в эпизодических ролях. На одной из киношных тусовок в Лос-Анджелесе в шестьдесят седьмом году с ней познакомился мой отец, Дэниэл Рокволд-младший. У них был двухмесячный роман. Дениэл красиво ухаживал, дарил дорогие презенты, возил маму в Европу и на Гавайи. Когда Мэй забеременела, отец отказался на ней жениться, и потребовал, чтобы она сделала аборт. Мама отказалась. В шестьдесят восьмом году появилась я. Мэй была в тяжелой депрессии из-за расставания с отцом, и спустя три года покончила жизнь самоубийством. Передозировка снотворного. Дед был в курсе романа сына, и когда мама умерла, забрал меня к себе. Как мне рассказывали, он был не очень доволен, что сын заделал ребенка китаянке, но не мог бросить меня на произвол судьбы. Все-таки, «родная кровь». Со временем, мы прекрасно поладили. С отцом я до сих пор стараюсь не общаться, — холодно пояснила внучка миллиардера. — Надеюсь, я удовлетворила ваше любопытство, мистер Елизаров?
— Вполне, — подтвердил я.
— Рада, что мы закончили с этой темой. Мне неприятно об этом говорить, — призналась Мадлен и поднялась. — Я, пожалуй, ещё выпью.
— А как вы отвезете меня обратно? — полюбопытствовал я. — Нас может остановить полиция, а вы выпившая.
— Вы серьезно считаете, что от двух бокалов мартини можно опьянеть? — усмехнулась Мадлен. — Я одно время хотела стать каскадером и прошла курсы экстремального вождения. Не волнуйтесь, довезу в целости и сохранности. Что касается запаха алкоголя, у меня есть специальные таблетки, которые его заглушат.
Девушка подхватила свой бокал, взяла у меня из рук пустой и прошла к стойке.
— Майкл, вам налить?
— Налейте, — попросил я. — Мужчине нельзя позволять очаровательной девушке пить в одиночестве. Это дурной тон.
— Рада, что вы это наконец-то заметили, — усмехнулась внучка миллиардера.
— Заметил, что? — полюбопытствовал я.
— Что девушка очаровательная, — язвительно ответила Мадлен. — Я уж думала никогда не дождусь комплимента от советского дикаря.
— Ошибаетесь. Я готов забросать вас комплиментами, как цветами, с ног до головы. Но мы же, наверно, не за этим сюда приехали?
— Вы правы, Майкл, не за этим, — девушка вернулась, вручила мне бокал с мартини и опять уселась в кресло.
— Тогда давайте говорить конкретно, — предложил я. — Вы хотите, чтобы я стал союзником. Хорошо. Допустим, я согласен. Что от меня требуется?
— Уничтожить эту сволочь, — процедила внучка олигарха. — С моей помощью.
— Сразу возникает множество вопросов, — парировал я. — Зачем мне это делать? Обоснуйте, пожалуйста. Только не надо строить мне глазки, корчить жалобные рожицы и рассказывать душещипальные истории. Не подействует. Объясните, почему мне нужно в это впрягаться? Так, чтобы я осознал и понял.
— Вас все равно убьют, рано или поздно, — процедила внучка олигарха. — Уолтер вам не доверяет, конкурентов не любит. Он чувствует в вас угрозу себе. Вашу страну ненавидит. Славян тоже. Он, по-моему, даже помешан на идее, всех вас надо уничтожить физически. Я точно не знаю, почему. Случайно услышала часть беседы между ним и дедом. Уолтер считает, что вы тоже можете влиять на будущее, а имея деньги и людей, попытаетесь моделировать его по собственному желанию. Останавливает его, только то, что дед хочет с вашей помощью взять под контроль нефтяную отрасль Союза. Как только вы соберете все предприятия в одну кучу, создадите нефтяной концерн-монополист и продадите его деду, жить вам останется недолго. Но это в лучшем случае.