Миллионы рождают власть (СИ)

  
Глава 11
 
Два года назад. Армянская ССР. Ереванская область
— Зачэм? — удивился Вазген.
— Что произошло? — почти одновременно с ним спросил Денис.
— Помните, белую «копейку», стоявшую недалеко? — уточнил я. — Это люди Рубена, я узнал одного из них — Миню.
— Рубен, это тот, с железными зубами, который в ресторане на вас с Вартаном наехал? — напрягся Вазген.
Я машинально отметил, что у тренера почти пропал акцент. Не в первый раз замечаю, когда он волнуется или расслаблен, непроизвольно говорит чисто и слова не коверкает. Потом спохватывается и снова надевает маску увальня-провинциала, плохо знающего русский.
— Именно, он самый, — кивнул я.
— Значит, они Каринэ навестить приехали, — задумчиво протянул Гурам. — В прошлый раз Рубен хотел её увезти и наказать за дерзость. Ты тогда вмешался, и пошла махаловка.
— Так и было, — подтвердил я. — Поехали, они могут уже в дом вломиться.
— Понял, — Вазген нажал педаль газа и крутанул руль. Мотор взвыл, машина резко развернулась, выбросив фонтан пыли из-под колес и чудом разминувшись с деревянным забором напротив.
— Тормозните, метрах в двадцати от дома, не доезжая до поворота, — попросил Денис, — Они, скорее всего, с волынами. Надо аккуратно подобраться. Могут начать стрелять. А я пустой — Серега запретил ствол брать. Сказал, в аэропорту могут спалить. Там сейчас менты могут быть с обученными собаками и металлоискатели.
— Гурам, а тебя что-то есть? — с надеждой уточнил я.
— Дома оставил, — признался младший борцуха, — Я же не знал, что такая ситуация сложится.
— У меня кое-что есть, — довольно усмехнулся Вазген. — Можно напугать.
— У тебя?! Откуда? — вытаращил глаза Гурам.
— Ты же знаешь, я кроме детей с юниорами занимаюсь, — пояснил старший. — Баграт, помнишь его, стартовый наган притащил, когда основная группа ушла, перед друзьями хвастался. А тут я в раздевалку зашел, чтобы их поторопить. Ну и забрал. В бардачке до сих пор валяется.
— А если бы менты остановили? — я с интересом глянул на здоровяка.
— Ничего бы не было, — заверил Вазген. — Во-первых, он стартовый. А я судья всесоюзной категории. Республиканские и международные соревнования сужу. По борьбе, понятно, но всё-таки, стартовый пистолет у меня может быть. Во-вторых, я даже боевой могу возить. Меня все в республике знают. Никто в бардачок не полезет. Даже если боевой ствол найдут, дело возбуждать не станут. Максимум, поругают и пушку заберут.
— Ещё что-то у тебя найдется, кроме стартового пистолета? — уточнил я, стараясь не показать рвущийся наружу сарказм.
— Найдется, конечно, — кивнул «мистер Олимпия». — Нож охотничий лежит, ещё с прошлого раза, когда с друзьями на волков ходили. И монтировка есть.
— Ну хоть что-то, — с облегчением выдохнул я.
— Нож мне дай, — попросил Денис — Я умею с ним обращаться.
— Хорошо, — кивнул Вазген.
Впереди показался поворот к дому Каринэ, но машина проскочила его, даже не замедлив ход.
Я торопливо воскликнул:
— Нам не туда. Повернуть нужно было.
— Не нужно, — ответил здоровяк. — Мы с другой стороны к дому подъедем и машину ближе поставим так, чтобы они нас не видели. Гурам, достань из бардачка пистолет и нож. Он у тебя под сиденьем.
— Ае, ахпер [8], — посерьезнел младший. Он открыл бардачок, покопался в нем, и вытащил наган. Положил его к себе на колени. Полез рукой под сиденье. Достал большой нож в кожаных ножнах. Протянул его Денису, сидевшему вместе со мной на заднем сиденье. Пушку передал мне.
— В барабане втулки забиты, — проинформировал Вазген. — Стрелять боевыми нельзя. Из ствола заглушку я вытащил. Барабан на семь патронов, сейчас капсюли стоят. Если сильно перед мордами не светить, могут принять за боевой.
— Понял, — кивнул я. — Учту.
Машина повернула, затем ещё раз, проехала пару десятков метров и остановилась. Вазген повернул ключи в замке зажигания. Мотор замолчал.
Здоровяк протянул ключи младшему:
 
— Монтировка в багажнике. Забирай.
— А ты? — встревожено осведомился Гурам.
— А мне ничего не надо, — усмехнулся Вазген и поднял ручищи. — И так справлюсь.
— Как скажешь, брат, — кивнул младший, распахнул дверцу и выскочил из машины.
— Миша, я схожу на разведку? — предложил Денис. Он обнаружил на ножнах зажим для ремня и повесил оружие на пояс, но хитро: ножнами вовнутрь и прикрыл рукоять рубашкой навыпуск.
— Зачем? — возмутился Вазген. — Вместе пойдем.
— Пусть пройдется, посмотрит, где они, сидят в машине или уже в доме, — я поддержал Самурая. — Денис хорошо подготовлен — воевал в Афгане, прирожденный разведчик. А мы за ним двинемся потихоньку. Потом решим, что делать.
— Афганец? — здоровяк с уважением глянул на Дениса. Самурай сдержанно кивнул.
— Тогда пусть идёт. Проходишь этот дом, затем ещё один. Поворачиваешь налево. Там небольшой спуск. В конце его, ещё через три дома, дача Каринэ.
«Интересно, откуда он все это знает? Как подъезжать, куда идти?» — мелькнула мысль, но я её сразу прогнал. Не до этого сейчас, надо Каринэ выручать, с остальным потом разберемся.
— Двинулись, — скомандовал я, засунув револьвер за пояс. Прикрыл рукоять тканью футболки, но маскировка получилась не очень. Характерные очертания нагана просматривались. Ладно, будем надеяться, что никого по дороге не встретим.
— Подожди, — остановил Вазген. — Сзади сумка спортивная. На плечо закинешь, сможешь револьвер спрятать от посторонних. Мало ли что.
— Спасибо, — кивнул я. Одним движением подхватил сумку, накинул ремень на плечо. Действительно, наган полностью закрывает.
Захлопали дверцы. Денис и Вазген вылезли из машины. Я вышел последним. Нас встретил улыбающийся Гурам с предусмотрительно завернутой в тряпки монтировкой.
— Я пошел? — повернулся ко мне Самурай.
— Иди, — разрешил я. — Мы за тобой, будем держать дистанцию. Заборы тут высокие, домов пустых много, думаю, особого внимания не привлечем. Если возникнут проблемы, сразу подключимся.
Самурай двинулся вперед. Прошел два дома, завернул налево и пропал за поворотом. Мы медленно двинулись за ним. Нам повезло: вдоль заборов и за ними, по краям дороги были высажены деревья: буки, дубы, ясени, раскинувшие во все стороны ветки с зеленым ковром листьев. Они частично скрывали нашу процессию. Да и в большинстве домов не было никаких следов и звуков, выдававших присутствие людей. Только в одном, еле слышно бубнили приглушенные голоса, а в другом заливисто залаяла собака, но хозяева так и не появились.
Когда мы спустились вниз, из-за угла неожиданно и бесшумно вынырнул Денис, заставив меня инстинктивно схватиться за пояс, а Гурама поднять монтировку.
-Зачем так резко выскакивать? — злобно прошипел я. — Могли же тебя пристукнуть ненароком.
— Случайно получилось, — пожал плечами афганец.
— Ладно, что там у тебя?
— Они в доме, машина пустая, калитка прикрыта, но не закрыта, — доложил Самурай. — Входная дверь тоже. Урки в другой комнате, дальше от входа, переговариваются, тихо, но я услышал. Прикинул, какое окно выходит, глянул осторожно. Их четверо в спальне. Стоят спиной к двери. Каринэ на кровати. У длинного, который в кепке был, нож в руках. Ещё один, коренастый и небритый, с пистолетом за поясом. Макар или ТТ, я не рассмотрел. Он за дверью стоит, а она вовнутрь открывается, можно сразу зашибить.
— Понятно, — я напрягся. По душу Каринэ приехали, значит. Рубен — наркоман и мстительный самовлюбленный садист. А мы с Каринэ его прилюдно «офоршмачили» перед окружением. Сначала она наехала, а потом я по бороде щелкнул, отправил в нокдаун. Его людей побили, затем связали и удалились, оставив объясняться с милицией. Если он не ответит, авторитету конец. Следовательно, после Каринэ за нас возьмутся. Уверен на все сто: нас срисовали. Поедут в Москву, чтобы «зажмурить» или, как минимум, сделать инвалидами. Поэтому проблему надо решать прямо сейчас…