Курьер колдуна (СИ)
— О-о-о! — протянула Соли. — Скоро здесь будут очень сильно и очень долго гавкать все собаки города!
Мы вернулись к трактиру и послушали пьяное пение изнутри. Оказывается, к компании уже присоединился пострадавший от моего кулака и от молнии магички Вонни, и они наперебой обсуждали, как он сел на колени к даме, почему-то считая это чуть ли не за подвиг.
Я аккуратно потер скулу, куда мне прилетело в драке и подумал, что скоро там будет здоровенный синяк. Заметившая мой жест девчонка проворчала:
— Учись. Пока не освоишь нормально магию, нередко будут привязываться всякие… Поколотить ближнего своего за грех у местных не считается. А пока ты выглядишь как беззащитный юнец.
Я только поморщился. Могла бы сказать хоть слово благодарности, а не всякие гадости. И Соли, которая всё также внимательно на меня смотрела, вдруг произнесла:
— Извини. Я же понимаю, что к тебе одному никто не полез бы. И к бродяжке, которым я раньше выглядела, тоже. А сейчас ты за меня дрался. Спасибо!
Я аж моргнул от неожиданности, пораженный тому, как резко меняется настроение и характер моей спутницы. А она достала из своего кармана орех с целебной мазью, который вообще-то должен лежать в моей сумке, открыла, подхватила пальцем капельку и быстрыми движениями намазала мне на скулу, добавив:
— К утру всё пройдет.
Затем посмотрела на еще светлое небо и опять превратившись в драконессу зловеще прошептала:
— Пошли! Я покажу этому пузану, что связываться с драконом очень опасно. А обманывать на деньги очень разорительно.
Мы зашли во двор трактира и подкрались к задней двери. Соли тут же принялась чертить на земле очень знакомую мне пентаграмму. В этот раз, правда, побольше. В конце быстрым движением выхватила из ножен у меня на поясе нож и ткнула себе в палец. Хотела сунуть нож себе в карман, но опомнилась и вернула мне, а затем капнула две капли крови на нужные руны.
Вверх быстро вытянулся защитный контур, а затем внутри друг за другом появились два бесенка. Они настороженно оглядывались, пока не видя нас, при этом постоянно подергиваясь и почесываясь, как будто оставаться в неподвижности просто не могли. Соли спросила, обращаясь к ним:
— Кто вы?
— Гога! — выкрикнул толстый.
— А я Буба, — взвизгнул тощий.
— А я Паршивка, — кинув на меня непонятный взгляд произнесла девчонка.
И тут оба бесенка уставились именно на неё, хотя и на меня бросали время от времени взгляды.
— Зачем призвала нас, смертная? — надувшись для важности и понизив тембр писклявого голоса почти прорычал Гога.
Выглядело это, надо сказать, довольно зловеще. Но картину здорово смазал второй, выкрикнув в нетерпении:
— Твоя еда, наша служба! Говори быстрее, чем мы можем заслужить еду! Жрачку! Хавчик!
— Вечно ты всё испортишь! — толкнул его в бок толстый. — Мы же договаривались, что надо торговаться! — но в конце фразы он и сам на выдержал, перешел на фальцет и завопил. — Еда! Всё что угодно за еду!
— Мне нужна ваша служба, — усмехнулась Соли. — Дело в том, что я заказала ужин в этом трактире, но не заплатила за него.
— Врешь! — взвизгнул Гога.
— Врешь, Паршивка! — подхватил Буба. — Если не скажешь правду, или не дашь откупные за ложный вызов, то нарушишь законы мироздания!
— В чём это я вру? — удивилась Соли, бросив при этом какой-то беспомощный взгляд на меня.
— Ты не заказывала ужин! И платить не собиралась! — чуть не хором завизжали бесенята.
— Э-э-э… Заказывал я, — догадываясь в чём дело, вмешался я.
— Ты не можешь нас нанять! — крикнул толстый.
— Не ты нас вызвал, — подхватил второй.
— Стоп! — постарался построже прикрикнуть я. — Мы вместе добыли трофей и продали его. Все деньги у меня. Значит заказ от моего имени был заказом и от… от Паришивки.
— Ты сложно говоришь! — закричал тощий. — Но мироздание дает нам понять, что ты не врёшь.
— Мы слушаем тебя дальше, Паршивка, — подхватил толстый.
— Я хочу чтобы вы вымыли посуду в трактире, — усмехнулась Соли. — Это будет считаться моей оплатой за ужин. А вы себе в оплату возьмете колбасы в подвале. Если колбасы не будет, то что-нибудь другое.
— Подвал не твой! — буквально взвыл Буба. — Но я хочу колбасы!
— Хочу колбасы! — подхватил толстый Гога.
— Я заказала ужин, но не получила его, — покачала пальцем драконесса. — Так что имею право на что-то из подвала.
— Ты не врешь, Паришивка, — провизжал Гога. — Выпускай нас! Мы согласны! Нам надо срочно работать, и есть. Есть и работать!
— И поскорее! — подхватил Буба.
Соли стерла носком ботинка пару рун, и сияющий периметр пропал. Но прежде чем два бесенка ринулись в дверь трактира, девушка крикнула:
— Стойте! — затем быстро запустила руку в мою сумку и достала большой кусок хлеба из наших запасов. Разломила его на две части и протянула свеженанятым чертятам. — Вот. Подкрепитесь перед работой.
— О! — чуть не простонал Гога, хватая кусок. — Я не встречал ещё такого доброго нанимателя. Вызывай нас почаще! Ты знаешь, что надо таким старательным и исполнительным парням, как мы.
А Буба, завопил:
— Несправедливо! Ты дала мне меньший кусок!
Но дальше они оба умолкли, запихивая в рот огромные куски хлеба, и давясь в попытке сожрать подарок как можно скорее.
А Соли принялась быстро стирать ногами пентаграмму. Я кинулся помогать, но ещё и сказал чертям:
— Там сидит компания. Если их обслужить и развлечь, то они могут дать хорошие чаевые. Они любят развлекаться.
Бесенята не смогли ответить, так как их рты были плотно забиты хлебом, но оба поклонились мне, похоже довольные возможным приработком.
А мы уже через несколько секунд выскочили на улицу. И тут же прижались к стене, потому что заметили, что у входа в трактир стоит какой-то богато одетый тип, а трактирщик, согнувшись так, что тело стало почти параллельно земле, быстро говорил:
— О! Господин бургомистр! Я так рад видеть вас!
— Мне доложили, что у тебя опять была драка, — важно произнес гость.
— Да как вам сказать, Ваше Достоинство… — заюлил хозяин.
— Смотрю, ты не бросил привычку стравливать посетителей, — строго произнес бургомистр, а затем с хохотом добавил. — Жаль, что я этого не видел!
— Но у меня для вас есть особое развлечение! — еще раз поклонился трактирщик. — Мне из дальних земель привезли экзотическое яство — спагетти!
— Что это? — благодушно спросил гость.
— О! Это вот такой длины макароны, — развел в стороны руки мужик. — И они уже варятся специально для вас.
— И как же их есть?
— О! Есть специальные приёмы, Ваше Достоинство! Я с удовольствием вам их продемонстрирую!
Дальше все скрылись в дверях, а мы побежали вдоль улицы к выбранному месту ночевки. Только Соли опасливо произнесла:
— Да уж… Как бы город не перекрыли… Бургомистр… Это… это может оказаться перебором.
А затем до нас донесся грохот из трактира, и сразу вслед хоровой вопль. А затем со всех сторон принялись лаять собаки, так что мы без опасений полезли в сарай.
— Как ты можешь догадаться, — довольно произнесла Соли, когда мы приникли к щелям, осматривая улицу. — Бесенята перебьют посуду и сожрут всё, до чего дотянутся в подвале. А что не сожрут, то понадкусывают или просто разбросают, смешают или разольют.
— А что за сложности с ложью и мирозданием? — спросил я.
— Вызванному демону нельзя прямо врать. Почувствует. А про мироздание они просто щёки надували. И именно таким мелким бесам нельзя поручить что-то сложное. Их можно нанять на работу, на которую имеешь право. Нельзя сказать им идти куда-то и убить врага. Они не воины. Понятно?
— Более-менее… — кивнул я. — А почему ты назвалась таким странным именем?
— Попробуй сам догадаться, — усмехнулась девчонка. — Им сообщать настоящее имя не стоит. Но нельзя просто придумать какое-то. Имя должно быть такое, под которым ты где-то известен.